Чтение онлайн

Управление приёмником эфирных звукопередач было несложное. Тем более я ещё застал в детстве старые ламповые радиоприёмники. Под кнопками управления была большая стеклянная шкала в форме диска. В центре её находился чёрный маховик, связанный со стрелкой, ходящей по кругу. На диске были нанесены обозначения длин эфирных волн в трёх диапазонах - короткие, средние и длинные волны. Вращая маховик, можно плавно менять длину принимаемой волны, а отдельной ручкой переключать диапазоны, при этом загорается соответствующий глазок. Сама шкала подсвечивалась мягким жёлтым светом. Вобщем полное дежавю старого дедушкиного радиоприёмника. Помню, в детстве я включал его, гасил в комнате свет и крутил маховик, переходя со станции на станцию. Слушал гудение и писк эфира, прорывающуюся морзянку , бубнение иностранных радиоведущих и представлял себя то отважным полярником , сидящим в заваленной снегом палатке, то подпольщиком в оккупированном фашистами городе, то бортовым радистом спасательного самолёта. Было жутко интересно. Да, я из того поколения, которое в детстве хотело стать героями, а не банкирами и рок-звёздами. Последние романтики ушедшей эпохи.

Я включил приёмник на длинных волнах, подрегулировал громкость и стал осторожно вращать маховик. Как это раньше говорили - "По волнам эфира"? Вот и пробежимся. Несущая частота привычно гудела. Неслись обрывки передач, музыка. На некоторых волнах было пусто, только атмосферные помехи. Ещё я нашёл станции, вещающие на других языках. В Мире этих языков три. Один из них садарский , на котором говорят в федерации Рассена и еще десятке стран. В основе своей это старый человеческий язык , тот, на котором говорили люди до "Страшного". Второй язык ещё старше. Самый старый в Мире, язык вэйтонору. Он так же государственный язык Вэттана , единственной страны, населённой почти исключительно одними вэйто. Третий язык , домо , появился уже в Новой эре, в Тёмные времена , на основе второго языка "Отверженных".

Решив не лезть пока в дебри незнакомых наречий, я стал останавливаться на садарскоязычных станциях. Слушал кусками, просто из любопытства...

"-На побережье Белых Песков открылся новый дом отдыха. Желающие могут подавать заявки на размещение. Цены вас приятно удивят.."

"-А в новой постановке "Агата Судьбы" Нелен Крунина смотрится неубедительно!..

– Да что вы? Нелен - замечательная актриса! Я до сих пор под впечатлением от ее последней роли в светоленте "Разбойник "!..

– Вы правы, но для роли настоятельницы монастыря ордена Любви она слишком молода..."

"-Нет сомнений, что войска Федерации не останутся на своих позициях, если Градия попытается изменить сложившийся в Трехгорье баланс сил. Об этом заявил начальник ведомства внешних отношений Федерации Анатоль Камнев..."

"-Таким образом команда "Синие осы" выходит в конец соревнований с одним лишь штрафным баллом. Это заявка на победу, скажу я вам..."

Между разговорными передачами проскакивали музыкльные. Ритмы были хоть и непривычные, но приятные. В целом музыка была похожа на земную музыку шестидесятых наверное. Что-то похожее на ранний рок-н-ролл или как его там называли. Я в музыке никогда не разбирался. Одну песню на незнакомом мелодичном языке прослушал полностью. Песня была грустная и медленная. Пела женщина, пела мягко и душевно. Лани, до этого погруженная в чтение, вскинулась и прослушала песню с затуманенным взором. Когда стих голос невидимой певицы, девушка очнулась :

– Это песня на языке вэйтонору. В ней поётся о начале Страшного.

Она зябко поёжилась :

– Каждый раз, когда её слышу - впадаю в оцепенение какое-то.

Вэйта продолжила чтение, а я переключился на средние волны. На средних волнах станций было даже больше, чем на длинных. К тому же в Сфере имел место странный феномен. Примерно на высоте ста километров находился слой какого-то вещества или какое-то неизвестное поле, которые отражали сигналы эфира. Тем самым дальняя передача была невозможна без затуханий и искажений. Дальность связи здорово зависела от местоположения передатчика и приёмника , от мощности сигнала и от длины волны. Некоторые диапазоны затухали в Зеркальном слое, некоторые отражались более или менее нормально, некоторые изменялись до неузнаваемости. Из-за этих неравномерностей передачу информации проще было вести по кабелю. Но на дальностях нескольких сотен тсед качество передач ещё оставалось приемлемым, поэтому каждый крупный город Мира имел свою мощную эфирную станцию. Много было так называемых "целевых" станций. На одних говорили о политике, на других об искусстве, на третьих о чём-нибудь ещё, и так далее. Я переходил с волны на волну, слушал отрывки передач и накапливал впечатления.

