Чтение онлайн

— Обратите особое внимание, — волновалась воспитательница, — на Максима, Вовика, Васю…

— Пирата? — спросила Галя.

— На Васю Груднева, Галочка! Груднева…

— Ой, извините! Конечно. Сорвалось с языка.

Надежда Петровна головой покачала.

— Если у нас будет срываться, то что же тогда требовать от детей?

— Так ведь не слышат, — Галя возразила.

— Ну, знаете… — только и ответила Надежда Петровна.

Тогда Галя покраснела, стала оправдываться разными словами, и дальше у них пошёл очень серьёзный разговор. Пе-да-го-гический разговор! Вожатым и воспитателям он просто необходим. Они передают друг другу свой опыт таким способом. Вот и Надежда Петровна передавала Гале, потому что Галя моложе.

Просовещались они до глубокой ночи. А в результате на следующий день появился, как снег на голову, один маленький волшебный ящик. Он появился на отрядном стенде — фанерный и со щёлочкой в боку, чтобы туда письма совать.

Рядом — объявление. А в объявлении чёрным по белому сказано:

ДОРОГИЕ ОКТЯБРЯТА!

ЭТОТ ЯЩИК НЕ ПРОСТОЙ. ОН ПОЧТИ ВОЛШЕБНЫЙ.

ВАШИ ЖЕЛАНИЯ МОГУТ ИСПОЛНИТЬСЯ, ЕСЛИ СЮДА ОПУСТИТЬ ЗАПИСКУ.

В НЕЙ НАДО УКАЗАТЬ:

1. Чем вы хотите заниматься в лагере?

2. Как нам жить интересней и веселей?

3. Что вам не нравится, чего не хватает?

А ниже, уже совсем большими буквами прибавлено:

У КОГО ЕСТЬ РАЗУМНЫЕ МЫСЛИ — НЕ ПРОХОДИТЕ МИМО!

У КОГО ИХ НЕТ — МОЖНО ПРОХОДИТЬ.

И вместо подписи в самом конце:

СОВЕТ ОКТЯБРЯТСКОЙ ГРУППЫ «РУЧЕЕК»

Ну, как рассмотрели ребята это дело, так сразу бросились за принадлежностями, чтобы писать. Понятно. Кому охота проходить мимо, если другие не проходят? И вообще, полезно узнать, волшебный ящик или какой? Короче говоря, все люди без промедления начали строчить желательные записки и думать над ними в поте лица.

Коля Смирнов и Боря Филатов встретились на веранде за одним столом. Сперва они отгораживались друг от друга, не давали заглянуть в свой листок. Правда, пока там ничего не было, но всё равно. А потом Боря сделал умный вид, спрашивает Колю:

— Колобок, фамилию подписывать, не знаешь?

— Галя сказала, кто как хочет, — Коля говорит.

— А у тебя есть разумные мысли?

— Конечно. Сколько угодно.

— У меня тоже есть, — говорит Боря, — только их сразу не вспомнить. А не знаешь, Колобок, можно заказать телевизор в палату?

Коля подумал, подумал и отвечает:

— Нет, нельзя.

— Почему? Жалко, что ли?

— Не жалко, а неразумно. Тебе — телевизор, другому — кинотеатр. Это в палату всё равно не полезет. Понял теперь?

Боря сказал, что понял, посидел ещё минут десять и под конец всё-таки сочинил записку. Коля сочинил ещё раньше. В общем, все ребята написали на листочках свои пожелания и советы, опустили в ящик и стали ждать, что получится. Конечно, настоящего волшебства никто не ожидал, его теперь не бывает — известно после детского сада. Но игра игрой, а обмана тоже не должно быть. И значит, всё зависит от того, какие мысли в записках.

Пришло время, Галя унесла ящик в свою комнату. Вместе с Надеждой Петровной они начали разбирать листочки и делать выводы, кто чем дышит. Оказалось — и смех и грех пополам, честное слово!

