Чтение онлайн

— Мне нужен Озавир Орс, проводи.

Толстяк с подъемника тут же протянул разрешение судьи. Этот караульный тоже сначала пробежал глазами документ, потом повернулся к Айсинару и склонился еще раз:

— Рад служить славнейшему отцу-избраннику Высокого Форума, следуйте за мной, — снял со стены светильник и направился в узкий темный коридор.

Дворец Правосудия — одно из старейших зданий Орбина — сиял мрамором и казался легким, словно взлетающим, но здесь, внизу, наоборот, сразу представлялось, как вся масса здания вместе с колоннами, скульптурами и витражами, давит на обомшелые древние перекрытия. В коридоре было тесно, потолок едва ли не прижимал голову, а светильник выхватывал из темноты лишь самого блюстителя да участок боковой стены, прокопченной и местами заплесневелой. Но за поворотом проход раздался вширь, открывая длинный ряд из несколько десятков камер, каждая из которых выходила в коридор прозрачной стеной-окном. Окна эти, обрамленные металлом, блестящим, как только что после полировки, казались чужеродными на фоне изъеденной временем кирпичной кладки. Жуткая, мрачная красота. Недаром казематы Дворца Правосудия в народе прозвали чертогами дна.

На противоположной стене через каждые три шага горели такие же светильники, как тот, что был у охранника. Их света едва хватало, чтобы разглядеть узников. Большинство и правда попали сюда с самого дна, но были и те, что казались приличными, небедными гражданами, среди них — даже первородные… впрочем, какое дело было Айсинару до всех этих бедолаг? Разве что отвлечь мысли от предстоящей встречи.

Но вот караульный подошел к одной из камер и щелкнул замком. Половина стеклянной стены с мягким шорохом отъехала в сторону, Айсинар вошел внутрь и тут же услышал:

— Айсин? Пришел-таки. А-то я гадал, соизволишь или нет?

Озавир сидел на дощатой лежанке, прикрытой тонким тюфяком, подобрав под себя одну ногу и закинув руки за голову. Явно делал вид, что обвинения, арест и суд ему нипочем. Выходило плохо: выглядел он усталым, даже измотанным, осунулся, глаза ввалились. Два дня назад на суде таких явных перемен не было. Или это из-за освещения? Щетина на лице, почти невидимая при ярком свете, в полумраке камеры отбрасывала резкие тени. Или в тот раз Айсинар ничего не заметил, желая думать, что все в порядке?

Однако ни страха, ни отчаяния в прямом взгляде Озавира не было, напротив, разглядывая посетителя, он даже улыбался, правда, не радостно, скорее зло.

— Оставь нас, — сказал Айсинар все еще стоявшему в дверях охраннику, — выйди и жди снаружи.

— Не положено, — начал было тот, — заключенный может быть опасен для посетителя…

Да сколько можно нести этот бред?! Айсинар не дал договорить.

— Вон отсюда, — негромко, но жестко повторил он.

Охранник оторопело замолчал и подчинился. Стекло за спиной скользнуло на место. И слава Творящим. Орать на мелких служащих в присутствии Орса, было бы слишком унизительно.

Но Озавир все равно усмехнулся, потом поднялся, пересел на край, освобождая место гостю.

— Что ж, раз пришел — садись, — он указал на лежанку рядом с собой. — Или брезгуешь? Не бойся, тут чисто, в ногах правды нет.

— А в чем есть правда, Оз? — вопрос прозвучал резче, чем хотелось. Айсинар выдохнул, подогнув полу мантии, сел на другой край лежанки и продолжил уже спокойнее: — То, в чем тебя обвиняют Вейз и Тир — это правда?

— Что я — практикующий маг? Или что предатель? — и опять та же снисходительная усмешка. — Сам-то как думаешь?

— Что мне думать, если они доказательства предъявили? Книгу твою и письма, — он тоже подобрал ногу и повернулся к Озавиру: — Переписка с наследником кнеза Вадана, когда Умгария в открытую готовится к войне с Орбином. Что прикажешь думать? Он тебя дорогим другом называет!