Как становилось понятно из литературы и "радиоперехватов " - в Мире относительно недавно начался очередной экономический бум. Шло освоение Новых земель. П о результатам воздушной картографии суммарная площадь разведанных территорий приближалась к размеру среднего материка. И это при том, что до сих пор открывают всё новые места. Искатели приключений, колонисты и переселенцы валом валили в Новые земли. Мировая Церковь Священной Семьи настояла в своё время на том, что Новые земли будут развиваться под её протекторатом и в целях недопущения мировой войны за колонии ни одна страна не имеет права претендовать на часть территории Новых земель. Не допускается создание каких-либо государств в Новых землях кроме протектората Церкви. Самое большее, что допустимо - самоуправление национальных районов, да и те должны подчиняться законам Новых земель. Порядок в Новых землях поддерживает орден Любви, силовое крыло Церкви. Страны из Четырёхмирья могут иметь представительства на территории Новых земель и фактории для торговли с местным населением. Державы нехотя согласились на такое положение вещей, по крайней мере временно. Образованным национальным районам сразу стали выделяться немалые ресурсы на скорейшее обустройство, которые оформлялись как долгосрочные кредиты. Все понимали, что как только Церковь ослабит контроль над Новыми землями, так сразу начнётся их делёж. Но пока колониальные поползновения держав тормозились Пактом Нового Мира, в котором говорилось о том, что первая из держав Четырёхмирья , осмелившаяся отхватить кусок Новых земель, автоматически оказывается в состоянии войны с Церковью и остальными державами, заключившими пакт. Поэтому ближайшая перспектива для Новых земель выглядела относительно мирной. Торговля процветала, промышленность развивалась. Этот бум отвлекал правительства стран Четырёхмирья от взаимной грызни на границах и благодаря ему на просторах Корты царил межгосударственный мир. И это хорошо, я боялся большой войны. Но где-то же меня, то есть Фрама Корбина, военного, приложило по башке? На этот вопрос тоже нашёлся ответ.

Во времена Страшного многие места, (как то: промышленные районы, месторождения полезных ископаемых, военные базы ), подвергались ударам оружия массового поражения. Чаще всего противоборствующие стороны лупили друг по другу химическими боеприпасами разной степени ядовитости , но иногда не брезговали и биологическим оружием. О некоторых болезнях той поры по сей день ходят леденящие кровь легенды. Теперь на месте бывших промышленных районов и городов старого Мира расстилаются гигантские малозаселенные районы. В этих землях нашли себе приют не только поселенцы, колонисты и отшельники, но и всякие отбросы общества. Полудикие сектанты , бандиты, "повстанцы", контрабандисты. Поговаривают и о племенах мутантов-канибаллов , но это скорей всего просто деталь местного народного творчества. На зыбких границах освоенных государствами пространств и анархических "Диких земель" правительственные войска вместе с добровольческими подразделениями периодически проводят операции по зачисткам , но кардинально это ничего не меняет. Районы велики, границы условны. Есть такой район и в Рассене. Местные Афган, Чечня и Дикий Запад в одном флаконе. Похоже, что настоящего Фрама Корбина приложило во время такой вот "операции по умиротворению" каких-то очередных отмороженных. Это, млять , судьба. Пройти земную Чечню без единой царапины, перенестись хрен знает куда через пространство-времяи получить в тыковку от местного "моджахеда "-разбойника. Везение, чо... Я засиделся возле "радива" до самого ужина. Так меня это дело затянуло, что забыл о моей опекунше и даже вздрогнул, когда Лани обречённо схлопнула фолиант:

– Вот так почитала. Теперь домой по темноте возвращаться.

Она вяло провела ладонью по лицу и со вздохом пошла к двери.

– Лани.
– Тихо позвал я.

Вэйта словно споткнулась, но оборачиваться не спешила , лишь устало опустила плечи.

– Ты разговариваешь.
– Совсем не удивлённым голосом констатировала она.

– Да. Но хочу попросить тебя - не говори никому. Хорошо?

После минутного молчания Лани тихо, едва слышно спросила:

– Это так важно для тебя?

– Очень важно. Поверь.

– Хорошо.

Просто согласилась вэйта и шагнула к двери. Она казалась такой маленькой и уставшей, эта будущая врачевательница. Я представил себе как хрупкая студенточка опасливо семенит по тёмной улице прижимая к груди тяжеленный фолиант, и неожиданно для себя снова окликнул:

– Лани! Может тебе и не ходить сегодня домой? Оставайся на ночь?

– Что?!

Вэйта обернулась так резко, что тяжёлая книга по инерции попыталась повернуть её по кругу. Анимешные глаза распахнулись, ресницы, казалось, подняли ветерок.

– Что ты имеешь ввиду?!

От возмущения Лани судорожно вдохнула и на мгновение потеряла способность говорить. Я обозвал себя идиотом и поспешно развёл руками:

– Подожди, Лани!! Ты не так поняла!

– И что же я не так поняла?

Саркастически прищурилась вэйта.

– Я хотел сказать, что всё равно спать сегодня не буду и ... Ну... Я бы откатил светогляд в угол, сел там на стул и смотрел передачи... А ты бы поспала на кровати.

Лани как-то вдруг расслабилась, опустила голову. Вздохнула. Тихо ответила:

– Будут большие неприятности если кто-то узнает, что практикантка-враста, да ещё и вэйта, оставалась на ночь в палате у мужчины. В лучшем случае её просто отстранят от стажировки.

– Извини, Лани. Я ляпнул не подумав.

– Я переночую в комнате у старшей врасты. Ключ у меня есть.

– Ну хоть ужинать-то проводишь?

– Пошли. Сама проголодалась.
– Наконец улыбнулась вэйта.

Я неслышно выдохнул. Не хватало ещё нажить себе врага среди персонала. Мы шли по зелёному коридору в направлении столовой, людей вокруг не было и я обернулся: