Чтение онлайн

Я оглянулся вокруг себя с вопросительным видом и ответил главарю:

– Священники? Где? Я вижу только кучку преступников-похитителей. Надо бы дружину кликнуть.

И тут у одного из святош сдали нервы. Он скинул вэйту на своего товарища, который повалился с ней на землю от неожиданности, и выхватил пистолет. Ну как - выхватил? Попытался. Почти успел. Вот только мне-то доставать ствол не надо было. Пуля, попавшая в ключицу, отбросила его на пару метров назад и отключила ему сознания. Да, это не полицейская пукалка, а добротный "армеец", расчитанный на дистанцию в сотню сед. Главарь оказался не умнее подчинённого и тоже попробовал достать оружие. Но повезло ему меньше. Пуля попала в глаз и вышибла мозги. Главарь, теперь уже покойный, повалился на влажный песок аллеи, заляпанный брызгами содержимого его дурной башки. Твою ж дивизию! Ну нахрена он дёрнулся-то, а?! Третий святоша со страхом глядел на меня, держа вэйту в охапке. Понял, что делает и попытался отпихнуть её от себя. Я рявкнул, тыча стволом в его сторону:

– Я т-те пихну! Быстро поднял девушку и аккуратно взял на руки!

Пока он барахтался, я ожесточённо терзал мозги. Выстрелы кто-нибудь слышал и скоро здесь будет толпа. За убийство святоши меня закроют надолго, да ещё повесят на меня всех собак. Хрен докажешь, что я не хотел его пришить - а он неудачно дёрнулся и словил пулю башкой. Надо валить. Чтож так всё не вовремя-то, а?! Святоша поднял вэйту на руки, пряди волос на её лице разошлись и я увидел расплывающееся по левой щеке Лани красное пятно. Её что - по лицу ударили?! Кто из троицы? Ладно, сейчас не время. Ткнул святоше тёплым стволом под рёбра и прорычал:

– На стоянку бегом марш!

Он было поднатужился, однако я осадил его тычком ствола в спину и охлопал карманы. В одном из них оказался пистолет. Обычный гражданский пистолет двенадцатого местного калибра. Такие продают для самообороны в любом оружейном магазине. Лёгкая простая машинка с малым останавливающим действием. Твою дивизию, они там в своей Церкви совсем что-ли ущербные на мозги?! Не, ну точно самодеятельность. Снова ткнул стволом в спину святоши:

– Вперёд и без глупостей. Я хорошо стреляю и терять мне нечего. Усёк?

– Ч.. Что?

– Шевели булками.

Надо было заскочить в номер за вещами, но это лишнее время, да и дежурная может помешать. Хрен с ним, обойдёмся. Я напоследок окинул взглядом поле боя. Главарь лежал головой на буром пятне, красуясь аккуратной дыркой в глазнице. Надо же, а я хотел так о многом его расспросить. Ну не судьба. Подручный слабо шевелился и стонал, приходя в себя. Плевать. Не добивать же раненых? Мы побежали на стоянку. Святоша с вэйтой на руках шумно дышал, но темп не сбавлял. Откормленный, гад. Вот и машины. Мой грузовик стоял там, где я его и оставлял. Ещё стояла какая-то обшарпанная лайба из местных прокатных драндулетов. Теперь понятно - на чём эти архаровцы сюда приехали. Я подбодрил святошу:

– Девушку в кабину и сам туда же. Не вздумай бежать.

– Ты не отпустишь меня?

Вполне искренне удивился святоша. Блин медный, они там в Церкви все с таким прибабахом?

– Нет, конечно. Ты мне ещё нужен. Заткнись и поднимай девушку. И не дай тебе Боги её уронить.

Говорил я это жёстким тоном сквозь зубы, а сам оглядывался. "Монах" всё-таки исполнил поиказ и понуро захлопнул за собой дверцу. Я заскочил на водительское место, давнул на пусковую кнопку. Движок взревел, протестно стуча холодными клапанами, но сейчас было не до вежливостей.

– Эй, святоша! Держи девушку!

