Чтение онлайн

— Доброе утро, свет мой. — шепчу в припухшие губы, с удовольствием отмечая, что её тело всё еще вздрагивает от пробегающих волн оргазма. Знаю, что эгоистично будить её так рано, что стоило бы дать Нэлли выспаться, но слишком уж сильно было искушение взять её снова.

А ещё сегодня слишком важный день и я хочу подготовить её к предстоящему. Тем более с учётом нового фактора.

– Ммм, доброе, ваше величество. — мурлычет сонно и сыто моя, наконец, жена. Мне нравится видеть её такой. Пожалуй, проверка в её покоях затянется.

Нэлли

Как сладко начиналось это утро и как же страшно мне сейчас. Яргард пару часов потратил на то, чтобы ввести меня в курс дела и я теперь думаю, может зря. Может лучше бы я не знала? Хотя кому я вру? Предпочитаю знать, что меня ждёт и что я должна делать, а не идти на заклание слепой овцой. А так, раз надо, сцеплю зубы и сделаю. Тем более, что мне есть перед кем держать лицо. И это даже не мой прагматичный садюга муж. Не-е-ет. В роскошной королевской карете, с гербами на резных дверцах, запряжённой шестёркой великолепных белоснежных лошадей, что величественно катят нас к главному Храму Великой Праматери, рядом со мной сидит и тревожно заглядывает в лицо Тай. Мальчик, надо сказать, явился с самого утра прямо в отцовские покои, едва узнал, что на меня опять покушались, и не найдя меня же в моих покоях. Хорошо, что мы с Яргардом к тому времени уже завтракали, а перед этим привели себя в божеский вид: мне принесли домашнее платье из моих покоев, а сам король облачился в брюки и рубашку. Обманываться в том, что принц не догадался ни о чём, у меня не получилось. Слишком уж выразительный взгляд у него был, когда он увидел нас вместе. И толика злости там тоже мелькнула, хоть и была быстро спрятана. Не будет просто с этим ребёнком, но я готова на многое пойти, чтобы стать для него чем-то большим, чем попаданка, что заняла место его матери. Король вкратце объяснил сыну, что именно произошло вечером, а потом поведал, что ко мне вернулась магия. И вернулась эта магия, как нельзя, вовремя. Оказывается, сегодня и день непростой, а целый большой праздник. В этот день весь Сованнир празднует Рождество Богов Близнецов. Вот только, в отличие от нашего Рождества, почитаются в этот день не только и не столько сыновья Боги, а ещё и их мать, Великая Праматерь. В общем, день очень важный, много обрядов вершится под благосклонным взором (это я мужа цитирую) Матери и её Сыновей. Вот и мне предложили пройти один, обложив аргументами так, что отказаться было никак. Понимаю, что надо. Мне же в первую очередь. Но стрёмно.

— Это не так страшно, как звучит. — пытается меня успокоить Тай и несмело сжимает мою ладонь. Моя ж ты лапочка. Может ему и неприятно, что отец так легко сошёлся со мной, но ко мне он действительно не чувствует неприязни.

— Охотно верю. — немного привираю я, не желая расстраивать ребёнка. Даже улыбку из себя умудряюсь выдавить.

А то, что бледная, так не выспалась. Покушаются тут всякие, а потом ещё и женой делают, и магию половым путём возвращают, но об этом принцу тоже не стоит знать. Эх, жизнь моя жестянка. Даже пожаловаться и поплакаться некому. Вот так, чисто по-женски, не задумываясь о правильности, логичности, безопасности и о том, кто что подумает. Как же мне моей Кати не хватает. Вот кому бы всё на голову вывалить вперемешку со слезами, матом, и интимными подробностями. Сразу бы легче стало. А так приходится держать себя в руках. И что самое худшее, что и не может у меня здесь быть настолько близких подруг. Ни сейчас, ни когда-либо позже. Статус не тот. Яргард тому примером. Он своему с детства другу не доверяет, что уж говорить об остальных. И Тая ждёт то же самое. Хотя у него есть реальный шанс заиметь брата, или братьев в моём исполнении. А я уж постараюсь, чтобы между ними были самые лучшие отношения. Уверена, из Тайрэна выйдет замечательный старший брат. Надеюсь только, что не сейчас, что вся эта магическая контрацепция, о которой мне поведал муж, когда утром я напрямик спросила, почему мы не предохранялись, сработает.

— А почему ты не с отцом едешь? — интересуюсь я у принца, чтобы хоть немного отвлечься от происходящего.

