Чтение онлайн

– Хетти, лорд Корвус сообщил из столицы, что положение Империи.

– Да знаю я, какое у нее положение! Завтра возьмем.

Взять бы и отрубить тебе голову! Или себе… Интересно, как это делается? Хетти уснул прямо на стуле, не раздеваясь.

Кеол Ьл^-УмЛ^л

– Хару!

– Да?

– Это конец.

– Да.

– Неплохо смотрятся. Даже красиво — черные орады на снежном фоне. Вот в стороне, видишь? Гарцует мой братец Хетти. Где он взял такую жирную лошадь?

– Хорошо, что мы заранее отправили леди Дар-Халем в горы.

– Ты отправил.

– Койя.

– Хару, я же не дурочка, в отличие от моей сестры Эллы. Удивительно то, что и ты, оказывается.

– Не дурак?

– Да. Подумать только, гениальная и коварная леди Койя Дар-Умбра просыпается утром и обнаруживает, что все, кого она великодушно у себя приютила и планировала использовать в качестве заложников, когда дело примет тугой оборот, находятся вне сферы ее досягаемости. В горах Умбрена, в месте, заботливо подготовленном моим братом Хетти. В месте, куда нет дороги тем, у кого нет крыльев.

– Значит, это правда. Деле твоего брата и ребенок твоей сестры. Леди Сидана и Некко. Ты не давала им убежище, ты.

– Брала их в заложники, дорогой! А ты так неожиданно все испортил.

– Это не я.

– Вот как?

– У твоего брата есть голова на плечах, Койя. И знаешь что? Я искренне надеюсь, что этот мальчик, расправившись с нами, станет лучшим главнокомандующим в истории Аккалабата. Кимназ и Виридис лягут к его ногам.

– Ты об этом сейчас думаешь?!!

– Мне интересно, о чем ты думаешь, Койя?

– О многом.

– Например?

– О девочке. Нашей так и не родившейся дочке. Хару, мы бы могли с тобой.

– Знаю. Еще.

– Об Аккалабате. О том, каким он будет лет через пятьсот. И о том, каким он мог бы стать.

– Неинтересно. Еще.

– О Меери. Китти не переживет.

– О лорд-канцлере?

– Нет. Давно уже нет.

– А чего лорд-канцлер? — третий голос, злой и насмешливый, вплетается в разговор. Насмешливый

– от безнадежности, злой — от предвкушения.

– Лорд Меери, Вы подслушивали?

– Ага. Так почему наша красотка Койя думает о лорд-канцлере? Вернее, не думает, но, по твоему мнению, Хару, могла бы. А?

– Это не твое дело, Меери.

– Вот еще! Я здесь собираюсь жариться на огне, который вы запалили, защищать эту, с позволения сказать, ци-та-дель, — Меери возводит глаза к небу. Слово цитадель звучит в его устах непристойно. — А мне отказывают в последнем маленьком желании. Предсмертные желания, Койюшка, исполняет даже твой любимый лорд-канцлер. Правда, мелкие. типа молитву прочитать или, там, стакан эгребского. Ну так что?

– Меери, ты невыносим. Иди налей себе стакан эгребского.

– Не скажете — не буду защищать замок. Нет, правда.

– Меери!

– Я совершенно серьезен, мадам.

– Хару, убей его.

– Как же вы мне надоели! Я ухожу.

– Куда?

– Туда, — Меери выразительно тыкает вниз указательным пальцем. — Туда, где на сомнительного изящества лошади гарцует лорд Дар-Халем — глава нашей армии и надежда Аккалабата. Иду раскаиваться и поступать под его начало.

– А я на кухню, — неожиданно заявляет лорд Хару. — Надо перекусить до того, как надежда Аккалабата прикажет трубить к атаке.

С неожиданной для своих габаритов ловкостью он протискивается между Меери и Койей и исчезает за дверью, ведущей на лестницу.

– Значит, любимый лорд-канцлер. — Меери бережно обнимает Койю за талию, она не отстраняется.

– А зачем ты спрашивал?

– Ну, я же не знал, правильно ли догадался. И почему Хетти просил передать, что Дар-Эсиль не предатель. Он тебя бросил или ты его?

– Он. После того как я попросила ребенка для Солы.

– Ты воистину сумасшедшая. Даже не знаю, кто из вас с Солой хуже. Только для того чтобы Хетти и Сид смогли быть вместе?

– Только для того, чтобы они были счастливы, лорд Меери. Ты считаешь, это недостаточный повод?

– Счастье? На Аккалабате? Воистину ты сумасшедшая, Койя.

– Почему нет? Почему нельзя быть просто счастливыми? Без обмана? Без угрызений совести? Без этого страшного, раздирающего душу выбора? Почему нельзя просто жить?

– Это ты мне говоришь? Дару Кауда, от рождения лишенному выбора? Ты хоть представляешь себе, что было бы, если б тогда после турнира вы с Хару сказали «нет»? Если бы Китти сказал мне «нет»? Я подслушивал. Ты говорила сейчас: «Китти не переживет». Переживет. Запрешь, побьется недельку-другую о стекла — переживет. Я — не переживу.

– На здоровье.

– Да уж, сплошное здоровье у тебя в замке. Кстати, что там насчет неродившейся девочки?

– Убить тебя, что ли. — в глазах у Койи загорелся нехороший блеск. Меери аккуратно пошевелил кинжалом, заранее приставленным ей у левой подмышки.

– Не получится. Во-первых, я обещал твоему брату, что.

– Меери, заканчивай. Вон Хетти уже закончил объезжать позиции, скоро начнется.

– Ну так проинформируй меня поскорее, что интересного в этой неродившейся девочке. У нас уже четыре сотни лет все девочки на Аккалабате неродившиеся, смею тебе заметить.

– Она почти родилась, Меери. У меня и у Хару. Девочка с крыльями. Помнишь эту историю с асассинами?

– Брр. Ты, говорят, была вся в кровище. Очень неэстетично.

– Это была не только их кровь. Когда они на меня напали, пришлось запустить внутреннее время. Вот и случился выки.

– Пришлось запустить чтооооо?

– Внутреннее время, Меери. Тебе разве Рейвен не доложил? Оно у меня есть, потому что. в общем, как я поняла из старых книг, потому что мы с Корво очень любили друг друга и наш первый раз…

– Не рассказывай! Ничего не хочу знать про ваш первый раз.

– Вот и Хару так говорил, — назидательно произносит Койя. — Они строятся там, внизу, видишь, Меери?

– Вижу-вижу. Рассказывай быстрее.

– Когда мы рассмотрели. то, что из меня выпало. из-за того, что я запустила внутреннее время.

– Койя, дальше! Кончай уже топтаться на одном месте!

Молодец, Хетти! Диспозиция как на ладони. Снова все, как ты показывал мне тогда в горах, при тусклом свете свечного огарка. Мы еще повоюем, Койюшка! Мы еще повоюем… Вот только некем нам воевать.