Чтение онлайн

Он остался верен своему слову. Когда утром моя тревога ушла, Джордан вернулся к нормальной жизни. Мы съездили в магазин, испекли, что было нужно, и вернулись домой. У нас был ещё один день просмотра фильмов, который включал в себя много пыток метеоризмом.

— Будет не смешно, когда меня стошнит на тебя, — кричу я, пытаясь убраться подальше.

Он так сильно смеялся, что я сумела вырваться на свободу. Я прыгаю на него и скручиваю его соски так сильно, как могу. Он немного по-девчачьи вопит и пытается сбросить меня. Сейчас я хохочу как сумасшедшая.

Это классно.

Я отпускаю его, и мы оба падаем назад, тяжело дыша и хихикая.

— Хочешь прокатиться? — спрашивает Джордан в духе: "Чувак, где моя тачка?"

— Ага.

Мы быстро встаём и одеваемся, потом садимся на мотоцикл Джордана. Ветер довольно прохладен, но не обжигает кожу, а течет по ней. Я немного крепче цепляюсь за Джордана, и мы летим по двухполосной дороге, которая поворачивает и идёт вниз вдоль реки.

Мы катаемся несколько часов. Не знаю, что это за крошечный городок, в который мы попадаем к обеду, но тут в основном пустынно, кроме закусочной и нескольких магазинов. Мы смеёмся и наслаждаемся едой, прежде чем вернуться в Блаффсайд. Джордан решает снова остаться у меня. Я не спорю. И не знаю, когда буду спорить с ним снова. Во всяком случае, не скоро.

Джордан подъезжает к старинному дому викторианской эпохи, превращённому в дуплекс, в котором он живёт. Ему нужно захватить одежду.

— Я подожду здесь, — говорю я, когда он слезает с мотоцикла.

Он на секунду замирает, а потом согласно кивает. Джордан вновь стал самим собой, но он по-прежнему хочет держать меня поближе. Я его понимаю.

Я оглядываю заваленную листьями улицу и замечаю Коди, который закидывает несколько больших чёрных мусорных пакетов в кузов грузовика.

— Коди! — зову я, перекидывая ногу через мотоцикл.

— Привет, — ласково говорит он, когда я подхожу к нему.

— Ты переезжаешь? — задаю я тупой вопрос.

Грузовик ещё не полон, но перевозится явно многое.

— Ага.

— Я хотела только снова сказать спасибо. Не знаю, что бы я делала, если бы ты не появился.

Я долго благодарила его вчера, но мне не кажется, что этого достаточно. Может быть, я испеку ему торт. Возможно, это странный способ отблагодарить подростка, и всё же.

— Эмили, — глубокий чувственный голос Гаррета испугал меня до чёртиков.

Я подпрыгиваю и тяжело дышу, моё сердце сильно бьётся.

— Прекрати так делать! — кричу я, ударяя его в грудь.

Его губы дёргаются, но он не улыбается. Мой взгляд скользит по его откинутым в сторону волосам, вниз, по покрытой щетиной челюсти, обтянутому тканью футболки торсу, ногах в джинсах, заканчивающихся его сапогами. Потом я бросаю взгляд туда, где он действительно должен быть. Калейдоскопы.

— Эм! — взволнованно кричит Джордан.

— Я здесь! — поспешно отвечаю я, пока он не взбесился.

Его широкие плечи облегчённо опускаются, когда он направляется к нам.

— Я думаю, Дженна не закончила вчера вечером, — говорит Джордан, а потом шлёпает меня по заднице.

Я визжу и отскакиваю вперед, врезаясь в грудь Гаррета. Он обнимает меня, роняя сумки, которые нёс.

— И, судя по взгляду Гаррета сейчас, Калеб тоже был прав, — пыхтя, говорит Джордан.

Я смотрю на тёмно-карие, гневные глаза, сверлящие Джордана.

— Куда собрался, Коди? — спрашивает Джордан, не обращая внимания на Гаррета.

— Ко мне, — рычит Гаррет.

— Почему? — обеспокоенно спрашиваю я.

— Он мой брат.

Гаррет, наконец, перестаёт сверлить Джордана взглядом и переводит голубые глаза на меня.

— Чего? — спрашиваю я, окончательно растерявшись.

— Гаррет не знал. Мы об этом вчера и говорили. Моя мама умерла четыре недели назад. У меня не осталось больше никого из родных, — объясняет Коди, поднимая сумки, которые уронил Гаррет, прежде чем закинуть их в грузовик, и только сейчас я замечаю, что это грузовик Шарп Фурнитур.

Я вылезаю из тёплых объятий Гаррета и обнимаю Коди, шокировав его. Он несколько раз неловко меня похлопывает, прежде чем я отпускаю его.

— Я сожалею о твоей потере, — шепчу я, целуя его в щёку.

Его лицо вспыхивает от прикосновения, тёмно-зелёные глаза метнулись на Гаррета. Если глаза этого второго сейчас карие и разгневанные, я пну его в ногу.

Я оглядываюсь через плечо и вижу, что его глаза тёмно-серого цвета штормового неба, я не видела их такими раньше. Он печален. Вообще, я не фанат таких его глаз. Я в курсе, что много всего произошло с того момента, как Гаррет узнал, что у него есть брат-сирота, однако в его взгляде есть что-то ещё, что понятно только мне.

— Помочь? — громко спрашивает Джордан.

— Всё в порядке, — отвечает Гаррет, всё ещё не отводя своих глаз от моих.

— Не глупи. Четыре пары рук лучше, чем две, — пренебрежительно говорю я, беря Коди за руку.

Я поднимаю бровь, и Гаррет качает головой. Я замечаю краткую ухмылку, и это озаряет моё лицо.

Коди проводит меня в дом, где он жил, объясняя, что это дом его друга. В маленькой комнате нет ничего, кроме одноместной кровати, шкафа и комода.

— Большая часть моих вещей сдана на хранение. Нас лишили права выкупа закладной, когда моя мама умерла. Я получил так много, как мог, но я много потерял, — холодно чеканит Коди.

Как он напоминает мне сейчас Гаррета! Вокруг него такой же холодный барьер, как будто он полностью оцепенел. Горе на каждого действует по-своему. Я поняла это, когда моя мама умерла. Я несколько месяцев ходила в группу поддержки, и никто из нас не чувствовал себя одинакового. Просто для каждого это было немного по-другому. Так бывает с болью.

Я помогаю Коди сложить оставшуюся одежду в мусорные мешки. Я стараюсь складывать всё аккуратно, но он говорит просто засовывать её в мешки. Я чувствую, что он хочет покончить с этим побыстрее. Семья, которая здесь живёт, сейчас нет дома, и мне на миг становится интересно, вдруг он с ними поссорился, но я держу язык за зубами.

Джордан и Гаррет всё это время были снаружи. Вчера я отказалась дать Джордану объяснения, почему исчезла. Я просто сказала, что узнала о Гаррете кое-что, что выбило меня из колеи. Думаю, сейчас он разбирался с этим поворотом.

Когда мы с Коди относим последние из его вещей, я вижу Джордана и Гаррета, сидящих в кузове грузовика и спокойно... курящих. Они оба курят. Я собираюсь назвать это отвратительным, но они выглядят так спокойно и расслабленно, в духе Джеймса Дина. Я дрожу, когда Гаррет затягивается, откидывает голову назад и с облегчением выдыхает.