Крыса из нержавеющей стали призвана в армию
Шрифт:
– Я читал о подобных летательных аппаратах в учебниках истории, сказал Стирнер, с восхищением глядя в иллюминатор.– Для меня это очень важный момент, безымянный сэр.
– Капитан. Называйте меня так.
– Рад с вами познакомиться, Капитан. И позвольте поблагодарить вас за возможность объяснить вашему начальству, что мы рады гостям. Вам некого бояться. Мы никому не причиним зла.
– Сэр, пленный доставлен, - доложил я Лавендеру, прибыв в штаб.– Он говорит на малоизвестном диалекте, который я, к счастью, изучал в школе. Я могу переводить, сэр.
– Отставить, - мрачно буркнул генерал.– Вы - пехотный офицер, а не переводчик. Штатный переводчик у нас майор Кьюсел. Майор, переводите.
Черноволосый майор оттеснил меня плечом, и я встал перед Стирнером.
– Кион ви компренас?– заорал он.– Шпрехен зи пу пишь? Анкай сойай иинспай игпай атинлай? Ук кук волупук?
– Очень сожалею, сэр, но я не понял ни слова.
– Ага!– обрадовался майор, - это малоизвестный диалект, на нем говорят жители одной отсталой крестьянской планеты. Но мне он знаком - по местному бизнесу. Мы импортировали свинобразьи котлеты...
– Майор, хватит болтать. Переводите. Спросите у него, где скрывается армия и где расположены опорные пункты полиции.
С интересом я слушал майора. Несмотря на врожденное умение говорить и неумение слушать, он с грехом пополам добился от Стирнера информации, которую я уже получил. Генерал огорченно вздохнул.
– Если это правда, мы не сможем перестрелять их со спокойной совестью.– Он повернулся ко мне.– Вы уверены, что они не окажут сопротивления?
– Уверен, сэр. Насилие чуждо их натуре. Разрешите поздравить вас с первым в истории галактики бескровным вторжением! Скоро вы завоюете для славного острова Невенкебла целую планету, не потеряв ни одного солдата!
– Не спешите радоваться, капитан. Генералам, привозящим армию домой нетронутой, медали не достаются. Славу обретают в битвах, и запомните мои слова - битва будет. Такова человеческая природа. Не все же трусы на этой планете...
– В чем дело, Лавендер?– раздался знакомый голос, и температура моей крови сразу упала градусов на десять. Я затаил дыхание.
– Генерал Зеннор, захвачен первый пленный, - доложил Лавендер.-Я его допрашиваю. Он порет явную чушь. Говорит, ни армии у них нет, ни полиции.
– И вы ему поверили? Кто и где его захватил?
– Капитан Дрем на электростанции.
Я повернулся кругом. Зеннор посмотрел на меня и отвел взгляд. И снова уставился на меня.
– Капитан, где мы с вами встречались?
– На учениях, сэр. На маневрах, - ответил я самым гнусавым голосом, на какой был способен. Зеннор приблизился и пристально вгляделся мне в лицо.
– Неправда. Где-то еще. И с вами был кто-то еще.
Его глаза вспыхнули, и он ткнул в меня пальцем.
– Слон! Вот кто был с тобой.
– А ты его убил!– закричал я, хватая Зеннора за шею. Особый захват, три секунды и - смерть...
Одна секунда... Он потерял сознание.
Вторая секунда... Обмяк.
Третья...
В глазах у меня погас свет. В затылке вспыхнула боль. "Три секунды..." - подумал я и отключился.
Прошла вечность, прежде чем я очнулся от боли, распространяющейся от затылка по всему телу. Я не шевелился, пытаясь отогнать боль, - но безрезультатно. Меня окружала темнота. Или это оттого, что глаза закрыты? Выяснять не хотелось. Я застонал. Звук показался таким приятным, что я не удержался от второго стона и при этом ощутил, как мою голову приподнимают и к губам прижимают что-то влажное. Вода? Очень кстати. Я сделал несколько глотков и, почувствовав облегчение, рискнул открыть глаза. Надо мной нависало пятно, напоминающее человеческое лицо. Я моргнул несколько раз, очертания лица стали более четкими.
– Мортон...
– А то кто же?– горестно отозвался он. Затем перетащил меня к стене и придал моему телу сидячее положение.
Голова раскалывалась на куски. Сквозь пелену боли в мозг с трудом проникал голос Мортона:
– Ну-ка, проглоти и запей. Так доктор сказал. Это от головы.
Яд? Черта с два, не стоит и мечтать. Пелена заколыхалась и растаяла, оставив онемевшим все тело. Я открыл второй глаз и посмотрел на Мортона, понуро сидящего на фоне решетки.
– Он мертв?– прохрипел я.
– Кто?
– Генерал Зеннор?
– Полчаса назад выглядел живее некуда.
Я тяжко вздохнул. Выходит, сорвалось. Впрочем, может, оно и к лучшему. Конечно, мне ничего так не хотелось, как отомстить Зеннору за Слона. С другой стороны, я впервые в жизни пытался убить человека и не скажу, что эта процедура доставила мне удовольствие. Похоже, в убийцы я не гожусь. Одного только жаль: чтобы выяснить это, я сунул голову в петлю. Да еще и Мортона подвел.
– Прости меня, если можешь, - сказал я ему.– Я слишком увлекся и забыл позаботиться о твоей безопасности.
– Меня выдал сержант Блох, когда на электростанцию прибыла военная полиция. Он догадался, что я не офицер. Я им все рассказал, еще до того, как меня принялись бить.
– Это я во всем виноват.
– Не говори так, рано или поздно меня все равно арестовали бы. Армия и я - несовместимы. А ты мне очень помог, Жак.
– Джим. Мое настоящее имя Джим ди Гриз. Я с далекой планеты.
– Будем знакомы, Джим. Ты шпион?
– Нет. Я искал генерала Зеннора. По его вине погиб мой лучший друг.
– А как насчет говорящей птицы?
Я прижал палец к губам и указал на дверь. Мортон непонимающе поморгал и хотел о чем-то спросить, но я его опередил.
– А, ты вспомнил ту байку о моем школьном дружке, у которого была говорящая птица? Да, бедняга потом спился и пошел в миссионеры, только не припомню, к чему я это рассказывал.
Мортон смотрел на меня, как на чокнутого. Я огляделся и увидел, что лежу на тонком матраце, брошенном на пыльный пол. Я написал пальцем в пыли: "Тихо - могут услышать", дождался, когда лицо Мортона прояснится, и стер слова.
– Но сейчас мне неохота травить байки. Где мы?
– В большом здании посреди города, захваченного войсками. Здесь теперь штаб или что-то в этом роде. Пока меня сюда вели, я заметил много военных.
В замочной скважине заскрежетал ключ. Мы оглянулись на дверь. В камеру вошло несколько военных полицейских с винтовками, за ними - Зеннор с повязкой на шее и жаждой мести в глазах.
– Да, теперь-то ты можешь меня не бояться, - с ухмылкой произнес я, обведя взглядом полицейских, держащих нас на мушке.