— И другом, и учителем, все так и есть. А думать… попробуй, например, думать, что хоть кто-то в нашем разжиревшем форуме делает свою работу.

Озавир не смутился. Точно также не смутили и не испугали его обвинения отца-блюстителя Тира в первый день суда. Тогда казалось, что он просто в них не верит. Неужели и до сих пор не дошло?

— Работу? Думаешь, так это выглядит? Ты предлагал открыть Пряный путь умгарам и берготам, и еще тогда многие думали: почему? Зачем ему это? И тут выясняется, что вы с будущим кнезом Умгарии чуть ли не лучшие друзья — вот как это выглядит на самом деле.

Озавир слушал молча, глядя в стену, только иногда согласно кивал, мол, понимаю, так и есть, а когда Айсинар закончил, ответил:

— Но на самом деле это именно работа. И если бы вы не вмешались со своими высосанными из пальца обвинениями — я бы ее доделал на пользу всем. Главное — Орбину не пришлось бы воевать.

Говорил Озавир устало, почти обреченно, без надежды, что его услышат. Каково-то ему оправдываться, особенно если и в самом деле убежден, что ни в чем не виновен. И если так — ясно, почему на суде молчит. Будь на его месте, Айсинар скорее руку бы на отсечение дал, чем стал бы публично унижаться. Но руку — да, а голову?

Озавир межу тем продолжал:

— Ярмил — старший сын Вадана, но пока не наследник…

— Да Творящие с ним, какая теперь разница? — перебил Айсинар, — Тебе не об умгарском мальчишке думать надо, а жизнь спасать…

Но тут Озавира будто подменили, оборвал, как ударил:

— Помолчи, Айсин, и послушай, раз пришел! Поймешь разницу, — и никакой усталости в голосе, только приказная четкость. — Повторяю: Ярмил — не наследник. Он горбат и слаб здоровьем, поэтому Вадан предпочитает второго сына, Горана. Но мать Ярмила в родстве с вождями четырех не самых последних племен, а у Горана сильной родовой поддержки нет. Поэтому запомни: в войне с варварами кнезич Ярмил — наш лучший союзник, если, конечно, у форума хватит мудрости с ним поладить. Юноша привязан ко мне, но гораздо сильнее он очарован Орбином, теми возможностями, которые может получить от нас пытливый ум даже при немощном теле. Сыграйте на этом, помогите ему взять власть — и вы покорите Умгарию. Каким бы ни был приговор, я не хочу, чтобы мои старания пропали, а Орбин упустил возможность упрочить свое влияние.

Айсинар выслушал без особого удивления: чего-то подобного он и ожидал. Не мог Оз предать Орбин варварам. Айсинар не был большим знатоком умгарских устоев и обычаев наследования власти, но план Озавира выглядел убедительным и обещал если не победу, то серьезное ослабление противника… Может, форуму тоже следовало внимательнее слушать и просчитывать ситуацию чуть дальше завтрашнего дня?

Вот только никому кроме самого Озавира доиграть эту партию не по силам. Не говоря уже о том, что мальчишка вряд ли доверится палачам «дорогого друга».

— Что ж, допустим. На словах все красиво, но кто это осуществит? Ты начал, тебе бы и доделать.

— Теперь ты так думаешь? Поздравляю.

На насмешку Айсинар отвечать не стал. Издевается? Пусть, имеет право. Только бы уговорить его не молчать, а защищаться.

— Выступи в суде! Все то же самое, что мне, скажи всем, публично. Меня же ты убедил, почему считаешь, что другие тебя не послушают?

— Да все знают, — Озавир почти смеялся, зло и жутковато. — Ты думаешь, славнейший Тир всерьез считает меня врагом Орбина? Или славнейший Вейз, матерый интриган? Или… кто там еще? Рут? Гор?