Чтение онлайн

— Анна уже приехала?

— Еще нет, — Фредди качает головой, — но она обычно приезжает за пару минут до начала, это вам всем еще разминаться надо.

Я улыбаюсь, зная, что хоть Анна и далека от тягания железа в спортзале, она приходила посмотреть на меня.

— Тогда, если ты не против, я постою тут с тобой. А малыш пусть пойдет, осмотрится.

Фредди кивает и выдаёт ему пропуск.

— Иди, парень, не стесняйся.

— Да, черт возьми! — Ему не нужно повторять дважды. Кори вешает пропуск на шею и устремляется внутрь.

Я стою рядом с Фредди, ожидая приезда Анны. Честно говоря, я нервничаю, не зная, чего ожидать после того, как я игнорировал ее звонки. Она, должно быть, обижена, но я молюсь, что еще не слишком поздно заслужить ее прощение и вернуться в ее жизнь хотя бы как друг. Она нужна мне, пусть я не был мужчиной, который ее заслуживает.

Фредди смотрит на часы:

— Уверен, она будет через минуту. Она всегда приезжает чуть с запасом.

Я киваю, понимая, что Фредди уловил мое настроение и хочет успокоить меня, но это ничуть не помогает.

Я прислоняюсь к стене и скрещиваю руки на груди, в этот момент к зданию подъезжает темно-синяя «Ауди». Поначалу я не обращаю на нее внимания, потому что таких машин у «Напряжения» нет, но стоит пассажирке откинуть с лица темные волосы, я сразу распрямляю спину.

Анна сидит внутри, оживленно разговаривая с водителем. Я щурюсь, чтобы лучше его рассмотреть, и осознаю, что это тот самый парень, которого я видел на фото, обнимающим Анну. Руки сами сжимаются в кулаки, и я направляюсь к машине, ревность берет верх, и все обещания сдерживаться и вести себя прилично летят к черту.

Глава 27

Анна

Нужно отдать Хорхе должное. Он был хорошим другом мне все то время, пока я болталась по этой части страны. Несколько раз он писал мне сообщения, чтобы проверить, как я, а сегодня забрал меня от Лив с Брайаном, чтобы отвезти на «Напряжение» и заодно посмотреть шоу.

Когда мы приезжаем к арене, Хорхе спрашивает:

— Сегодня вечером я увижу, как ты борешься?

Я смеюсь.

— Нет. Я та, кого они зовут лакеем. Я лишь сопровождаю борцов к рингу.

— Ты снова будешь с Феноменальным Иксом?

— Нет. Вообще-то его отстранили на несколько недель, так что меня приставили к Убийце.

— О, он хотя бы хорош?

Пожимаю плечами.

— Он действующий чемпион. Выиграл пояс в Сиэтле.

— Ого. Чемпион? Впечатляет, Анна.

— Не очень, — бубню я. — Он придурок. Не могу дождаться возвращения Ксавьера, чтобы он надрал ему задницу и отобрал пояс. Я буду болеть вот так. — Поднимаю руки вверх, как будто качаю крышу.

Хорхе хихикает:

— Не фанатка, да?

— Точно нет...

Даже не могу закончить фразу, потому что распахивается его водительская дверь, и внутрь тянутся две большие руки.

— Ксавьер, нет! — кричу я, но это, похоже, не беспокоит его, когда он впивается пальцами в когда-то идеально отглаженную футболку поло Хорхе.

Ксавьер наклоняется в машину так, чтобы быть лицом к лицу с Хорхе, пристегнутым к сидению ремнем безопасности и одновременно скованному страхом.

— Какого хера ты делаешь с моей девочкой?

Глаза Хорхе увеличиваются, когда он в защитном жесте поднимает руки и отвечает дрожащим голосом:

— Мы друзья.

Ксавьер тянет его вверх, а потом впечатывает спину парня в сидение.

— Не ври мне. Я знаю, здесь что-то большее. Ты трахаешь ее?

— Ксавьер! Прекрати! Ты сделаешь ему больно. — Моя мольба прекратить это прежде, чем все выйдет из-под контроля, кажется, пролетает впустую. Он как будто потерялся в тумане гнева, неспособный распознать что-либо вне пределов своей ярости. Мне нужно сделать что-то радикальное, чтобы вытащить его из этого состояния. — Я беременна!

Это срабатывает, потому что взгляд Ксавьера резко устремляется ко мне.

— Что ты сказала?

По моей щеке стекает слеза, когда я встречаюсь с ним взглядом.

— Я беременна.

— Нет, это не так.

Мой рот безвольно открывается, потому что его слова ощущаются как пощечина, но я отказываюсь позволять ему заставлять меня чувствовать себя плохо по этому поводу. Он может не хотеть этого ребенка, но я хочу.

— Так, — шепчу я. — И он твой. И... я оставляю его. Ты можешь быть частью его жизни или нет, зависит от тебя, но я собираюсь стать матерью.

Ксавьер отпускает футболку Хорхе, и его взгляд смягчается:

— Анна... я. Не могу. Прости.

Он отступает, и я понимаю, что он снова убегает от меня, потому что все становится сложным. Но в этот раз я не позволяю ему уйти так легко. Выскакиваю из машины и догоняю его на краю огороженного участка, где хватаю за руку.

— Ты не можешь продолжать убегать от меня, — говорю я.

— Ты не понимаешь, Анна. Это изменит все. Я пришел сюда, чтобы умолять тебя вернуться ко мне, потому что я эгоистичный ублюдок, который не может выдержать мысли о том, что теряет тебя. Но теперь знаю, что поступил правильно, отпустив тебя. Одно дело разрушить твою жизнь, потому что ты можешь уйти от меня в любое время, но ребенок... если он застрянет со мной, у него не будет выбора. Я не буду разрушать жизнь своего ребенка. Я слишком испорчен, чтобы быть отцом.

— Нет, это не так. Этот ребенок заслуживает того, чтобы ты был в его жизни.

Я отчетливо вижу борьбу во взгляде Ксавьера и, как только он делает шаг назад, знаю, что проигрываю битву в попытке заставить его увидеть, насколько он хороший человек.

— Не надо, — шепчу я. — Не оставляй меня снова. Пришло время, сейчас или никогда, Ксавьер. Я не буду продолжать играть с тобой в эту игру. Хочешь ты быть со мной или нет? Выбирай.

По его лицу бегут слезы, когда он отступает еще на шаг.

— Прости, Анна. Я не могу.

Он уходит от меня, и я падаю на колени на асфальт посреди парковки. От плача в легкие не поступает кислород, и я пытаюсь вдохнуть между всхлипами.

Он ушел. И в этот раз я чувствую, что по-настоящему потеряла его.

Не уверена, как долго простояла на коленях на парковке, но вскоре появляется Хорхе, оборачивая руки вокруг моих плеч и помогая встать.

— Давай, Анна. Вышибала сказал, что прикроет тебя. Я отвезу тебя в отель, чтобы ты могла вселиться и собраться с мыслями.