Чтение онлайн

Александр надеялся, что когда-нибудь наука установит связь между такими колебаниями и крупными событиями общественной жизни. Впрочем, его интересовали и другие виды лучистой энергии: звук, теплота, электричество. Тогда он увлекся открытием француза Блондло об «N-лучах» как особой разновидности психофизической энергии, излучаемой человеческим мозгом. Другие ученые тоже обращали внимание, что фактически любая мозговая деятельность человека сопровождается обильным излучением. А если это так, то почему нельзя передавать мысли на расстоянии? Увлекшись этой идеей, Александр поставил собственные эксперименты, которые позволили сделать вывод: N-лучи – не исключительный двигатель мысли. Ведь существует же предание, что человечество уже переживало сотни тысяч лет назад степень культуры не ниже современной. А остатки этой культуры передаются из поколения в поколение тайными обществами. Сколько лет он посвятил работе над такими важными для человечества проблемами! Сначала его исследования прервала Первая мировая, а потом – Октябрьская революция. От последней он испытал шок. Что будет с ним? Что будет с его исследованиями? Немного поразмышляв, ученый решил: лучшее поведение – христианский пацифизм, невмешательство в политическую борьбу. А вообще, хочешь что-то переделать – начинай с себя. И Барченко начал… Он активно посещал эзотерические кружки, собиравшиеся в Петрограде. Их члены обсуждали религиозно-философские вопросы и актуальные политические темы. Разумеется, большевиков критиковали. Сначала Барченко слушал такие выступления с пониманием, но однажды вступил в полемику, и ему дали понять, что его идеи здесь никому не нужны и непонятны. Александр ушел, громко хлопнув дверью. Ушел к большевикам. Им его лекции оказались интересны, а ему такое сотрудничество давало возможность кормить семью.

«Золотой век, то есть Великая Всемирная Федерация народов, построенная на основе чистого идейного коммунизма, господствовала некогда на всей Земле, – рассказывал морякам Барченко. – И господство ее насчитывало около ста сорока четырех тысяч лет. Около девяти тысяч лет тому назад, считая по нашей эре, в Азии, в границах современного Афганистана, Тибета и Индии, была попытка восстановить эту федерацию в прежнем объеме. Это та эпоха, которая известна в легендах под именем похода Рамы… Рама – культура, овладевшая полностью как дорической, так и ионической наукой. Рамидская Федерация, объединившая всю Азию и часть Европы, существовала в полном расцвете около трех тысяч шестисот лет и окончательно распалась после революции Иршу».

Лекции пользовались популярностью, и вскоре на Александра Васильевича обратили внимание чекисты. Так состоялось его знакомство с «большими людьми» с Лубянки. А потом – интересная работа с профессором Бехтеревым и многочисленные экспедиции на Север.

Александр Васильевич не признавался, что хочет отыскать следы развитой цивилизации. Зачем? Бехтерев его вряд ли понял бы. Зато чекисты во главе с Железным Феликсом почти разгадали его замысел. Он вспомнил эту незабываемую встречу на Лубянке, все свои ощущения. Входя в здание, Александр пытался справиться с ознобом. Сколько людей входило на Лубянку, и сколько не вернулось! Однако Бокий и Блюмкин уже доложили о его приходе, и молодой паренек в форме провел его в кабинет Дзержинского.

Александр Васильевич немного замешкался на пороге, сопровождающий постучал в дверь.

– Войдите, – раздался негромкий голос.

Никогда еще Барченко не видел Железного Феликса так близко. На худом озабоченном лице главного чекиста показалась улыбка:

– Как я понимаю, вы Александр Васильевич Барченко?

– Совершенно верно, – у ученого заплетался язык.

Дзержинский знаком приказал офицеру, который привел к нему Барченко, покинуть кабинет.

– Вот теперь нас не слышит ни одна живая душа, – его глаза буравили сидевшего напротив мужчину. – И вы можете говорить откровенно.

Александр Васильевич сжал пальцы:

– Да, конечно, но что вас интересует?

Феликс Эдмундович вскинул брови:

– А вы не догадываетесь? Результаты вашей экспедиции на Кольский полуостров. Кстати. Ваш отчет при вас?

– Да, – ученый протянул ему исписанные листы.

– Я ознакомлюсь с ним, – Дзержинский бросил его в ящик стола.

– Но я обещал сегодня отнести его Владимиру Михайловичу, – пролепетал исследователь. Феликс Эдмундович наклонил голову:

– Он тоже увидит его. И вы должны знать: это никогда не будет опубликовано.

– Почему? – теперь пришел черед удивляться Барченко.

– Потому что экспедиции продолжатся, но будут носить секретный характер, – он снова улыбнулся: – Признайтесь, уважаемый, вы ведь ехали на Север не за изучением болезни под названием «мерячение»? Вас интересовало совсем другое.

«Неужели догадался?» – промелькнуло в мозгу ученого.

– Догадаться было нетрудно, – пояснил главный чекист. – Достаточно ознакомиться с вашими взглядами и почитать любимую вами литературу. Остатки древних цивилизаций волнуют вас по одной-единственной причине. Вы считаете, что древние люди владели тайной расщепления атома, иными источниками энергии, а также действенными средствами психотронного воздействия на людей. И сведения об этом, по-вашему, не исчезли, они сохранились в закодированной форме, их можно отыскать и расшифровать.

У ученого от волнения дрожали руки. Дзержинский заметил это, и на его худом лице появилась усмешка:

– Зря вы нервничаете. Вы стоите на пороге интересных открытий. Согласно гиперборейско-тамплиерским преданиям, в тех местах, куда прибыла ваша экспедиция, должна быть сокрыта самая величайшая реликвия всех эпох и народов – Священный Грааль, или Камень с Ориона. Вы ведь считаете, что Грааль – не чаша и не кубок, а именно «вожделеннейший камень», дарующий сокровенное знание и бессмертие. Я прав?

Ученый кивнул.

– И каковы ваши мысли на этот счет? Отыскали ли вы то, что хотели?

Александр Васильевич покачал головой:

– Возможно, камень подобного рода хранится в тех подземных ходах, куда мы никак не смогли проникнуть.

Дзержинский не мог скрыть волнения:

– Значит, он все же существует?

– Думаю, да, но для полного ответа на этот вопрос потребуется время.

– Сколько?

– Не знаю, – откровенно признался Барченко.

– А когда узнаете?

Ученый посмотрел на чекиста:

– Возможно, через несколько лет.

Феликс захрустел пальцами:

– Поймите, этот вопрос очень важен и для нас. Представляете, какое мощное оружие мы получим против наших врагов, если вы отыщете заветный камень. Наша страна будет непобедима.

Барченко молчал.

– Я предлагаю вам работать на органы госбезопасности и возглавить сверхсекретную лабораторию оккультного направления, – сказал Дзержинский. – Вы, конечно, можете подумать, но долго размышлять не советую. Результаты нужны как можно скорее.

Что мог ответить на это Александр Васильевич? Наклонив голову, он пробормотал:

– Я согласен.

Он понял, почему Феликс ухватился за его теории. Как любой властолюбец, Дзержинский бредил идеей управления людьми при помощи какого-нибудь психотропного оружия. А если это оружие к тому же не надо создавать, если где-то имеется практически готовый материал, так почему же его не заполучить, и поскорее?