Чтение онлайн

Клава слушала его уверенный голос. И послушно стала дышать. Надо же — сама не заметила, как задержала дыхание! Эдак в обморок можно упасть… Вот только как бы после объятий снова не схлопотать приступ стыдливости, снова не вспыхнуть — так ведь заколдованный круг получится.

— Всё хорошо, всё нормально, — продолжал убаюкивать ее страхи Флаф. Решил, что эффективней всего будет отвлечь внимание. Достал из кармана принесенные для Клавдии браслет-коммуникатор и медальон-ограничитель: — Смотри, я утром сходил на кафедру артефактов и техномагии, там для тебя уже приготовили и настроили всё заранее. Давай, я застегну.

Клава послушно подставила шею под цепочку и запястье под браслет. Краем сознания, скованного стыдом, заметила, что браслет оказался гораздо легче, чем можно было подумать. Да и медальон моментально нагрелся, цепочка на коже совершенно не ощущалась чужеродным непривычным предметом. Напротив, с этой «полезной волшебной бижутерией» Клава сразу почувствовала себя как-то даже уверенней.

— Медальон послужит тебе дополнительным якорем, удержит в нашем пространстве при любых обстоятельствах, — объяснил Флавиан, заботливо поправляя ей волосы. — Основная его функция — накопитель энергии. Как суккуба ты будешь забирать лишнюю энергию у партнеров и накапливать не прямо в себе, а в медальоне. Так ты не повредишь свое тело, которое пока будет продолжать перестраиваться, подлаживаться под твою новую сущность. Как работает коммуникатор, я покажу тебе чуть позже. А что касается простыней…

Клава, успевшая расслабиться, снова превратилась в натянутую струну.

— Прости, что не сказал тебе раньше, но обо всём сразу рассказать просто невозможно, столько разнообразных нюансов тебе предстоит узнать. Чистота постелей после полового акта — это одна из приятных особенностей дара инкуба и суккубы. После бурной ночи страсти постельное белье всегда останется чистым, как только что из прачечной. Удобно и даже забавно, правда? Этой ночью в постели были одновременно мы оба, дар суккубы и инкуба срезонировал, поэтому белье сделалось чистым настолько, что ты сразу обратила на это внимание. На счет пятен крови… — продолжил Флаф, и теперь он сам отвел глаза, смутившись. Через силу договорил: — Ты не лишилась девственности в привычном для людей понятии. Тело незамужней суккубы всегда будет выглядеть, как тело невинной девушки, просто потому, что определенные… хм, участки кожи и полости обладают особенной эластичностью. То есть любой из следующих партнеров сможет с полным правом посчитать, что он у тебя первый. Сколько бы мужчин ни было — каждый, как первый. Это вовсе не значит, что тебе придется терпеть болезненные ощущения, вовсе нет! Просто твое тело чутко подстроится под любого партнера, принимая любой размер мужского… хм, орудия. То есть…

— То есть, я стала, как резиновая секс-кукла? — поджала губы Клавдия. — Сначала приму кентавра-верблюда и тут же подтянусь для гномика? И со всеми буду невинной девой.

Флавиан поднял на нее растерянные глаза, взмахнул трепетными ресницами:

— Я не могу сравнить, я не занимался этим с резиновыми куклами. Но точно скажу одно: ты сведешь с ума любого.

Клава поднялась с дивана, отошла на пару шагов. Ей сделалось как-то тяжело и душно оставаться с инкубом наедине.

— Пума сказала, что ты отведешь меня пообедать. Я вообще-то еще толком не завтракала.

— Да, разумеется! — вскочил, засуетился Флаф. — В столовой ты увидишь разнообразие нашей Академии! Это очень интересно, ты будешь впечатлена, обещаю!

— Да я уже под впечатлением, — пробормотала Клавдия. Добавила громче: — Ты уже подобрал мне нового партнера для вживания в роль суккубы?

— Разумеется, — кивнул Флавиан, резко перестав улыбаться. — Как раз за обедом я представлю его тебе. Очаровательный паренек, он тебе придется по душе.

Клава пожала плечами.

Она переоделась для выхода в присланное из ателье новое платье — всё-таки центральная столовая Академии это почти ресторан, значит, следует выглядеть нарядно. Чмокнула в носик Персика, (пусть кот делал вид, будто крепко дрыхнет без задних лап, вообще не вылезал из кровати и в подвал не заглядывал). И смело отправилась навстречу новым приключениям.

