Чтение онлайн

Не говорим вслух, но оба понимаем: в наше время все телефонные беседы оставляют следы в сети. У Высшего Судебного Совета — свои инструменты и, как ни цинично, своя кормушка. На такой беспредел низового судьи они скорее всего действительно отреагируют остро и стремительно — вплоть до немедленной выемки записи бесед сидящего перед нами у сотового оператора, благо, распоряжение суда на это ВСС в состоянии родить в прямом смысле за секунду.

Если же запись беседы «потеряется» или будет «абсолютно случайно» не сохранена оператором — ВСС будет считать это прямым подтверждением обвинений в адрес отклонившего ходатайство о своём отводе. А там, видимо, и до занимательных действий недалеко — из разряда полиграфа.

Шут его знает, может и до интересного допроса под интересным внутривенным препаратом дойти — не знаю насчёт Японии, но обычно высшие судебные советы в принципиальных вопросах не церемонятся. Опять же, шкурные интересы, хотя и не афишируемые — если в обществе гласность и хотя бы двухпартийность, верхушка Судебной ветви власти в лишние бесплатные приключения старается не попадать.

Что им Принцесса. Говоря цинично, ВСС — вершина иерархии, одной из трёх. А в случае реализации её планов они с первого места мягко перемещаются минимум на второе.

Видимо, за происходящим в зале кто-то всё же наблюдает, несмотря на «закрытость заседания», поскольку через полминуты одна из дверей распахивается и внутрь ну очень быстро входит главный чиновник этого здания.

Ходатайство Моэко об отводе судьи удовлетворяют, не отходя от кассы.

Дату основного заседания перенесли, поскольку ходатайство об отводе судьи удовлетворили. Борёкудан мысленно бушевала, поскольку появившийся в зале дежурный судья по срочному (!) встречному ходатайству истца распорядился об абсолютно противозаконных ограничениях для ответчика — молниеносно прибывшие техники прямо в зале нацепили на Такидзиро следящий браслет, «чтоб гарантировать следующую явку»:

— Вам запрещено покидать пределы Хонсю до следующего заседания. В случае необходимости, при условии предварительного уведомления с вашей стороны, вам разрешается выезжать из Токио. ?

Можно подумать, технические специалисты доступны по щелчку пальца в режиме реального времени. Понятно же, что всё было заранее предопределено, подстроено и даже видимостью закона никто не заморочился.

Неунывающий Решетников подмигнул ей, давая понять, что тоже оценил: инженеры явно сидели наготове.

Они действительно считают, что им это сойдёт с рук? Химэ Эдогава-кай пристально разглядывала визави и прикидывала, какой из групп будет лучше поручить деликатную задачу. Игра в бейсбол судейскими головами — нисколько не монополия армейцев либо НАЙТЁ, в неё могут играть и другие желающие.

Другое дело, якудза свято чтит закон, как бы парадоксально ни звучало. Попирать негласные правила игры ТАК, как только что эти — путь не для хатикю-сан, тут нужно быть отморозком из государственной структуры. Безответственным, эгоистичным, думающим только о своей шкурке, плюющим на собственную родину и на так называемый общественный договор между политической элитой и населением.

— Вы ответите за свой произвол, — хмуро пообещала Моэко в большей степени председателю суда. — Чего бы мне это ни стоило.

— Вы о чём сейчас? — главный чиновник здания выглядел спокойным.

Моэко покачалась на каблуках, делая с короткой дистанции глубокий выдох в лицо ну очень взрослого мужчины:

— Понимай как хочешь. — Она впервые в жизни разговаривала подобным образом. — Точнее, поймёшь в нужный момент.

— Держите себя в руках! Или!..

— Закройся. И молись, хотя не гарантирую, что поможет. Можешь подать на меня в суд за оскорбление, «твоя честь» не говорю — у тебя её не осталось.

Правоохранители напряглись, ожидая реакции старшего коллеги.

Из виртуального противостояния глаза в глаза её вывел щёлкнувший по локтю ноготь Решетникова:

— Не парься, Моэко-тян. Всё будет хорошо. — Такое ощущение, его девайс на ноге вообще не беспокоил. — Пусть думают, что отчитаются нормально.

— Ты же понимаешь, для чего это всё? — она заговорила открытым текстом.

Впрочем, чиновники свою работу сделали и находились на этапе отчаливания по своим делам. К беседе ответчика и защиты прислушивались скорее по инерции.

— Конечно, понимаю, — кивнул товарищ. — Но здесь обсуждать не будем. Услышь меня: не нужно нервничать, оно того не стоит.

— Это абсолютно неправильно, — Миёси-младшая покачала головой. — Это настолько противозаконно, насколько может быть.

— Подайте апелляцию, — весело выдал уходящий председатель суда от дверей. — Заодно потренируете формы вежливости, адвокат-сан.

— Тс-с-с! — Такидзиро адвоката борёкудан за руку и протянул на себя, как в танцевальном пируэте.

Второй ладонью он накрыл ей рот:

— Они же специально тебя раскачивают. Помни об отце. Чем больше истерики транслирует наружу Миёси-младшая, тем меньше её отец сфокусирован на будущих выборах. Теоретически. Мелочь, а приятно.

— Приняла. — Она сняла мужские пальцы со своих губ. — Погнали отсюда.

— Сколько времени у тебя уйдёт уйдёт на оспаривание браслета? — Решетников с воодушевлённым видом, не вязавшимся со случившимся, что-то активно просчитывал, шагая к выходу.

— За пару дней точно не снять, даже если напряжёмся сверх меры, — она намекнула на взятки и иные негласные возможности. — А в Пекине тебя ждут сам помнишь когда.

— Если бы тебе как моему адвокату дали неограниченные бюджеты, сколько бы ты времени снимала девайс по закону? — он настойчиво продублировал вопрос.

— Как бы не от недели. Четыре дня с учётом выходных — при фантастическом везении в апелляции. Я бы на него не ставила.

И что теперь делать? Такидзиро легально лететь в Китай не может, а незаконно можно и не думать. По крайней мере, лично она не знала, как.

— Поехали! — Решетников с беззаботным лицом и белозубой улыбкой занял в её машине место пассажира.

— Куда?

— В Йокогаму — очень неплохая техническая служба, давай продолжим там.

— Если у них компетентности не хватит? — Моэко влёт уловила намёк, но не стала даже здесь называть все вещи своими именами.

Товарищ явно собрался оставить с носом инженеров государственных при помощи инженеров корпоративных. Странно, все же знают, такие браслеты не снимаются.

— Если не сниму прибамбас в Йокогаме, есть запасные варианты.

— Может, лучше сразу с этих запасных и начать? Твоя работа в списке надзора — первое место, как потомственная якудза говорю.