— «Хочу белого медвежонка Тяпу, — прочитала Галя вслух. — Настоящий, чтобы живой. Марина Сушкова, четвёртая звёздочка».

— «Интересно и весело, когда смеются, — прочитала она ещё. — Не нравится лук в супе. Давайте танцевать. Люда Набережная».

Но это ещё ладно, куда ни шло. А попадались записки даже почудней и даже бесфамильные. Вот, например: «Хачу купаца». «Нехватат виласипет». «Карабль». «Ничего не знаю».

Ну, что из всего подобного можно понять? И всё-таки Надежда Петровна с улыбкой сказала:

— Урожай! Отличный урожай. Вдумайтесь, Галочка. Ведь в каждом письме — взгляды на жизнь, характер, склонность, степень развития…

— Да, — сказала и Галя, — я согласна. Мы это учтём.

Между прочим, не все письма подряд были потешные или странные. Многие ребята дали правильные советы воспитателям, как надо работать с детьми интересней и веселей. Многие напомнили, что им не хватает праздников, военной игры, полезного занятия. Коля Смирнов предложил завести ежа и зверей, чтобы за ними ухаживать. Маленькая Вера придумала устроить кукольную больницу. А Максим, например, написал, что хочет писать хорошие стихи. Это, конечно, здорово!

Между тем через некоторое время Юля Цветкова встретила командира группы Ромку Давыдова. Без всякой подготовки она стала кричать, как ему не стыдно и всё такое прочее. Ромка слушал, слушал, стесняясь, но ничего не понял и, стесняясь, спросил:

— Почему ты вопишь?

— Сам знаешь!

Ромка сказал:

— Нисколько не знаю.

А Юля ему:

— Ещё и врёшь! На совет меня не позвал, а прикидываешься!

Ну, это долгая история, как они друг друга разгадывали.

А когда всё-таки разгадали и разговорились по-хорошему, тут и вышла странная штука. Даже потрясающая! Потому что оказалось: Ромка сам прозевал совет, где решали о волшебном ящике. Оказалось ещё, что никто из ребят ничего такого вообще не решал. Миша, Костя, Люда Набережная — все подтвердили удивительный факт. Тогда уж Юля сказала, не сомневаясь:

— Если ни один из нас не был на совете, значит, совета вовсе не было. А почему? Потому что наш командир слабовольный человек и вдобавок растяпа.

— Я не растяпа, — обиделся Ромка. — Это всё Галя. Она не предупредила, а я ни при чём.

Тут Миша Мороз напомнил:

— Говорила-то, будем жить самоуправством!..

— Самоуправлением, — поправила Юля.

— Ну да, и я про это. А что получилось?

Действительно: что?

Стали ребята думать и гадать, спорить и совещаться. Очень серьёзно и строго совещались. Случай ведь был не простой. Опять за маленьких принимают! Опять совет командиров, что называется, для мебели — только подпевать! Вот потому Юля и предложила сгоряча:

— Давайте напишем Гале бурный протест!

— Погоди, — испугалась Люда, — лучше просто записку.

— Ладно, записку, — решили остальные, — а в ней немножко протест. Только не бурный, а средний. Пускай Галя спохватится.

Ну, что же. Сначала сочинили всё на словах, потом переписали на бумагу красивым Костиным почерком. И все по очереди проверили ошибки, чтобы не опозориться. После этого Ромка сказал:

— Кто будет отдавать? Чур, не я!

— Чур, не я! — крикнула Люда Набережная.

А Юля ничего не стала кричать, зато пробурчала:

— И что за командир отряда? Совсем не мужчина, кажется…

— Сама ты — женщина! — рассердился Ромка.

Но хватит. Мужчина, женщина — не о том разговор. Дело-то необычное! Никто из ребят ещё ни разу в жизни не вручал вожатой протестующее письмо. А такое письмо — это вам не поздравление на Восьмое марта. Вдруг Галя обозлится, не разобравшись? Вдруг ещё что-нибудь похуже? Как тут быть?

— Я знаю, — придумал наконец Миша. — Я знаю, кто может передать!