Чтение онлайн

– Иди мойся, я быстро соберусь. И не смотри на меня ТАК.

Она выделила последнее слово непонятным тоном, словно ей было стыдно, но одновременно приятно. Я поспешил в санузел, закрыл за собой дверь и дрожащей рукой открыл краны. Пока наливалась вода (прохладная) я успел успокоиться и унять возбуждение. Опускаясь в даже слишком прохладную водичку, удивлялся сам себе. Твою дивизию, как пацан! А ведь я давно не девственник, в прошлой жизни немало перевидал девиц в неглиже и без оного, с некоторыми из них имел более чем серьёзные отношения, на радость или на беду так и не дошедшие до женитьбы. Но Лани - совсем другое дело. С ней я действительно как с первой любовью. Другую давно бы уже, ещё в лагере этого, того самого. А с Лани я застенчив и робок почему-то, даже временами - слишком. Ничего ей такого не предлагал пошлого. И ведь знаю, что она меня любит, отказа с её стороны не будет, однако всё равно его, отказа, боюсь. Не дурак ли?

Помытый, одетый в чистое я вышел из ванной комнатки, теряясь в догадках. А вот и она, моя Лани: со свободно распущеными красными волосами, в бежевом свитере и синих шортах. Какой приятный контраст! Даже неброский макияж присутствовал. А как хорошо на шоколадных ножках смотрятся эти полу-туфли - полу-сандалии. Я даже не знаю что это за обувь. Но, чёрт возьми, очень сексуально! Кра-со-та! Сами собой всплыли строчки из Владимира Семёныча:

В тот вечер я не пил, не ел.

Я на неё во всю глядел -

Как смотрят дети.

Как смотрят дети...

А Лани улыбнулась смущённо:

– Оделась я не по местной моде, но больше и не во что.

– Ты прекрасна, все только на тебя и будут смотреть.
– Возразил я, взял её за руку - Идём?

– Ага.

В красных сумерках мы добрались до таверны. В воздухе пахло влагой. Река была рядом, но не только поэтому. Похоже, что дождь собирается. В таверне мы без труда нашли столик, заказали ужин. Вэйта с интересом осматривалась по сторонам, а окружающие с интересом рассматривали её. И то сказать - в Счастье вэйты не жили. Принесли заказ и мы с аппетитом принялись за ужин. Тем более, что обед мы пропустили. Довольно скоро ажиотаж спал и нам перестали заглядывать в рты. Ужин был очень вкусный, домашний. После ужина я сходил до стойки и вернулся с кувшином медового напитка, "Жу-Жу". Приятно было расслабиться, попивая сладкую шипучку. Лани выгляела очень довольной, глаза сверкали как два сапфира, изумруда, рубина - цвет плавал, смешивался, менялся. В этот калейдоскоп можно было смотреть вечно.

– Кого я вижу! Фрам!

У столика возник Никис, тот самый офицер-ковбой, на которого недавно охотилась длинноногая Люсия.

– Познакомишь со спутницей?

– Привет, Никис. Лани, это Никис. Никис, это Лани.

– Очень приятно! Вы очень красивы, Лани. А...

– Притормози, Никис. Это моя девушка.

– Спокойно сказал я.

Вообще, по рассенским этическим нормам я спорол чушь, ибо девушка не может быть чья-то. Такая фраза подразумевает право собственности, а ведь равноправие и всё такое. Однако меня никто не поправил, потому что сама девушка не протестовала. Такое её поведение могло выглядеть странно в глазах большинства, однако её выбор всё равно уважали бы. Лани улыбнулась офицеру:

– И мне приятно, Никис. Да, это мой мужчина.

– Как же мне не везёт! Всех красивых девушек уже разобрали.
– Вздохнул Никис.

Я спросил:

– А как же Люсия?

– Не напоминай. Она почему-то решила, что я обещал на ней жениться. Но я такое обязательно бы помнил!
– С жаром сказал он и снова рассмеялся.

Мы тоже. Весёлый парень, что и говорить. Он уселся на взятый от соседнего столика стул и поинтересовался:

– Нашли уже что-нибудь?

– Так, по мелочи. А что?