Задние колёса пробуксовали, выбросив из под себя мокрый песок, и грузовик помчался по улице. Странно, но погони пока не было видно. Ну да это дело времни. А вот куда ехать-то? В башку стукнуло: Старый Город! Там начнутся следы похитителей и по ним я наверное смогу найти дорогу. В сторону Большого Рассена меня всё равно не пустят, а вот в Дикоземье есть шанс прорваться. Дорога еще не совсем просохла и мне это было на руку. Я гнал так, чтобы как можно сильнее испортить накатанные следы и взмесить вязкий грунт. Лёгкие вездеходы вынуждены будут сбросить скорость и даже объезжать некоторые места, а это дополнительное время для меня. Мельком посмотрел на пассажиров. Лани лежала на сиденье, прижавшись головой ко мне, а святоша прижался к дверце и с испугом переводил глаза то на мелькающие за окном виды, то на меня. Пистолет так и был у меня в руке, так что "священник" не роптал и не делал резких движений. Зато он себе под нос что-то бормотал. Молился наверное. Это правильно. Только молитва и деятельное раскаянье помогут сохранить ему жизнь и относительное здоровье. Наверное я поставил рекорд. Мы домчались очень быстро. Грузовик был обляпан пятнами грязи до крыши кабины. Я проворно выбрался, стряхивая попеременно с обеих рук напряжение. Грузовик я поставил под прикрытие отвалов грунта, приказал выходить и святоше. Связал ему руки за спиной хорошей верёвкой, приказал сесть на поджатые ноги. Нет, я не садист с уклоном в бондаж. Просто посидев в такой позе потом очень трудно резко встать на ноги. Мы сидели недалеко от входа в штольню, Лани посапывала на травке. Идиллия, твою дивизию.

– Эй, святоша. Вы кто вообще такие и что вам от нас нужно?

– Э-э-э. М-нэ-э-э. . Я не должен тебе говорить, мирянин.

– Да? Как жаль. Но придётся поговорить. Тебе для начала какую ладонь лучше прострелить - левую или правую?

– О! Ты не посмеешь.

Сказал он, но сбледнул. Я задумчиво почесал висок мушкой пистолета:

– Почему? Я вот твоего начальника грохнул и не поморщился. А прострелить ладонь какому-то болвану - раз плюнуть. Хотя...

Он было приободрился, но я продолжил:

– Хотя... Знаешь, друг. У меня есть хороший хозяйственный нож. Сейчас принесу.

Святоша снова увял и побледнел. Я сходил до машины, нашёл нож в хозяйственном рюкзаке. Вернулся к штольне. Святоша так и сидел, кусая губы. Я присел рядом с Лани. Она ровно дышала, только иногда чуть постанывая, словно видела плохой сон. Я поправил куртку, которой до этого её укрыл, погладил милую вэйту по волосам. Как же я её люблю. И во что втравил её? Гадство. Пересел к святоше и показал нож:

– Вот видишь? Правда он хороший? Мне он больше всего нравится за то, что прекрасно режет сырое мясо. На то-о-онкие такие полоски. Здорово, да?

Святоша совсем скис. Я как бы невзначай качал ножом и слегка коснулся лезвием пальцев кислого священника. Он почему-то заорал благим матом.

– Ты чего, любезный? Как там вас зовут? Посредники божьи? Какой процент берёте за посредничество, а?

Святоша заткнулся от такого обращения. Понимаю, непривычно. Лично мне надоело тянуть резину. Я с размаху всадил нож. В землю. В нескольких миллиметрах от ноги святоши. Твою дивизию, зачем визжать-то? Я ударом кулака в грудь повалил его на траву и приставил кончик клинка ему к горлу, так чтобы слегка царапнуть. Глядя в глаза святоше немигающим взглядом (блин, как глаза щиплет!), прошипел:

– Говори, падаль! Кто такие и что надо! Кишки выпущу!

Ничто не развязывает язык лучше старого доброго ножика у горла. Святоша не был готов становиться мучеником. Он затараторил свистящим шопотом:

– Мы из "Наследия Семьи" и нам нужна вон та девушка. Ты нам не нужен...

Это я и так уже знал, кроме того, что тут замешано "Наследие".

– Зачем вам она?

– Я не знаю. Правда! Прелат оговрился как-то о том, что она должна участвовать в секретном проекте.

– Что за проект?

– Не знаю подробностей. Что-то связанное с Отверженными.

– Почему не привлекли местных дружинников?

– Секретная операция.

– Секретная даже от Церкви?

Святоша молчал. Я надавил на лезвие:

– Ну?

– Да.

Подтвердилось. Хм. Ну ладно. Поехали дальше, пока впечатления свежи.

– Похищение экспедиции - ваших рук дело?

– Точно хочешь знать? В грязную историю лезешь, мирянин.

О как заговорил святоша!