Крымское ханство
Шрифт:
Буржуазно-либеральные поползновения автора не могли быть, конечно, во всем последовательны. Описывая Крымское ханство в годы величайшего нажима на него со стороны захватнической политики правительства Екатерины II, автор должен был занять какую-то позицию в этом вопросе, стать на ту или другую сторону. Несмотря на свой либерализм, он не увидел величайшего насилия и издевательства российской дворянской монархии над трудящимися Крыма и, видимо, оказался в плену у той либерально-просветительной мистификации, которой Екатерина II перед лицом просвещенной Европы умела прикрыть свою захватническую политику и которая напустила розового тумана и не на такие умы, как Тунманн. Он определенно стоит на стороне захватницы, он иногда повторяет те измышления, которые она пускала в ход для оправдания своей завоевательной агрессии. Он формулирует результат Кучук-Кайнарджийского мира так:
«Русские отняли у этого государства (Крымского ханства) большие территории и даже утвердились в Крыму. [3] За то они покончили с османской верховной властью и восстановили для государства давно утраченную им независимость».
Это явный перепев оправдательных концепций екатерининского правительства.
Он неоднократно повторяет российскую версию о том, что ногайцы, кочевавшие в материковой части ханства, в 1770 г. (в начале русско-турецкой войны) «сами» подчинились царской власти и «добровольно» переселились на Кубань. Это опять перепев тех же концепций. Вся Европа льстила Екатерине II, превозносила ее и побаивалась. У Тунманна были для этого, может быть, и свои соображения.
3
Керчь — Еникале.
Характерной чертой изложения Тунманна является его историзм. Описывая основную часть ханства — Крымский полуостров, он после физико-географического очерка дает прежде всего обширный очерк истории Крыма, первый, как мы уже указывали, и почти единственный в крымской историографии связный очерк всей истории нашего полуострова. При [12] изложении классового состава, государственного устройства, национального состава, экономики и т. д. он все время дает обширные исторические справки и экскурсы. Перечисляя населенные места, он о каждом из них дает исторические сведения. Он останавливается даже на таких, которые не имели в его время уже жителей и представляли собою развалины, городища крупного историко-археологического значения (Херсонес, Инкерман, Мангуп, Чуфут-Кале, Эски-Кермен), причем на этих городищах он останавливается иной раз подробнее, чем на существующих городах. Описывая материковые части ханства — Восточный и Западный Ногай, Едисан, Буджак и Кубань, — он каждую из них снабжает пространным обзором ее истории, с древнейших, ему известных, времен до своих дней. Излагая прочие стороны характеристики этих стран, описывая поселения, он опять делает множество исторических отступлений.
Этот историзм является неотъемлемой, существенной чертой географа XVIII века и исходит от того культивирования знаний об античности, которое тянется через все столетия от Ренессанса к XVIII веку, являясь основой всякой тогдашней образованности и эрудиции. Историзм этот культивировался в равной мере и идеологией отходящего феодализма, и наступающей буржуазией, разница была лишь в предпочтениях, оказывавшихся определенным историческим эпохам и явлениям и в делавшихся выводах. Тунманн огромное внимание оказывал античной истории Крыма, получив, как истый сын XVIII века, основательную подготовку в этой области, но он не меньше интереса уделяет и последующим периодам, и раннему средневековью, и татарской эпохе, в частности истории Крымского ханства, выказывая в этих разделах недюжинные знания, далеко несвойственные рядовому европейскому ученому его времени. Это его специфическая черта.
При том уровне исторических знаний и объеме исторических источников, которые были в распоряжении Тунманна и науки XVIII века, изложение им исторических процессов и конкретных исторических фактов страдает, конечно, с нашей точки зрения множеством дефектов, ошибок, пробелов. Мы сейчас, естественно, бесконечно богаче, особенно в области археологических памятников, да и письменных источников. Но это не умаляет знания пионерской работы Тунманна, тем более, что для истории непосредственно ему [13] предшествовавшей эпохи он дает ряд сведений, которых мы не найдем в литературе, бывшей в его распоряжении, ввиду чего он является для нас первоисточником.
