Чтение онлайн

– Это привидение! – воскликнул один из мужчин, пятясь назад. – Проклятый дух!

Остальные тоже стали отступать, не сводя глаз с полупрозрачной фигуры, парящей в воздухе.

– Это призрак покойного князя! – закричал кто-то из них. – Он явился, чтобы мстить!

И в этот момент привидение быстро полетело в сторону бунтовщиков, обращая их в трусливое бегство.

– Молодец, Миха! – радостно похвалила меня госпожа Йетта. – А теперь развяжи узлы, иначе дух не уйдет.

Привидение вернулось к нам, и я поняла, что передо мной молодой мужчина, очень похожий на князя. Неужели это действительно его отец? А значит, и мой…

– Будь сильной, Михаэлла… - прошелестело в воздухе. – Ничего не бойся…

Я кивнула, чувствуя, как глаза наполняются слезами. Странное чувство… Этот дух не казался мне чужим.

Как только мои пальцы развязали последний узел, призрак исчез, улыбнувшись напоследок мягкой, нежной улыбкой.

– Пора, - шепнула Надя. – Миха, пойдем.

Мы спустились по широким камены ступеням вниз, прошли сквозь невысокую арку и увидели в темноте свет фонаря. К моему облегчению это были князь с графом.

– Все хорошо? Почему так долго? – господарь поднял фонарь повыше. – Никто не ранен?

– Нет, мы в порядке, - ответила я. В душе всколыхнулась жалость. Штефан наверняка не знал, что его мать мертва.

– Тогда вперед. У меня есть тайное место, где на такие вот случаи есть все необходимое. Конюшня, несколько экипажей и много чего другого, - объяснил господарь. – Михаэлла, тебе нельзя оставаться в княжестве. Владимир отвезет тебя в Россию. Поселишься в усадьбе, которую оставил отец. Если твои друзья захотят поехать с тобой, я не буду против.

– Но как же вы? – меня охватили эмоции, стоило только представить, что я окажусь в родной России.

– Я отправлюсь в соседнее княжество, чтобы просить о помощи. Много стражников убито. Им перерезали горло прямо во время этого странного колдовского сна. Часть войска на дальнем кордоне, а часть перешла на сторону Маре Армаша. Я видел их под стенами замка, - с трудом сдерживая ярость, ответил князь. – Я размажу каждого предателя, как мерзкое насекомое. Бужор будет первым.

– Вы поедете со мной? – я с надеждой посмотрела на своих друзей.

– Я буду рад быть с тобой в трудную минуту, - склонил голову Аурель. – В Россию, значит, в Россию.

– А я твоя подруга, Миха… У меня больше никого нет, кроме тебя, - всхлипнула Надя. – Я с тобой.

– Как же я вас брошу… Вы без меня пропадете… - проворчала госпожа Йетта. – Да и в усадьбе, наверное, дел полно… Едем.

В мешке лениво мяукнул Орель.

С этого и началось наше долгое путешествие. Впереди ждала неизвестность. Но я не боялась ее. Разве можно бояться, имея таких друзей, силу и владея искусством плести кружево? Да и Россия мне была ближе, чем эта неприветливая земля с ее мрачными замками и тяжелым воздухом, пропитанным темным волшебством…

А потом все происходило словно во сне. Я помнила, как мы бежали к конюшне. Как для нас готовили экипаж, как князь что-то сунул мне в руку, сказав при этом:

– Это поможет вам выжить в чужой стране. Спрячь понадежнее.

– А как же вы? – я хоть и не чувствовала в нем брата, но все же что-то теплое уже росло внутри меня при взгляде в его карие, светящиеся янтарными бликами глаза.

– Я найду вас. Все будет хорошо, - с ободряющей улыбкой пообещал господарь. – И мне бы хотелось, чтобы ты называла меня Штефан. Хорошо?

– Хорошо, - я почувствовала, как на глаза наворачиваются слезы. – Мы будем ждать тебя.

– Времени больше нет. Бунтовщики могут найти нас. Нужно уходить отсюда и отпускать слуг, - сказал Владимир, подходя к нам. – В экипаже поедут женщины, а мы с парнишкой отправимся верхом.

– Тогда до встречи, друг, - князь и граф крепко обнялись. Потом господарь пожал верному другу руку и добавил: - Присматривай за Михаэллой.

– Я не оставлю ее. Но как только Михаэлла устроится на новом месте, я вернусь сюда, - ответил Владимир. – И это не обсуждается.

– За это время много воды утечет. Я смогу позаботиться о себе, - усмехнулся Штефан. – Или ты считаешь меня нежной фатой, сочиняющей стихи о розовых лепестках и нежной привязанности?

– А разве это неправда? – Владимир приподнял бровь. После чего мужчины шутливо затолкались, стараясь сбить друг друга с ног.

– Я надеюсь на тебя, – Штефан еще раз обнял друга. – Прощайте.

Мы с госпожой Йеттой и Надей забрались в экипаж. Экономка тихо плакала. Надя тоже выглядела грустной, но каждая понимала, что так будет лучше. Орель выбрался из мешка и, положив мне лапки на плечи, стал тыкаться мокрым носом в лицо. Он словно успокаивал меня, и это действительно работало. Волнение и страх постепенно прошли, уступив место звенящей внутренней тишине. Иногда очень важно ничего не чувствовать, освободить голову от ненужных скачущих мыслей, мешающих принять происходящее правильно, без суеты.

Когда карета быстро поехала по узкой глинистой дороге, унося нас все дальше от замка, я откинулась на сиденье, прикрыв глаза. Начинался новый виток моей жизни, и только от меня зависело, какой стороной она повернется ко мне.

***

Путь в Россию был очень долгим и изматывающим. Мы останавливались в придорожных гостиницах, жалея лошадей. Да и самим хотелось помыться и поспать в нормальных кроватях. Мужчинам было еще сложнее. Им приходилось ехать верхом в любую погоду: будь то дождь, жара или колючие ветра.

К тому моменту, как мы пересекли границу, в воздухе уже кружили первые желтые листья. Ранняя осень завораживала своей красотой, и я не могла надышаться этим терпким грибным духом. Открыв окошко, я жадно вдыхала такие знакомые, будоражащие душу ароматы и мечтательно щурилась. Мои спутницы удивленно переглядывались, не понимая, отчего я блаженно улыбаюсь. Наверное, думали, что это нервное…

Когда экипаж въехал в Москву, я не могла поверить, что вижу саму Первопрестольную. Двухэтажные особняки купцов, окруженные огородами и садами, соседствовали с непрезентабельными домишками обычных горожан. Вокруг было много крытых базаров, лавок и магазинов, питейных домов и церквей. Люди, набирающие воду в уличных колодцах, сидящие на завалинках, что-то оживленно обсуждали. Слышался громкий смех. В воздухе витал печной запах, а еще родные нотки щей из кислой капусты.