Чтение онлайн

«Сегодня ты играешь джаз — завтра Родину продашь…» — задумчиво продекламировал Кантемиров и посмотрел на особиста. — Товарищ майор, мне больше ГДРовское телевидение нравится. Там эротики больше.

— Эротикой увлекаешься? — по инерции задал вопрос лектор.

— А кто же её не любит? — искренне удивился прапорщик и посмотрел на офицера. Солдаты, внимательно слушавшие диалог начальника особого отдела полка со своим командиром, заулыбались. Кто же из советских военнослужащих (у кого есть такая возможность) по субботам не смотрел по восточногерманскому каналу увлекательную передачу под названием «Эротика на ночь» (Erotische zur Nacht). И каждое воскресенье из телевизора «Рекорд» медленно спускались по сверкающей лестнице в Ленинскую комнату полигонной команды, покачивая бедрами и цветными перьями, длинноногие знойные немки ревю-балета Фридрихштатпалас (Friedrichstadtpalast).

Майор Яшкин мельком взглянул на бюст Ильича и понял, что разговор пошёл не в то русло. Яков Алексеевич, как нормальный мужик, тоже был не прочь увлечься эротикой и посмотреть на ночь вместе с женой различные немецкие телепередачи. Но, сейчас надо возвращаться к злободневной теме…

Особист обвёл тяжелым взглядом улыбающихся солдат и повернулся к начальнику стрельбища.

— Улыбаться будем своим девушкам на гражданке. А сейчас к делу.

Старослужащие полигонной команды разом погасили улыбки и приготовились к худшему. Не зря, сам начальник особого отдела полка встретил бывших арестантов у ворот гауптвахты и привёз всех на стрельбище. Ой, не зря… Солдатская чуйка подсказывала, что проблемы у полигонной команды только начинаются. А со стен Ленкомнаты строго наблюдали за происходящим портреты высшего командного состава Вооруженных Сил СССР…

Контрразведчик ткнул пальцем в телевизор и приступил к делу:

— Товарищ прапорщик и товарищи солдаты, если я сейчас прикажу открыть заднюю крышку телевизора, то мы все вместе найдём внутри аппарата интересную приставку с проводком, идущим в окошко.

Майор посмотрел на прапорщика, прапорщик перевёл взгляд на сержанта.

Басалаев степенно, как подобает старослужащему Советской Армии, встал с места и деликатно спросил:

— Товарищ майор, отвёртку принести?

— Открывай телевизор, сержант, — приказал особист, удивившись спокойствию солдат и их командира. Что-то здесь не так, как должно быть…

— Быстро! — добавил начальник стрельбища.

Старший оператор изобразил скорость, вернулся с отвёрткой и ловко снял заднюю крышку телевизора. Процедура была до боли знакомой, так как при каждом просмотре вражеских каналов хитрая миниатюрная приставка собственной разработки радиомастера стрельбища подключалась, затем отключалась от телевизора и пряталась в укромном месте. А провод от не менее хитрой антенны, находящейся высоко в кроне берёзы, также постоянно разматывался, затем сматывался в клубок и закреплялся на дереве.

Мы же не дураки… И все со специальным радио-электрическим образованием.

Майор Яшкин хорошо представлял специальную приставку к советским телевизорам для просмотра западных каналов, изготовленную кустарным способом. Но, контрразведчик не продумал такой вопрос, что на полигоне он столкнётся с профессионалами своего дела.

Вопрос секретности просмотра западных телепередач был продуман до мелочей. Приставку разработали сами и уменьшили размер до минимума благодаря одной умной микросхеме, а в телевизор просто впаяли крохотный дополнительный штекер. Снял заднюю крышку телевизора, быстро подключил приставку, загнал самого ловкого молодого на верхушку берёзы и подключил антенну. Всё. Смотри — не хочу…

Одно дело находить такие приставки по наводке стукачей в расположениях роты или батальона, и совсем другое дело — реализовывать непроверенную оперативную информацию в Ленкомнате полигонной команды войскового стрельбища Помсен.

Начальник особого отдела мотострелкового полка быстро сообразил, что дал маху. Контрразведчик умел держать удар и начал внимательно разглядывать внутренности советского телевизора, хотя ничего в этих проводах и лампах не понимал.

Начальник стрельбища вдруг вспомнил, как два дня назад майор сказал ему в кабинете коменданта гарнизона: «Не ту сторону ты выбрал, прапорщик…» Все эти дни Тимур внутренне чувствовал вину перед майором Яшкиным и полковником Полянским. Прапорщик понимал, что оба контрразведчика в деле с Путиловым впряглись за него с солдатами.

Ясный пень, что у них были свои интересы при разборке с комитетчиками. Но, ведь могли и запросто сдать прапорщика сотрудникам госбезопасности. Сейчас Кантемиров, не думая, интуитивно и быстро сделал правильный выбор. Кто ещё поможет офицеру контрразведки кроме прапорщика?

Начальник стрельбища оторвал свой зад от подоконника, сделал шаг к особисту и сказал:

— Товарищ майор, мы всё поняли. Разрешите после вашего убытия провести внеплановое закрытое комсомольское собрание со старослужащими стрельбища. Разберём своё поведение честно, по-комсомольски и только среди своих. Один экземпляр протокола собрания я привезу вам лично.

Майор перестал изучать объект расследования, выпрямился и посмотрел на прапорщика. Солдаты за столами удивлённо переглядывались. Какое, на хрен, комсомольское собрание? И когда оно последний раз было? Похоже, их командир после пропущенного удара в ухо и гауптвахты совсем соображать перестал.

Кантемиров продолжил:

— Я уже знаю от рядового Вовченко, что после обеда на полигон прибудет командир полка. Сам доложу о результате собрания и отдам подполковнику приставку и антенну. Пусть Болдырев сам накажет виновных. А мы отработаем, товарищ майор.

Яков Алексеевич быстро принимал волевые решения. Да и что тут думать, если начальник стрельбища сам раскололся. А приставка в квартире Яшкиных была своя, правда барахлила постоянно.

Надо будет, потом вызвать Кантемирова с его радиомастером, видимо, в самом деле, специалисты — пусть починят, а то жена ворчит каждый вечер. Да и перед новым командиром полка опять же свою работу показал. И приставку эту секретную, скорее всего, КП себе домой заберёт. А эти спецы установят. Вот и отработают свой промах.

А завтра с утра в штабе дивизии майор с подполковником поднимут важный вопрос об охране секретной техники на войсковом стрельбище Помсен. А это уже серьёзная инициатива сотрудников особого отдела мотострелкового полка. Полянский оценит. Сегодня удачный день… Пора пить чай…

Ни один мускул не дрогнул на лице офицера контрразведки. Яшкину даже показалось, что и гипсовый Ильич немного прищурил правый глаз, полностью соглашаясь с выводами товарища по партии. Майор сделал многозначительную паузу…

Ленкомната замерла вместе с членами Политбюро ЦК КПСС и высшим командным составом Вооруженных Сил СССР.

Начальник особого отдела полка внимательно посмотрел на начальника стрельбища:

— Согласен. Под вашу ответственность, товарищ прапорщик.

Ленкомната выдохнула. Пронесло…

На выходе из Ленкомнаты довольный полученным результатом оперативного расследования начальник особого отдела обратился к начальнику стрельбища:

— Кантемиров, кто-то мне чаем угрожал?

— С булочками, сыром и немецкой колбасой?