Чтение онлайн

— Очень мило с твоей стороны, но я спущусь сама. В этом отеле нужно продать почку, чтобы оплатить парковку, центр города, что поделать.

— Уверена? — В его голосе слышится сомнение. — Мне не сложно подняться и убедиться, что ты в порядке.

— Все нормально. — Я еще раз проверяю макияж и выключаю щипцы для волос. — Отель полностью безопасен.

— Ладно, скоро увидимся.

Звонок заканчивается, и только в этот момент я осознаю, что собираюсь встретиться с Хорхе впервые после того, как сбежала от него. Меня охватывает дрожь, но удаётся взять себя в руки, убедив, что должна быть сильной и жить своей жизнью.

Еще раз посмотрев в зеркало, я проверяю, что скромное черное коктейльное платье не будет слишком вычурным, куда бы Хорхе меня не повел.

Подождав в лобби пару минут, я замечаю синюю «Ауди» Хорхе. Он выходит из машины, и я улыбаюсь, глядя на такое знакомое лицо.

В пару шагов он обходит машину, направляясь ко мне. Его темные волосы стали длиннее, но странным образом новая прическа не контрастирует со строгим серым костюмом, а делает образ более стильным.

Хорхе оглядывает меня с ног до головы, прежде чем посмотреть мне в глаза.

— Ого, Анна, выглядишь восхитительно. Ты буквально сияешь.

Я улыбаюсь, зная, что он действительно говорит то, что думает. Хорхе не из тех, кто кривит душой.

— Спасибо. Ты тоже хорошо выглядишь. Мне нравится прическа, тебе действительно идет.

Он усмехается и, сверкнув белоснежными зубами, ерошит волосы.

— Спасибо. Такими длинными они еще не были, отец в ярости.

Я смеюсь, зная, что отец Хорхе, будучи пастором, слывет человеком строгих правил и не допускает вольностей во внешнем виде своих детей. Бунтарская прическа Хорхе, должно быть, мозолит его отцу глаза.

— Поехали? — Хорхе распахивает передо мной дверь машины.

Я киваю и забираюсь на сиденье.

Болтая ни о чем, мы катимся по загруженным улицам Сиэтла. Остановившись у модного стейкхауса, Хорхе отдает ключи парковщику и предлагает мне локоть.

Внутри все выглядит настолько шикарно, что даже занавески и скатерти словно кричат о том, что еда здесь будет достойна каждого потраченного пенни.

Администратор в белой рубашке, застегнутой на все пуговицы, и черном жилете приветствует нас у входа:

— Добро пожаловать в «Альма Мария». На чье имя заказан столик?

— Элизондо, — отвечает Хорхе.

Женщина кивает и сверяется со списком:

— Элизондо, столик на двоих. Прошу за мной.

Хорхе отодвигает для меня стул, а администратор, оставив на столе две книжечки меню и пожелав нам приятного вечера, удаляется.

Хорхе садится напротив меня и расправляет на коленях белоснежную салфетку.

Мы даже не успеваем начать разговор, как рядом с нашим столиком возникает официант с белоснежным полотенцем, перекинутым через руку, и бутылкой вина.

— Добрый вечер, меня зовут Мэтью, сегодня я буду вашим официантом. Могу я предложить вам попробовать наше лучшее домашнее вино?

— Конечно, — отвечает Хорхе, подвинув свой бокал к краю стола.

— А для вас, мисс? — Парень уже успевает наклонить бутылку над моим бокалом, но я быстро закрываю его рукой.

— Мне не нужно, спасибо. Принесите лучше воды, пожалуйста.

— Да, мисс, конечно.

Официант испаряется, и только удостоверившись, что он не может нас слышать, я поднимаю глаза на Хорхе. Он удивлённо смотрит на меня.

— Не будешь вино? Я думал, выбравшись из под надзора отца, ты развлекаешься на полную.

— Я сбежала из дома не для того, чтобы напиваться и веселиться, Хорхе.

Он облизывает губы.

— Тебя так напугала наша помолвка?

— Нет… да… я хочу сказать, что дело не в тебе, меня просто пугала мысль связать свою жизнь с человеком, который не зажигает во мне огонь.

— Я понял, — вздыхает он.

Внезапно я чувствую, что не стоило быть настолько откровенной. Мои слова обидели его. Возможно, я и не любила его, но это не повод причинять ему боль.

— Я не совсем это имела в виду.

Он вопросительно изгибает бровь.

— Тогда что же значили твои слова?

Я тру лоб. Это оказалось сложнее, чем я думала. Мне не нравится расстраивать людей.

Я собиралась быть откровенной на этой встрече с Хорхе, чтобы он больше не держал на меня зла, потому что я знала, наши отцы все еще в хороших отношениях.

— Я прошу прощения, что разорвала наши отношения именно таким способом. Я не хотела причинить тебе боль, но мы оба знали, что не предназначены друг другу, мы не любили друг друга.

— Нет, любили. И я люблю тебя до сих пор, несмотря ни на что.

— Но откуда ты можешь знать, что любишь меня?

— Я просто знаю.

— Это не ответ. — Я пытаюсь быть честной с ним, надеясь, что мои слова помогут ему понять, что он любил меня по необходимости, а не из-за того, что страсть толкала нас друг к другу. — Ты скучал по мне?

Выражение его лица смягчается.

— Конечно, я скучал.

— Это убивало тебя? Мысль, что мы никогда снова не будем вместе, разрушала твою душу? — Мои слова выбивают его из колеи, понимаю я, когда он несколько минут молчит. — Если ты как следует подумаешь, ты поймешь. Если бы твое сердце было разбито, ты бы почувствовал. Это боль, которая не проходит бесследно.

— Звучит так, словно ты знаешь, о чем говоришь, — кивает Хорхе.

Мои мысли витают вокруг Ксавьера и той боли, что приносит его молчание.

— Я знаю, — шепчу я, — и проклятое разбитое сердце болит чертовски сильно.

Хорхе чуть не давится красным вином, глоток которого только что сделал.

— Никогда не слышал проклятий от тебя.

Я смеюсь.

— Я изменилась, Хорхе. Уехав из Портленда, я повзрослела и увидела мир в совершенно ином свете. Мы с тобой росли, словно цветы в оранжерее. Мир за пределами церкви не так ужасен. В нем множество разных людей.

— Так ли плоха была наша жизнь, — вздыхает он.

— Нет, — просто отвечаю я, — но если честно, счастлива я не была.

Он смотрит на меня сквозь стекло бокала.

— А сейчас ты счастлива?

Его вопрос предполагает простой ответ, но мне сложно ответить односложно. С одной стороны, с тех пор как покинула родной дом, я в восторге от свободы, с другой стороны, я потеряла Ксавьера, а впереди меня ждет жестокая реальность, в которой я останусь матерью-одиночкой. Но я не жалею, что уехала из дома и прошла через все это, и я счастлива.