Если историческая часть исследования Тунманна является для нас в преобладающей своей части материалом вторичного порядка, эклектическим, заимствованным из первоисточников, нам тоже известных, то изложение им современного ему и недавнего положения и состояния Крымского ханства, лишь отчасти почерпнутое из литературы, является для нас источником первоклассным при условии, конечно, критического освоения. Большая осторожность, трезвость и точность его изложения, ясность восприятия, простота и четкость языка, — все это делает его данные для нас весьма ценными. Для примера — Тунманн указывает количество населения в Крыму в его время в «вероятно около 400» тысяч. Других сведений по этому весьма важному историческому вопросу для времен ханства у нас нет; вопрос этот в исторической литературе многократно дискутировался, особенно в связи с вопросом о первом переселении татар в Турцию; цифра Тунманна является исходной для всяких соображений на эту тему и, нужно сказать, наиболее правдоподобной.
Не менее тщательный и трезвый исследователь Крыма Петр Кеппен отозвался следующим образом о Тунманне в «Крымском сборнике» 1837 г.: «Выдумать или написать наугад не могло быть делом основательного Тунманна, статья которого о Крыме, невзирая на погрешности, неизбежные для ученого, жившего в такой дали от описываемой им страны, — есть доныне одно из лучших сочинений о Тавриде».
Н. Л. Эрнст.
КРЫМСКОЕ ХАНСТВО
Чтобы представить этот труд [4] в цельном виде, мы должны издать описание этого государства в том его состоянии, в каком оно было перед осуществлением российских притязаний на него. Как только нынешнее устройство Крыма, превращенного теперь в Таврию, будет должным образом, опубликовано, мы, как вообще при всех значительных изменениях в европейских государствах, не преминем приложить новое описание такового к этому труду.
4
Т. е. все «большое землеописание» Бюшшинга. Дело в том, что автор Тунманн составил и издал описание Крымского ханства впервые в 1777 г., т. е. до русского завоевания 1783 г., в период самостоятельности ханства. Второе же издание, немецкое и французское, издано в 1784 г., после русского завоевания. С них мы даем наш перевод.
(Примечание Бюшинга к началу описания Тунманна)
Крымский хан со времени заключения Кучук-Кайнарджийского мира 10/21 июля 1774 г. [5] владеет как независимым государством, рядом обширных стран как на европейской, так и на азиатской стороне [6] Черного и Азовского морей. Основную ее обласгь составляет Крымский полуостров, где хан обыкновенно имеет свою резиденцию. Эта область по своему благоприятному положению, своей большой населенности, по своей обработанности, производимым в ней продуктам, многочисленности городов и культуре своих жителей является более важной, чем все другие владения хана. В Европе, кроме того, ему принадлежат: Восточный Ногай между р. Бердой и Днепром, Едисан, или Западный Ногай, между Бугом (Bog) и Днестром и большая часть Бессарабии, или Буджака, между Днестром и Дунаем. В Азии он владеет Кубанью по обе стороны реки Кубани и претендует на верховную [15] власть над обеими Кабардами. Но фактическое владение этой местностью (Кабардами) за ним не признается.
5
Кучук-Кайнарджийский мир был заключен между русским правительством Екатерины II и Турцией в результате первой (в царствование Екатерины) русско-турецкой войны, начавшейся в 1768 г. Мирный договор был заключен на фроте войны в болгарской деревне Кучук-Кайнарджи, близ г. Силистрии. Ввиду значения этого договора для описываемой автором эпохи истории ханства и частных ссылок на него, мы помещаем в приложении его текст.
6
Под «азиатской» стороной Черного и Азовского морей автор подразумевает их восточные берега, т. е. в данном случае Северный Кавказ. По представлениям старинной географии граница между Европой и Азией проводилась по Керченскому проливу, Азовскому морю, нижнему Дону и по Волге к Уралу. Поэтому Таманский полуостров и Кубань, входившие в состав Крымского ханства, считались принадлежащими к Азии.
Эти страны, о состоянии и судьбах которых я скажу дальше в отдельности, являются последним остатком великого монгольского или татарского государства Капджака, созданного в 1235 г. Бату-Ханом. [7] Когда после опустошений Тимур-бега [8] это государство развалилось, Хаджи-Герай, имевший в Крыму под своей властью несколько орд, сделался в 1443 г. независимым, захватил мало-помалу капджакские владения в Европе и образовал собственное государство, [9] вторым создателем которого явился сын его Менгели-Герай, [10] однако под османским протекторатом. Пространство и границы этого государства то увеличивались, то сокращались; нынешние определены мирным договором 1774 г.
7
Бату-хан, или Батый, — основатель Золотой орды покоривший причерноморские степи, Украину, Великороссию, Северный Кавказ, Поволжье и т. д., внук Чингис-хана, сын Джучи. Правил с 1236 г., умер в 1255 г.
