Чтение онлайн

Схватка за нами, мы продвигаемся дальше по зданию и выходим в холл на первом этаже управы. С одной стороны десяток сатанистов, отстреливаясь из луков и двух автоматов, держат узкий проход в левое крыло здания, а с другой парни из группы Серого, вперёд не торопятся, чего‑то ждут.

— Серый! — прячась за большим разбитым дубовым столом, выкрикиваю я в пыльное пространство помещения.

— Здесь! — Его голос доносится из комнатки на против.

— Почему остановились?

— Ждём, пока пластуны сектантов снаружи обойдут.

— Не давать противнику опомниться! Пару гранат — и вперёд!

— Понял! — отвечает лейтенант, и спустя пару секунд доносится его крик: — Берегись!

Две гранаты РГД‑5 в пыльном облаке холла просвистывают через простреливаемое пространство и падают среди сектантов. Все зажимают уши и прячутся в укрытиях, но в закрытом помещении взрывы всё равно слышны очень хорошо, а часть осколков проносится над нашими головами. Трясётся пол, сверху снова летит штукатурка и отсыревший бетон. Воины Серого кидаются в проход, прорываются в левое крыло управы, и вскоре здание очищено.

После зачистки и доклада Серого, что всё в порядке, мы вместе с Фомкой поднимаемся на второй этаж. Паренёк пристраивается возле узкого сквозного проёма в стене, не торопясь готовится к стрельбе и, уложив ствол древней винтовки Мосина на кусок арматуры, не оборачиваясь, говорит:

— К стрельбе готов!

Мне давно хотелось посмотреть, как этот молодой охотник из Козельска будет действовать в бою, и, достав из футляра бинокль, я отхожу в глубь комнаты, становлюсь напротив окна и высматриваю для него цель.

— Крыша дома напротив. Стрелок с АКМ, который за печной трубой прячется, видишь его? — спрашиваю парня.

— Да! — отвечает он.

— Работай!

Практически сразу следует одиночный выстрел, и вражеский автоматчик, раскинув руки, летит наземь.

— Второй этаж, левое угловое окно, боец с луком, — замечаю я новую цель для парня. — Вали его!

Ещё один выстрел, лучника отбрасывает от окна, а Фомка поворачивается ко мне и спрашивает:

— Ну как?

— Молодец! Остаёшься на месте и выбиваешь всех, кто не наш.

— Сделаю, командир!

Спустившись, вместе с группами Серого и Игнача я спешу на усиление офицеров Миронова. Пока мы с боем, с лихого наскока брали городскую управу, в жилых домах всё шло не так гладко. Судя по тому, как правильно в них организована оборона, там был командир, который не потерял голову и явно стремится продержаться до темноты, чтобы прорваться в лес. Ворваться в здания на плечах сектантов у наших групп не вышло, и теперь приходилось напрягаться. Крепыш с Патти в помощи не нуждались, бойцы Лиды держали периметр и проверяли подвалы, в которых могли затаиться недобитки, а вот Миронову для штурма сил не хватало.

Наше усиление успевает как раз вовремя. Один из бойцов, связав вместе три гранаты, подбирается к подъезду, из которого ведётся интенсивный огонь. На одной из гранат он выдёргивает чеку и, ловко изогнувшись, кидает всю вязанку внутрь и отскакивает в сторону.

Подрыв! Ударная волна выносит разбитые двери и парочку близких к месту взрыва оконных рам. Затишье, и снова тот же ловкий боец из дипломатической миссии одну за другой отправляет в подъезд ещё две гранаты. Снова взрывы, и после них пришёл черёд штурмовых групп, которые ворвались внутрь.

Проходит пара минут, и поступают доклады:

— Первый этаж за нами!

— Второй наш!

— Третий, проблемы, имею одного раненого, лестница обвалена, наверх пройти не могу!

Взяв рацию в руки, я скомандовал:

— На третий этаж не лезть! Оставить заслон и приготовить материал для костров! Будем выкуривать гадов!

— Понял! — отвечает незнакомый офицер.

Только рация замолчала, как откликнулся Крепыш:

— Второй дом взяли, трое раненых!

— Собирайте трофеи и боеприпасы. Всем отдыхать, а мы пока последних сектантов выжигать будем.

Стрельба затихла. Сатанисты не стреляют, да и нам зазря боезапас изводить смысла нет. Офицеры Максимова отрывают в жилых комнатах паркет и тянут его к лестнице на третий этаж. Туда же летит вся обнаруженная в жилищах местных жителей одежда и домашняя мебель. Пожар будет славный, такой, что ни один вражина не уцелеет.

Проходит несколько минут, и с третьего этажа выкидывают белый флаг, грязную простыню на швабре. Это что‑то новенькое, такого, чтобы Внуки Зари использовали знак перемирия, я до сего момента никогда не видел. Но война идёт не первый год, а мы в родных краях давно не были, значит, многое могло измениться, в том числе и отношение сатанистов к смерти.

— Эй, не стреляйте! — сверху донёсся смутно знакомый мне голос.

— А что хотел? — встав в непростреливаемой сверху зоне и подняв голову, спросил я.

— Говорить хочу. Кто самый главный?

Голос вновь показался мне знакомым, и, переворошив свою память, я вспомнил, где встречался с тем человеком, который сейчас сидел наверху. Это был Ига Косец, военный вождь Фиолетовых Ромбов. Некогда, в Дебальцеве, этот сектант со своими воинами захватил в заложники рабочих местной металлообрабатывающей мастерской, и тогда в обмен на жизни мирных граждан я выпустил его из городка. Теперь же расклады совершенно иные, и в душе я почувствовал моральное удовлетворение от того, что такая сволочь, как Косец, попался в капкан.

— Ига Косец, это ты? — окликнул я вождя Фиолетовых Ромбов.

— Да, так меня зовут. А ты кто?

— Александр Мечников. Помнишь такого?

Некоторое замешательство и ответ:

— Да, я помню тебя, Мечник. Ты родственник Мясника, и ты сорвал нам захват Дебальцева.

— Зачем белый флаг выкинул, Ига? Заложников при тебе нет, а договариваться с тобой неинтересно.

— Хочу в бою погибнуть, а не в огне сгореть. Мой топор против любого холодного оружия. Схватка один на один.

— А смысл, Ига? Мне бойцами рисковать просто так не хочется.

— Информацию о нашем войске дам.

Во время разговора ко мне подтянулись офицеры, и, посмотрев на них, я спросил:

— Что думаете?

За всех ответил Игнач:

— Пусть говорит, мы всё равно ничего не теряем. А желает схватки, так без проблем. У нас Мустафа Рыжий с собой парные клинки постоянно таскает. Разделает этого дикого сатаниста, как барашка, тот и сделать ничего не успеет. Конечно, можно и Арсена выставить, но Мустафа лучше.