— Мне показалось, что вам будет… одиноко одной в этой карете, тем более в ожидании обряда. Отец должен следовать обычаю и ехать в храм открыто верхом, дабы люди видели своего короля. Я же еще не вступил в пору зрелости и не обязан этого делать. — поясняет мне Тай. — К тому же, для всех вы моя мать и мне подумалось, что народу понравится видеть нас вместе в такой день. Отец с моими выводами согласился. Надеюсь, вы не против моей компании? — и снова эта хмурая складка на переносице и неуверенность в голубых глазах. Эх.

— Конечно, нет. Наоборот. Спасибо, что подумал обо мне. Твоя забота очень приятна. — до чего же правильный мужчина растёт. Улыбаюсь уже совершенно искренне и сжимаю его пальцы в ответ. — Как прошёл твой день вчера? Вы с его величеством упоминали, что подбираете тебе свиту. Ты уже познакомился с кем-то?

— Да. — кивает Тай, и задумчиво поджимает губы.

— И? Кто эти юные придворные? — с любопытством вскидываю я брови.

— Первые с кем я побеседовал, это племянники лорда Гиерно. — сообщает мальчик.

Ого. У этого холодного и мрачного мужика есть племянники?

— И сколько этим молодым людям лет? Они твои ровесники? — продолжаю я выспрашивать.

— Почти. Корину и Камэли по девять. Они близнецы. Поначалу мне было странно с ними общаться. Я… не привык. А потом Камэли увидела книги, которые я для вас подбирал и сообщила, что они с братом тоже их любят читать. Корин её поддержал и мы довольно интересно пообщались, обсуждая эти истории и свои впечатления. В общем… всё оказалось не так, как я представлял. — запинаясь и подбирая слова, делится Тай.

Так, стоп. Камэли? Девочка? Как интересно. Думала, что тут детей тоже на мужской и женский двор делят. Хорошо, если нет.

— Тебе понравилось? Ты одобрил их кандидатуры.

— Да. — обдумав ответ, кивает принц.

Вот и хорошо, вот и чудно.

— А ещё кто?

— Внук Советника по внутренней политике, лорда Шаньерга. И ещё пара графских сыновей, но им я отказал.

— Почему? — удивляюсь я. А ещё пытаюсь понять, где я слышала фамилию Шаньерг.

— Они были… слишком неискренни в своём желании мне понравится. Отец сказал, что я должен выбирать тех, кого действительно буду не против видеть рядом с собой. — Тай вздыхает. — Это, оказывается, тяжело. Выбирать.

Могу себе представить, но понимаю, чего хочет Яргард. Он таким образом преподаёт наследнику нужный урок.

— А откуда ты знаешь об их неискренности?

— Почувствовал. Это несложно. Думаю, вы уже знаете, о чём я, раз уж к вам вернулась магия. — дёргает уголком рта, заставляя меня ошарашенно умолкнуть.

Глава 20

— Так это правда? Эти эмоции, что я ощущаю? Это был дар твоей матери, а теперь мой? И у тебя такой же? — вываливаю я на мальчика целую тележку вопросов.

— Эмпатию не совсем можно назвать магическим даром, это скорее особая восприимчивость потомков королевского рода Краноди. — Начинает объяснять Тай и, видя моё непонимание, сразу же даёт справку. — Это род жены короля Гельмута и матери моей… матери.

— То есть, твоей бабушки? — уточняю.

А ребёнок равнодушно пожимает плечами. Вот, не поняла. Здесь нет понятия бабушек и дедушек? Но ведь слова такие, с соответствующим значением есть. Тогда, получается, Тай своих бабушку и дедушку таковыми не считает.

— Так ты, значит, тоже чувствуешь чужие эмоции? — Всё-таки добиваюсь я ответа.

— Да. Но не сильно и лишь направленные на меня. Ваши тоже, иногда. Они греют. Изнутри. — осторожно объясняет принц.

Аха. Вот значит как. Впрочем, пускай. Особенно, если греют. Мне не жалко, я ещё начувствую. Правда, тут же возникает другой вопрос.

— А твой отец знает об этом даре?

— Да. Я ему рассказал, как только начал чувствовать. Мама тогда очень рассердилась. А я был маленьким и не понимал почему.

— Я-а-асно. — тяну я.

Конечно рассердилась, зараза такая. Ещё бы, такой козырь потерять. А с другой стороны, может она потому и спятила, что знала кто что чувствует к ней. Любовь, ненависть, злость, безразличие… У Тая, несмотря на бессердечную мать, была и есть постоянная и неоспоримая величина — любящий отец. А был ли хоть кто-нибудь любящий у Тэрэсы? Судя по записке может быть мама, но, исходя из той же самой записки, королева Аргандии не способна противостоять своему мужу от слова совсем и ребёнка отстоять вряд ли могла. Вряд ли амбициозная и стервозная дочь её за это уважала.