Кто мы?
Шрифт:
— Дима, иди за мной! Офицер, какие-то проблемы?
— Нет, эээ, нет, капитан, никаких проблем, эээ, извините я не зн… — мы развернулись и
ушли, не ожидая, когда он закончит свою мысль.
— Карл, кто убил Освальда?
— Джек Руби.
— Надо его срочно допросить и узнать, почему он так сделал.
— Тут начинаются проблемы. Нам пригрозили, сказали не вмешиваться, куда не следует.
Мне позвонили и запретили допрашивать Руби. У меня связаны руки, Дима.
— Ты же знаешь, я просто так не отступлю! Мне нужны ответы, Карл!
— Знаю. Я тебе помогу, чем смогу и плевать я хотел на эту должность! Правда, здесь
никому не нужна. Пока все суетятся, мы пойдет в кабинет. Я принесу всю информацию, что я имею.
Карл быстрым шагом направился к кабинету, и я последовал за ним. Он сказал мне зайти
в кабинет, что я и сделал, а он пошел за папкой, которая нам поможет понять, что
происходит. Я сел на стул, мои мысли летали в голове хаотично. У меня был шанс спасти
Освальда, но я не воспользовался им. Не обратил внимание на того странного журналиста
Руби. Я думал, что он просто журналист, но ошибся. В дополнение к этому, я чувствовал
себя неважно в участке. Меня тошнило, и я боялся, что содержимое желудка может в
любой момент выйти наружу. В моих ушах был звон, руках легкая дрожь.
— Это место плохо влияет на тебя? Не так ли? — через весь звон в ушах, услышал не
знакомый голос, я повернулся в сторону двери.
— Что? Да. С чего Вы это взяли? — я не мог сосредоточиться на собеседнике, потому что
тошнота усилилась, а звон в ушах стал громче.
— Я чувствую тебя. У меня с тобой есть связь. Не плохо ты тогда воевал, а сколько было
смертей. Скажу тебе честно, с самого начала мира не было лучших битв. Ты начал новую
эру войн. Горжусь тобой. Поэтому наш Великий босс связал меня с тобой. Сейчас не об
этом. Ты долгое время в плену у своего сознания. Пора выбираться, но прежде чем ты это
сделаешь, помоги другу разобраться с проблемами. Слышишь, он уже идет, — я
действительно услышал его шаги, прошло не меньше двух минут, прежде чем Карл
вошел, — я дам тебе знания, но они раскроются не сразу.
— Кто ты такой? Я знаю тебя, но не могу ничего вспомнить.
63
— Как я уже и говорил, ты в ловушке. Все тебе рассказать не могу, твой мозг может не
выдержать такого рода потока информации. Он сейчас у тебя запрограммирован совсем на
другую волну. Сейчас тебе станет лучше, и не забудь спросить Карла, как у него дела с его
идеей, — незнакомец которого я знал, как бы это абсурдно не звучало, исчез. Через три
секунды вошел Карл.
Звон, тошнота и дрожь исчезли, почувствовал легкое чувство облегчения. Карл вошел, помахал папкой. Мы начали изучать все, что было. Освальд проявлял интерес к
социализму и три года жил в Минске. Был не доволен политикой Кеннеди, но ничего не
указывало на то, что он мог с кем-то работать. Он бывший морской пехотинец, но все
равно он бы не смог сам все это организовать. Откуда он мог знать маршрут кортежа, наверное, кто-то ему подсказал.
— Карл, давай изучим Руби. Много людей любили Кеннеди, но только он решил
отомстить за его смерть. Мне кажется, он мог быть причастен.
— На него у нас нет досье.
— Он не убил его просто так. Вдруг это был приказ? Организаторы не планировали, что
кого-то поймают, но пошло все не так, как было задумано. Освальд многое знал, он мог
нам все рассказать. Так же надо пытаться найти «Леди-бабушку» и «Человек с зонтом».
— Ты о чем?
— Просмотрите еще раз все фотографии. «Леди-бабушка» снимает все до и после
убийства. Скорее она снимала доказательство, что дело сделано. Надо срочно начать
поиски, пока она не пропала, я бы даже сказал, не исчезла. «Человек с зонтом» не понятно
как не вызвал подозрение в ясный день. Можно подумать, что он боится заработать рак
кожи, но у него он не был раскрыт, а еще он делал разные манипуляции с зонтом.
Возможно, кто-то наблюдал, а это был знак начинать операцию. Многое не понятно в
этом событии. Еще нам пытаются связать руки. Тут явно замешены организации, может и
правительство, внешние враги, внутренние, много предположений.
— Ты прав. Мы сейчас с тобой тратим время, но в итоге ничего не найдем, чтобы
разобраться с этим делом. Может в будущем все станет более ясно.
— Тут ты заблуждаешься, друг мой. Я уверен, ничего не измениться, разве что научаться
эффективней манипулировать людьми.
— Возможно.
— Карл, прости меня, но я должен буду уйти. Я вспомнил многое, надо идти и
разобраться.
— Тут не обычное место, — Карл меня перебил, говорил он спокойно, по лицу было
видно, что он задумался о чем-то, — не правда ли?
— Да, так и есть. Ты же тут создаешь организацию «Высшие»?
64
— Да, так и есть. На этой территории не действует магия. Поэтому ты тут свободно
находишься со вчерашнего дня, вернулись воспоминания, а повторение новых дней
прекратилось.
— Карл, мне надо бежать, ведь Юле грозит опасность!
— Нет. Ты в опасности. Она пытается тебя найти, а ты не готов сражаться! У нее армия, а
ты один. Где же твой боевой настрой? Что с тобой случилось?
— Я не знаю. Я не могу понять, что происходит.
— Это все связано с Юлей. Раньше ты ее называл Дьяволицей.
— Дьяволица? Это я слышал в своем сне.
— Это был не сон. Ты все поймешь, сейчас я не имею право тебе говорить, прости меня.
Так вот, Дьяволица хочет тебя найти, но чтобы это сделать, надо тебя запутать и тогда
твой разум укажет путь к тебе.
— Но она тут, Карл! Я виделся с ней вчера утром. Карл, я с ней завтракал, обнимал её, чувствовал в своих руках, потом поцеловал, и все это происходило со мной в настоящем!