7

Столовая оказалась вполне нормальной, Клавдия даже чуть-чуть разочаровалась. Никаких летающих столов или парящих над головой авто-раздатчиков. Посетители просто подходили к длинному прилавку из застекленных холодильников, и добродушная тётечка раскладывала порции по тарелкам. Ну, разве что высокие окна с витражными вставками напоминали, что это всё-таки столовая в Академии магии. И у тётечки было шесть рук, а не две. Студенты, конечно, тоже отличались разнообразием. Однако Клава поймала себя на мысли, что как-то слишком уж быстро она привыкла к местному колориту. Смотреть на всяких чудищ и мутантов было по-прежнему интересно, а вот хлопнуться в обморок с испугу больше не тянуло.

Флавиан помог выбрать и заказать аппетитный кусок пирога с ягодами, напоминающими малину. «Псевдо-кофе» Клава уже научилась определять сама.

Когда сели за столик в углу, возле окон, из которых открывался вид на город, она заметила еще одно, но существенное отличие этой столовой от земных — тут в принципе не было грязи. Никакой! Стоило упасть капельке из чашки на скатерть, как пятнышко тут же исчезало без следа. Такое же загадочное исчезновение происходило с крошками от пирога, попавшими мимо тарелки. Клава сразу догадалась, что здесь не обошлось без специальных чар чистоты. Стало любопытно: если кофе вылить не на скатерть, а на юбку, пятен тоже не останется? Или чары не действуют на не включенные в замкнутую систему объекты типа посетителей? Или действуют, но сперва успеешь заорать, ожегшись горячим напитком? Или от ожогов здесь тоже есть специальные чары?..

Пока она была занята сомнениями и предположениями, Флавиан что-то увлеченно выискивал в своем коммуникаторе и хмурился. Клава решила, что с таким мрачным лицом можно только проверять расписание пропущенных лекций и подсчитывать не зачтенные рефераты.

— Можешь пялиться, — пробормотал он.

— Что, прости? — не поняла Клава.

— Ты исподтишка разглядываешь окружающих, — пояснил Флавиан, оставив наконец-то свой браслет в покое и занявшись собственным завтраком, состоящим из чего-то фаршеобразного, явно белкового, и горки каких-то малопонятных сизо-сиреневых овощей в желтую крапинку. — Так невежливо.

— Я просто… — смутилась пойманная с поличным Клава.

— Если хочешь смотреть, то просто смотри, прямо и не скрываясь, — посоветовал инкуб. — Все новички в Академии по первому времени ходят с открытым ртом, это нормально. В ответ все получают право разглядывать тебя.

— Я подумала, что если стану глазеть, кто-нибудь может принять это за вызов с моей стороны, — оправдывалась Клава.

— Но теперь они все решили, что в твоем мире запрещено рассматривать существо прямо, поэтому все тоже из вежливости рассматривают тебя украдкой. — Флавиан усмехнулся, оглянувшись вокруг. — По мне, так это еще нелепей. В конце концов, ты здесь задержишься на некоторое время, поэтому новые знакомства будут не лишними.

Клава собралась с духом и последовала совету, принялась открыто вертеть головой. Верно Флаф сказал: вон, у одного чудика глаза на палочках от усердия не коситься в ее сторону заплелись в косичку, все пять штук. У желеобразного толстячка три глаза уползли на затылок. Впрочем, большинство сидящих за столиками были более или менее человекоподобными. Встретившись взглядом с Клавдией, они отвечали на улыбку широкими улыбками, кивали ей, приветливо махали руками (или плавниками). Она даже выдержала улыбку, наткнувшись взглядом на дружелюбный скелет, который на ее кивок галантно приподнял шляпу-цилиндр на голове. К великому ее облегчению никто не подходил, чтобы познакомиться ближе.

— Этот сектор столовой предназначен для плотоядных гуманоидов, — пояснил Флаф. — Но сюда заходят многие из других разделов — здесь лучшая кондитерская во всем Академгородке.

— Что правда, то правда! — раздалось над ухом Клавы смакующее чавканье. — Здешние повара знают толк в сладостях и вкусняшках! Зато за лучшей выпивкой все приходят к нам в клуб.

— Познакомься, Клавдия, это Василий, — представил Флавиан подсевшего к ним парнишку. Тот успел купить себе вафельный рожок с мороженым, которое теперь капало ванильно-клубничными подтеками ему по пальцам — что чавканье и услышала Клава. — Василий из рода славянских винно-водочных чертей. Возможно, ты даже читала что-нибудь о жизни его предков в произведениях классиков твоего мира.