8
Тимур-бек, или Тимур-ленк, или Темир-Аксак, или Тамерлан, мировой завоеватель, род. в 1336 г., был первоначально предводителем банды в Средней Азии, затем возвысился, завоевал много стран в Азии и в Восточной Европе и основал огромную империю, но носил титул не хана, а великого эмира.
В пределах Золотой орды воевал против ее хана Тохтамыша в 1391 и 1395 гг., разграбил Азов, Сарай, Астрахань, Каффу. Столицей его был Самарканд, где он и погребен. Умер в 1405 г.
9
Хаджи-Герай (или Гирей), первый крымский хан, основатель отдельного и самостоятельного крымского ханства, захватил крымский престол впервые в 1428 г., потом снова в 1434 г., первоначально в зависимости от Золотой орды. Воспользовался ее разложением и династическими раздорами в ней и закрепил независимость. Умер в 1466 г. Погребен в Бахчисарае.
10
Менгли-Герай, сын Хаджи-Герая, сделался крымским ханом после продолжительной династической борьбы со своими братьями, окончательно в 1475 г. при поддержке турецкой армии и флота султана Мухамеда II, завоевавших в этом году Каффу, все генуэзские владения в Крыму и греко-готское Мангупское княжество. С этого времени оттоманской Порте принадлежал суверенитет над Крымским ханством вплоть до 1774 г. Менгли-Гирей вел энергичную и умелую захватническую политику и значительно укрепил свое ханство, содействовал активно развалу и гибели Золотой орды, присоединил к своей орде огромные группы золотоордынских кочевников, насаждал среди крымских татар земледелие и оседлость, основывал города, вел широкую международную политику по отношению к Москве, Литве, Польше, Молдавии и пр. Умер в 1515 г. Погребен в Бахчисарае.
I. КРЫМ
Этот полуостров, называемый жителями как Крымом или Кырымом, так и Кырым-Адасы [11] (остров Крым), или просто Ада (остров), образуется с севера (в наибольшей части), с юга и запада Черным морем; с востока Каффинским проливом [12] и Азовским морем. Перешеек, имеющий в ширину приблизительно одну географическую милю, [13] соединяет его на севере с Восточным Ногаем. Он [14] расположен между 51 гр. 8 мин. и 53 гр. 44 мин. восточной долготы и между 44 гр. 44 мин. и 45 гр. 55 мин. северной широты. [15] Площадь его заключает около 270 квадр. миль. [16]
11
Здесь в тексте почему-то Jyrym; видимо, опечатка.
12
Каффинским проливом в старинной географии называется Керченский пролив. Название происходит от города Каффы или Кефе, нынешней Феодосии. Когда Каффа была центром генуэзских колоний в Крыму, в XIV–XV веках она была настолько знаменитым торговым городом, что дала свое имя Керченскому проливу (через который шла значительная часть ее торговли), хотя сама находилась вдали от этого пролива. Название это сохранилось в европейской географии вплоть до XIX века.
13
Т. е. Перекопский перешеек.
14
Т. е. Крымский полуостров.
15
Широта указана автором неверно, из-за неточности тогдашних географических знаний. В действительности Крым простирается от 44°23 до 46°21 северной широты. Долготу автор, видимо, исчисляет, как это принято было в старой географии, от меридиана, отделяющего восточное полушарие от западного и проходящего через Канарские острова, так называемого меридиана Ферро. По принятому теперь исчислению от Гринвичского меридиана Крым простирается от 32°30 до 36°40 восточной долготы.
16
Площадь Крыма автором, по недостатку тогда точных измерений, преуменьшена почти наполовину. В действительности она равна около 25 000 кв. килом., т. е. около 450 кв. миль.
Страна эта имеет большие природные преимущества: она имеет обширные плодородные равнины и прекраснейшие живописные горы. Жара летом сильна но все же переносима; она умеряется северными и морскими ветрами. Зимы умеренны, более снежны, чем морозны; сильные холода продолжаются редко более трех дней. Северные ветры, правда, часто бушуют в северной части, где они не задерживаются горами, но они очищают в то же время воздух и укрепляют тело. Ранней весной и осенью, когда бывает необычайно тепло, появляются заболевания, но они не свирепствуют. Исключение представляет чума, заносимая сюда из османских стран. Так называемая крымская болезнь род проказы, обычная и в соседних [16] русских землях, живет здесь прочно. Вообще же климат Крыма один из самых здоровых. Обитатели живут долго и даже в глубокой старости имеют хороший в бодрый вид.