Чтение онлайн

А когда с ними пытались говорить по-хорошему, то это заканчивалось так, как всегда. Тут Шлиц узнал, что как они с Вольными договаривались. Первая делегация людей получила стрелу в живот ещё на подходе к их «священным» землям. Оставшихся в живых отвели к старейшинам, где их, как полагается, обругали за «осквернение земли своими грязными ногами». Освежевали послов заживо, магией удержали в них жизнь, нашили на кожу оскорбительные письма, и сбросили тела прямо в лагерь сопровождающих. Всё это, разумеется, сопровождалось словами о вечной гармонии природы.

Зеленые защитники природы. Твари.

Вновь взглянул на голову…

Ей повезло. Или не повезло. Кто знает?

Если бы её взяли живой, долго бы не прожила. Крысы после всего пережитого замучили бы пытками. Попадись она людям, то те держали бы её только ради собственного развлечения. Эльфы Приморского Леса заслужили такую ненависть, что никто бы и не попытался их удержать. Не за что их было жалеть. Сами виноваты. Не нужно было так поступать с пленными.

Говорят, это их командиры нарочно делают — чтобы отпугнуть своих же от мысли сдаться. Мол, после того, что ты с пленными творил, сдача станет не только позором, но и приговором. Может, и так. Но мне эти эльфийские игры до одного места.

Люди, после насилия её, конечно, убили бы. Или, если удастся, продали. Да, за армией всегда таскаются подозрительные личности, у которых на всё есть покупатели. Во многих краях рабства как бы нет, но попробуй докажи обратное. Особенно если товаром окажется эльфийка. А в большинстве земель рабство вполне себе процветает.

Вампиры, например, обожают эльфов. Говорят, кровь у них сладкая. Гоблины — те просто едят их. Тёмные эльфы — это вообще отдельная песня. Торговля с ними якобы запрещена, но плюньте в лицо тому, кто скажет, что её нет.

Она была определенно красивая. Длинные белые волосы с зеленоватым отливом, тонкие губы с запекшейся кровью. Мелкие зубы стиснуты в порыве боя, между ними запеклась кровь. Наверное у неё и пальцы были такие же — тонкие, словно у музыкантши. И запястья хрупкие, что боишься сломать, даже если просто дотронешься.

Говорят, они бессмертны. Ну, почти. До пятисот лет, ходят слухи, у эльфиек лица выглядят как у двадцатилетней людской девушки. Кто знает, сколько ей было? Может, сто, а может, тысяча. Разве это что-то меняет?

— Выварите, вычистите, а череп отдайте Скронку Резаку в коллекцию. Это его трофей.

С хрустом потянулся, оглядел всех сидящих в зале.

— Всё, больше сегодня никаких обсуждений не будет! Все бегом за дела! И я пройдусь.

На Пустошах дорога длинная, порой скучная, хоть часто может закончиться между чьими-то челюстями. А еще она похожа местами на выжженную равнину, где ни воды, ни тени, зато полно всякой гадости — от людоедов до всевозможных чудовищ.

И хоть о большинстве из них крысы, псы и люди «позаботились», строительство придорожных укрепленных домов для путников звучало как разумный план.

Первоначально, на одном из самых глухих участков построили большой дом, основательный, с толстыми стенами из камня, крышей, что не течет, запасом сухого навоза для отопления. Лежаков не было предусмотрено, все спали вповалку. Всё шло хорошо, пока ночью туда забрался вампир. Неизвестно, где хитрый кровос сидел, выжидал, но однажды ночью половина путников, решивших переночевать в таком доме не проснулись. Вампир напился крови, а потом, пресытившись, в порыве нахлынувшего удовольствия начал убивать оставшихся путников.

Его убили, но сколько такой мерзости могло прийти к нам из других земель, замаскировавшись под обычных людей…

После этого решили: большие дома — слишком удобная цель. Построили несколько маленьких, но не менее крепких. Поставили их рядом, чтобы можно было в случае чего запереться и не ждать, пока тебя сожрут. Через узкие окошки-бойницы-вентиляции ни один мертвяк бы не проник, а всё пространство вокруг из них простреливалось.

Правда, с камнем вышел затык — везти его через пустошь дело долгое, дорогое и опасное. А без камня никакого «крепкого дома» не выйдет.

Кто-то предложил рабов. Логично, тем более тогда мы не всех гоблов продали. Но проблема в том, что рабы — народ уязвимый. Их нужно охранять, кормить, а потом еще следить, чтобы не удрали.

Поэтому этим стали заниматься кланокрысы. Если их замотивировать, и вооружить, то они и работать могут, и в бою за себя постоят. А плюс, у них всегда под рукой мушкеты, и порох.

— Огнестрел! — объяснял бета стрелков, тряся своим ружьем. — Творимая магия без камня! Никакая гадина против пули не устоит!

Теперь у нас крысы таскали камни, строили дома под присмотром мастеров (большая часть человеческая, а то если доверить крысам строить, то внешне оно будет выглядеть максимально крива, да и, чего скрывать — ужасно) и, в случае чего, отстреливались от всех, кто не понимал пути прогресса. Иногда это были пропущенные банды людоедов/диких крысолюдов/жукообразных тварей/банды залетных грабителей/банды свихнувшихся пророков, доказывающих что, тут живет зло/восставшие мертвецы/залетные кочевники/кентавры/те же виверны/орлы, и хуже всего — злобные призраки. И все они считали, будто крыса в кожаной куртке и кольчуге — легкая добыча. Порой среди клановых были серьезные потери, если находились те, кто пытался проверить прочность их строений. Но не пропустив их в глубь земель, мы экономили куда больше ресурсов.

Таким образом кланкрысы выступали сразу строителями и временными гарнизонами маленьких крепостиц, строящихся повсеместно вдоль дорог и у перевалов (где не было старых укреплений, которые восстанавливали).

Глава 14

Не всё держалось только на клановых крысах.

У нас сложилась непростая, но вполне работоспособная система. Иерархия из людей, крыс, сарвуухов и кобольдов не только удерживалась, но и постоянно развивается. Неравенство между ними есть и будет — я не собираюсь подстраивать свою власть под чьи-то взгляды о равенстве. У каждого своё место, свои обязанности и права, и от того, как они их выполняют, зависит их жизнь.

Я — верховный правитель. Никто не спорит. Моя власть абсолютна: жизнь и смерть каждого здесь зависят от моего слова. Система построена на том, чтобы все знали, что получают своё — но только если служат мне и государству.

Крысолюди — основная сила моей армии и хозяйства. Воины, добытчики, зуберы, — инженеры-колдуны — они во многом основа, опора моей власти. Регулярной платы они не получают — это во многом бесполезно, и даже вредно для них. Но каждый знает: если будет добыча, то он получит свою долю. Подарки, привилегии, право продолжить свой род — всё это я выдаю по заслугам, укрепляя их лояльность.