Чтение онлайн

Так не заметно зима сменилась весной, весна - летом, лето - осенью. Наступил новый сезон. В этот год снег выпал очень рано. В конце октября на улице стояла минусовая температура. Поэтому тренерским составом было принято решение вкатку проводить дома, не ехать в Нижний Тагил.

Максим приехал на Курган к началу тренировки. К нему подбежали ребята, среди них Дан и Антон. Они пожали ему руку. Алексей Анатольевич тоже подошёл.

– Здравствуй, Максим! Какой сюрприз!
– Оскольский широко улыбнулся.
– Пришёл посмотреть, как ребята тренируются?

– Нет. Я пришёл тренироваться.

– А сможешь?

– Смогу!

– Ну, тогда дерзай, дерзай... Поглядим...

Макс встал на лыжи и поехал. О соревнованиях и полной нагрузке пока не могло быть и речи. Надо было восстановить хотя бы часть прежней физической формы. Дан и Антон как могли, помогали и поддерживали его. И всё как будто бы встало на прежнее место.

Соревнования состоялись первого декабря. Это были скромные городские соревнования ориентировщиков. Накануне Макс сильно переживал и страшно боялся. Ночью он плохо спал, ворочался.

Выйдя на старт, к своему времени, вдруг испугался, что не сможет пройти всю дистанцию и уже хотел развернуться, чтобы уйти.

– Боишься?
– Антон хлопнул его по плечу.

– Нет!
– страх и скованность мигом исчезли.

Макс взял карту у судьи, отметился чипом, оттолкнулся палками и лыжи, как в былые времена, заскользили по снегу...

В тот раз Никитин был четвёртым, Антон первым, а Данила снова третьим...

Глава четвёртая. Валентина.

Наши дни. Кировский район.

Место поисков пропавшего мальчика.

– Чертовщина какая-то! Анекдот - и только!
– не замечая, что говорит в слух, пробормотал Макс.
– Как можно по такой карте кого-то найти?

День и ночь выдались тяжёлыми. Особенно угнетало состояние безысходности, бессилия и страха. Валентина уже не чувствовала ни ног, ни рук, голова раскалывалась. Но она не собиралась жаловаться или просить Максима повернуть обратно в лагерь.

Снежко сделала ещё один шаг и упёрлась в спину Никитина. Только сейчас она поняла, что всю дорогу идёт за ним на автомате, думая о потерявшемся мальчике.

– Что?
– девушка озадаченно посмотрела на парня, отвлекаясь от своих грустных мыслей.

– Как так получилось, что карта не полная?
– Макс раздраженно потряс перед лицом Валентины зажатой в руке бумагой.
– Как вы могли таких маленьких детей выпустить на трассу по такой карте и без аварийного азимута?

– Макс, не надо на мне срываться! Не я организовывала эти соревнования! Мои ребята все пришли...

– Мои - твои, не в этом дело! Ты, тоже выпустила свою команду, зная, что азимута нет, и карта не читаема! Ты, понимаешь, что несёшь ответственность за них?

– Мои дети подготовлены!

– Я тебе уже сказал, что тут нет твоих - моих!
– заорал Максим.
– Нельзя было выпускать детей на трассу! То, что тут произошло полная преступная безответственность всех и тренеров, и организаторов. Вы все одинаково виноваты в том, что произошло! И хорошо если всё обойдётся!

– Я не ... думала...

– Ну, да ты не подумала ... Впрочем, как обычно! О чём ты вообще думаешь своими куриными мозгами?
– Никитин распылялся ещё больше, он просто задыхался от ярости.

Как же в этот момент он был красив. А как сверкали ненавистью его голубые глаза, окаймлённые чёрными пушистыми ресницами. Эти глаза перевернули и въелись в Валькину душу ещё тогда, в первую их встречу. Они особенно выделялись на бледном, почти бескровном лице раненого Макса. Он смотрел на неё и молчал какое-то время, потом прошептал пересохшими губами, с трудом произнося слова:

– Не уходи...
– и потерял сознание.

Как же она его любила и ненавидела одновременно. Светлые волосы, вкрадчивый голос, холодная, подчёркнуто отстранённая манера держаться, постоянное молчание. Максим Никитин был не простым человеком со сложным, упорным характером. Но именно эти все качества - недоступность, холодность и упорство притягивали Валю.

Она не сразу полюбила Макса, это не была любовь с первого взгляда, чувство пришло гораздо позже. Поначалу она была ослеплена любовью к Антону. А Никитин ей просто нравился. Да и с Антоном было проще, потому что им можно было управлять, он был предсказуемым, спокойным. С Максом было сложнее, он плохо прогнозировался, пугал её своим напором, не сдержанностью, прямотой.

Они с Максимом всячески изводили друг друга. Постоянно ссорились, ругались по всякое ерунде, не высказывая вслух взаимных претензий и обид. Антон метался между лучшим другом и любимой девушкой, как между двух огней, пытаясь их померить. Только всё было бесполезно...

– А ну не ори на меня!
– вспылила ответно Снежко.
– Я не собираюсь терпеть твоё хамство и плохое настроение!
– она хотела пройти мимо Макса, но он перегородил ей дорогу.
– Пусти! Я пойду одна!
– девушка обошла его.

Но Никитин не собирался отпускать её, схватил за руку и развернул к себе лицом. Валя смотрела в его глаза и не могла пошевелиться. Сердце заколотилось, к лицу прилила кровь.

– Валя... ну хватит, сколько можно? Ведь ты мучаешь и меня и себя... Неужели ты не понимаешь, что все эти годы я любил и люблю тебя? Признайся, наконец, себе, что ты никогда не любила Антона! Ты им прикрывалась от меня...

– Пусти...
– выдохнула Валентина, пытаясь высвободиться из его рук.
– Ты всё придумываешь! Я любила Антона и люблю...

– Ты, уверена?

Девушка растерянно опустила глаза, словно что-то выискивая на земле.

– Это неправильно... так не должно быть... я не могу...
– забормотала она.

Он презрительно пожал плечами, усмехнулся и отпустил:

– Опять убегаешь? Но что ж беги...
– Макс отошёл в сторону, пропуская девушку. Он уже взял себя в руки и был совершенно спокоен.
– Далеко не убежишь... я пробовал... не получилось...

Валентина подумала о Антоне. Ещё три года назад они должны были пожениться. У них, наверное, родились бы дети... Но всё сложилось не так... Ну, что - ж Антона больше нет. Как сложно осознавать, что самого близкого человека больше нет и не будет никогда. Тогда она думала, что свихнётся от горя. Не хотела жить. Слишком горькая была потеря, слишком болезненная. В один миг разрушилась привычная, такая сладкая и правильная жизнь.