Круиз
Шрифт:
Третий член экипажа находился в машинном отделении. Эмилио решил проверить работу двигателей, по звуку он мог определить неисправность, так как был хорошим мотористом и механиком. В юности служил на флоте, после армии устроился в морскую службу спасения в Майями. Коллеги его уважали, несмотря на то, что он был мексиканец, ценили его умения и трудолюбие.
Выйдя на палубу, Эмилио посмотрел на горизонт. Уже были видны вспышки молний среди темно-серых туч. Он много раз бывал в штормах, и не понаслышке знал, что это такое. Ему определенно не нравилось решение капитана, идти прежним курсом.
2
Яхта зарывалась носом в волны, которые накатывали всё с новой силой, увеличиваясь в размерах. Её раскачивало, дождь лил как из ведра, ветер усилился, молнии сверкали одна за другой. Пришлось сбавить ход до минимума, потому что условия и видимость не позволяли двигаться быстрее.
До шторма проскочить не удалось. Похоже, "Анн Мари" попала в самый его эпицентр. Была сильная продольная качка, форштевень яхты вгрызался в волны, отбрасывая их в стороны, остатки воды окатывали всю переднюю часть судна, заливая стекла кают и рубки водой.
– А я ведь предупреждал, - сказал капитану Морган.
– Говорил, что стоит изменить курс и обойти грозу стороной.
– Попытались проскочить - и не успели. Что теперь рассуждать, - ответил Бен, - и не такое бывало, прорвемся, не дрейфь.
Щетки стеклоочистителей с трудом справлялись с водой, которая беспрерывно окатывала лобовое стекло, в сумерках и дожде видимость упала практически до нуля.
– Что говорят синоптики? Надолго эта буря?
– спросил капитан.
– По радио из-за шума помех невозможно различить что говорят, связь все время прерывается, - ответил первый помощник.
Открылась дверь, ветер разметал бумаги, разложенные рядом с панелью управления. В рубку зашел Эмилио, в желтом дождевике, с которого вода стекала потоками на пол.
– Ну, как у вас тут дела? Похоже, шторм усиливается - ветер крепчает, и волны становятся все больше и больше.
– Дела замечательно, - ответил Морган, - эту малышку в подобных условиях еще не приходилось испытывать, поглядим, на что она способна.
– Исходя из технических характеристик, яхта выдерживает волнение до семи баллов, - ответил Эмилио.
– Если написано до семи - выдержит и девять, - парировал Бен.
– Честно говоря, давно не видел в этих местах таких штормов, - сказал мексиканец, - слишком уж большие волны, характерные больше для Атлантики.
– Да, это странно, - согласился капитан.
В то же время в каюте первого класса Джек сидел около кресла, придерживая жену. Сьюзан держала в руках ведерко из под шампанского, наполовину наполненное содержимым её желудка. Из-за сильной качки развились приступы морской болезни, Сьюзи сильно мутило. Вещи, которые не были закреплены, попадали со столиков и полок на пол каюты и катались по нему туда-сюда, ударяясь о стенки.
В каюте эконом класса Элизабет находилась у иллюминатора, с восторгом наблюдая за ненастьем вокруг. Качка её нисколько не смущала, наоборот, она получала от нее удовольствие. Крис сидел рядом и наблюдал за ней, удивляясь ее поведению: он не мог понять, как можно так радоваться в экстремальной ситуации, другая девушка на ее месте давно бы билась в истерике.
– Я хочу пойти на палубу, - сказала Элиз.
– С ума сошла? Тебя там сдует за борт!
– Не сдует, я буду крепко держаться за поручни.
– Не выдумывай. Я запрещаю. Это не шуточки!
– Ты мне кто, папа? Я не обязана тебе подчиняться, - в голосе Элизабет слышались издевательские нотки.
Кристофер посмотрел на нее осуждающим взглядом:
– Слушай, делай что хочешь. Мне наплевать. Действительно - я тебе никто.
Она поднялась и направилась к двери каюты. Потом остановилась, развернулась и подошла к мини холодильнику, достала оттуда две бутылки пива и протянула одну Крису.
– Что передумала?
– Кристофер взял протянутую бутылку.
– Нет, решила, что стоит сначала выпить. Для храбрости.
Крис открыл свое пиво, хотел помочь девушке - но та уже справилась сама.
– За что выпьем?
– спросил он.
– За нас!
– она протянула руку и чокнулась своей бутылкой о его.
Буря тем временем усиливалась. Ветер еще набрал силы, его порывы раскачивали судно все сильней, дождь летел уже горизонтально. Волны увеличились до таких размеров, что яхте приходилось забираться на них, а потом скатываться вниз, как с горки.
Бен взял микрофон рации:
– Говорит капитан "Анн Мари", мы попали в сильный шторм, кто-нибудь меня слышит? Прием!
В ответ слышался только шум помех.
– Попробуй на другой частоте, - сказал Морган.
Капитан повторил попытку.
– Говорит капитан судна "Анн Мари" - Бен Моррисон, мы попали в сильный шторм в тридцати милях к югу от Каймановых островов, кто-нибудь слышит меня? Прием!
Кроме шума помех ничего не было слышно.
– Морган, продолжай пробовать на других частотах, - сказал капитан, передавая ему микрофон рации.
– Я сосредоточусь на управлении этой малышкой.
– Понял, капитан, - ответил первый помощник.
– А ты, Эмилио, следи за электронной картой и радаром, - обратился Бен к стоявшему рядом технику.
– Мы могли сбиться с курса.
Некоторые из волн поднимались настолько высоко, что верхняя их часть уже не могла удержаться и опрокидывалась вниз, разбиваясь о палубу яхты. Одна из особенно больших волн разбила вдребезги антенны радиосвязи и локатор на надстройке, вырвав их с корнем и унеся в открытое море.
В такой ситуации было важно не подставить борт судна - иначе его могло попросту перевернуть. Экипажу было уже не до шуток, Бен сосредоточенно следил за волнами и направлял яхту строго перпендикулярно их встречному движению.
– Капитан, радио так и не работает, нет связи, - констатировал первый помощник.
– И на радаре ничего не видно, - сказал Эмилио.
– Продолжайте, - на лице Бена читалась озабоченность.
– Как там, интересно, наши пассажиры?
– Морган посмотрел на капитана.
– Скажи им по громкой связи, что всё в порядке, скоро выйдем к суше, - ответил Бен.
Первый помощник взял микрофон громкой связи и объявил:
– Внимание! Говорит помощник капитана Морган Стивенс. Господа туристы - сохраняйте спокойствие. Гроза скоро закончится. Мы находимся в двадцати милях к юго-востоку от Каймановых островов. Доставим вас в целости и сохранности. Приятного вечера.