– Да так. Столько копаете - должно бы что-то откопаться, я думаю. Лани, вы тоже Искательница?

– Нет. Я врачеватель.

– Ого! Так это вы помогали беднягу Раскина потрошить?

– Потрошить?!

– Шучу. Но спасибо вам. Спасли человека. До Большого Рассена его бы не довезли даже на самолёте.

– Да не за что. Э.. Никис.

– Да?

– Вон та серьёзная девушка не вас ищет?

– А?
– Обернулся ковбой-офицер и закашлялся.

Я тоже посмотрел в ту сторону. Снова та самая длинноногая Люсия, и снова серьёзно настроенная. Никис поспешно отвернулся:

– Надо же.

Похоже девушка его заметила, поскольку решительно зацокала каблуками к нам. Критически окинула нас взглядом, особенно Лани.

– Ники? Ты от меня скрываешься что-ли? Это твои друзья?

Я подал голос:

– Да, мы его друзья. Но мы уже уходим. Время позднее.

Не дав им опомниться, я встал из-за стола, взял Лани за руку и мы пошли к выходу. Вэйта зажала рот рукой и как-то подозрительно фыркала в ладошку. Едва мы вышли из таверны, как Лани повисла на моей руке и расхохоталась. Она смеялась так заразительно, что я тоже рассмеялся. Отсмеявшись, вэйта положила руки мне на плечи, прижалась:

– Спасибо за прекрасный ужин, Фрам. Было здорово.

– Рад, что тебе понравилось. Я не мастер в романтических делах, так что получилось так, как получилось.

– Я люблю тебя.

– И я тебя люблю, Лани.

Минут пять мы целовались, не замечая ничего вокруг. Потом я услышал отдалённое ворчание грома. Гроза подходит? Я оглянулся в сторону далёких раскатов - вдалеке мерцали вспышки молний. И точно, гроза идёт. На щёку упала капля. Дождь?

– Лани, гроза надвигается. Пошли в гостинницу?

– Пошли. Я боюсь молний.

– Тогда поторопимся.

Мы взялись за руки и почти побежали по направлению гостиницы. На крыльцо взбежали уже под начинающимся дождём, мокрые и счастливые почему-то. Вода стекала по волосам, по лицам, холодила кожу мокрой одеждой. А мы целовались, нам было пофиг. С трудом оторвавшись от губ вэйты, я хрипло прошептал:

– Пошли в номер, а то простудимся и заболеем.

– Пошли.

Стараясь выглядеть нейтрально, прошли мимо дежурной, завистливо вздохнувшей нам в спины, но как только вошли в коридор, я подхватил вэйточку на руки. Она обхватила мою шею, поцеловала в губы и вдруг прильнула к уху:

– Хочу быть с тобой этой ночью.

Жаркое дыхание в ухо пронзало мозг как пламя. Где этот чёртов номер, почему он так далеко?!. Вот и он. Внёс вэйту внутрь, она мелко дрожала в объятьях. Я поставил её на ноги и пресёк попытку меня поцеловать:

– Раздевайся.

Хотел бы я видеть её лицо в этот момент, но в номере было темно. Зато тихий и испуганный голос меня немного позабавил:

– Но.. Я не готова вот так, сразу.. То есть готова, но не так быстро... Потому что...

Я привлёк её к себе, погладил по голове и шепнул в остренькое ушко:

– Дурочка моя, ты же простудишься. Снимай мокрую одежду.

– Ла.. Ладно.

Пока она шуршала свитером, я нашёл по памяти её цветастое полотенце. Оно висело на спинке одной из кроватей, когда мы уходили.

– Лани.
– Позвал я.

Она тихо и сконфуженно отозвалась:

– Я здесь, Фрам.

Ориентируясь по голосу, я нашёл мою вэйточку и принялся растирать её полотенцем. Она молчала и только тихонько ахала, когда я касался груди или низа живота, пусть и через полотенце. По-моему она уже отогрелась. Я обернул полотенце вокруг вэйты и отошёл к стене. Пошарил по ней, нащупал маховичок освещения. Нажал на него несколько раз - сработал запальный механизм и зажёгся желтоватый свет газового светильника. Лани испуганно вскрикнула, прижимая к себе полотенце: