Чтение онлайн

Разбудили Клер голоса, казавшиеся ей спросонья неестественно громкими.

— ...Не собираюсь обсуждать это с вами.

— Простите, но вам придется это сделать.

— Вы мне угрожаете? Как вы смеете так со мной разговаривать?

— Вы знаете, что моя сестра очень болела после... У нес было воспаление мозга. Если бы она умерла, вы бы были в этом виноваты.

— Какая чушь! Я сожалею о ее болезни, но...

— Вы выдвинули против нее отвратительное обвинение, и ее исключили. Я очень люблю Фейт, и она мне все рассказала...

— Ваша преданность делает вам честь. Но вам не пришло в голову, что Фейт могла вес это выдумать? К сожалению, мы не считали ее особенно правдивой.— Голос Ианты Эмброуз был твердым и холодным, но в нем ощущались истеричные нотки.

— Вы обвинили ее не в этом. Вы цеплялись к ней целый семестр. Бог знает почему — до того она считалась вашей любимой ученицей. Чудо, что вы не довели ее до самоубийства.

— Чепуха! Конечно, она умная девушка — по школьным стандартам,— но неуравновешенная и лживая. Ее поймали на мошенничестве — она пользовалась экзаменационными билетами, которые украла из моей комнаты. И в довершение всего она надерзила мне перед всем классом. Вот вам все факты.

– - Прошу прощения, но это ваша версия фактов. Фейт утверждает, что вы... оклеветали ее...

Молодой голос Питера Трубоди зазвучал громче, и продолжение его фразы выглядело еще ужаснее, так как было произнесено гоном рассерженного школьника:

— Оклеветали ее, потому что...— он наконец решился пойти до конца,— вы делали ей авансы, которые она не приняла.

Последовало молчание. Потом раздался резкий хлопок — мисс Эмброуз дала Питеру пощечину.

— Вы об этом пожалеете.— Голос юноши снова понизился, но в нем звучали тс же напыщенные интонации дежурного старшеклассника.— Я твердо решил обелить имя Фейт.

— Не говорите, как персонаж бульварного романа. ....

— Я знаю, что вы очень умны. Но правда в итоге всегда торжествует. Нет-нет, не уходите. Я приму меры, чтобы восстановить справедливость, и вам это не слишком понравится. Было бы проще всего, если бы вы сами написали признание...,

— Какая нелепость!

— Если вы этого не сделаете, то узнаете, что другие люди могут быть такими же... мстительными, как вы. Я вас предупредил.

— Сейчас же пропустите меня!

— А вашей сестре известно, почему вас уволили из

школы в прошлом семестре? Подруга Фейт написала ей об этом. Она утверждает...

— Если вы немедленно меня не пропустите, я позову на помощь!— Истерические интонации в голосе Ианты становились все более явственными.

— Ну еще бы!— с презрением усмехнулся Питер.— И обвините меня в попытке изнасилования или еще в чем-нибудь. Очередное ложное обвинение. К таким делам вы привыкли — верно, мисс Эмброуз? Ладно, можете идти.— Паренек говорил, как дежурный, только что отчитавший первоклассника.— Но советую помнить, что я вам сказал. Вам придется заплатить за то, что вы сделали с Фейт, тем или иным образом.

Послышались шаги, скребущие по камням, и всхлипывающее дыхание Ианты. Выглянув из-за угла стены, Клер увидела ее и Питера Трубоди, идущих в разные стороны. Ианта шла, спотыкаясь о камни. Клер также заметила фигурку Примроуз Челмерс, появившуюся из-за ближайшего льва: девочка засовывала в сумку записную книжку и авторучку; при этом выражение ее лица было довольным и озадаченным, словно у энтомолога, поймавшего красивое и неизвестное насекомое.

Когда Клер вышла из тени степы, полуденное солнце ударило ей в голову, как молоток. Но она ощущала тошноту не из-за солнца.

Найджел поджидал ее у кафе. Выпив ледяной оранжад, Клер почувствовала себя лучше. Вокруг них все столики были заняты.

— Давай пойдем в музей,— предложила Клер.— Я должна кое-что тебе рассказать.

Хотя в прохладной галерее не было никого, кроме статуй с каменными ушами, Клер понизила голос, сообщая Найджелу о том, что недавно подслушала.

— Не знаю, почему я так расстроилась; все это звучало нереально и мелодраматично. Но меня начало тошнить. А это маленькое чудовище — Примроуз — все записала.

— Ну, одна тайна прояснилась. Мы знаем, почему Фейт разволновалась, увидев, как мисс Эмброуз поднимается на борт.— Найджел задумчиво посмотрел на Клер.— Какой истории ты веришь?

— Истории?

— Ианты? Или версии Фейт и Питера?

— Не знаю,— медленно ответила Клер.— Думаю, Ианта может быть мстительной — судя по этой рецензии на перевод Джереми Стрита. С другой стороны, Фейт Тру- боди в самом деле неуравновешенная. Найджел, он не может что-нибудь ей сделать?

— Питер? Едва ли. Возможно, начнет кампанию преследования. Для мальчика из привилегированной школы он ведет себя весьма дурно.— Найджел снова бросил на Клер долгий взгляд.— Что тебя беспокоит?

— То, что Ианта может сделать Питеру, если он начнет, по его словам, «принимать меры». Эта женщина не вполне нормальна.

— Ну, за ней присматривает Мелисса. Кроме того, есть судовой врач.

— От Мелиссы не будет никакого толку, когда она начнет гоняться за мужчинами.— Клер окинула Найджела проницательным взглядом.— Ага! Значит, она уже начала?

— Существуют обстоятельства, в которых мужчина, как бы невиновен он ни был, не может не выглядеть виноватым,— заявил Найджел,— Да, я беседовал с Мелиссой на склоне холма, покуда ты дремала возле львов. Хотя она еще не в разгаре охоты, но уже в боевой готовности. При близком знакомстве Мелисса выглядит лучше.

— В самом деле?

— Она считает меня весьма изобретательным.

— Вот как?

— Да. И она боится, что ее сестра может покончить с собой.

Вечером после обеда в переднем салоне должен был состояться семинар. Два лектора, выступавшие утром, собирались отвечать на вопросы по поводу Делоса, и пассажиров убеждали внести вклад в дискуссию.

Найджелу, который даже в студенческие годы не блистал своим присутствием на лекциях, все это показалось чертовски похожим на работу. Он и Клер уселись на кормовой палубе, пропустив таким образом еще одну сцену драмы, постепенно разыгрывающейся на «Менелае».

Они сидели в дружелюбном молчании, думая о своем, покуда корабль покачивался на волнах, поднятых сильным ветром, который, согласно информации мистера Бентинк-Джоунса, часто начинался в этих местах к вечеру. Клер все еще вспоминала своего льва. Найджел размышлял о Мелиссе Блейдон. Внешне мягкая н очаровательная, она, как он подозревал, имела весьма твердую сердцевину. Подобно Ианте, Мелисса могла безжалостно устранять любые препятствия, возможно, делая это более опытно и практично. Впрочем, ей были присущи и иные качества. После обеда Найджел слышал, как Мелисса сказала Нанте: «Но, дорогая, мне это совершенно неинтересно. Почему бы тебе не пойти туда одной?» Он не расслышал ответа Панты, а через несколько минут увидел, как сестры отправились на семинар вместе. Как видно, Мелисса была способна на бескорыстную привязанность.