Чтение онлайн

– - Тихо, мама, успокойся,-- кинулись к старухе обе девушки, увидев, что та кричит в полном исступлении.-- Ваши люди сына ее убили, брата нашего,-сквроговоркой выпалила извиняющимся голосом Нурия, чуть повернув голову к Сабанаку.

И он тоже растерялся и, не смея что-то ответить, глядел на неистовствующую старуху широко открытыми глачами. В этот момент в землянку вошел, низко нагнув голову, Иркебай и прошел к огню. Он, верно, слышал крики старой женщины, потому спросил у Сабанака:

– - Ну, слышал, как вас тут любят? Скажи спасибо, что она не взяла нож да не заколола тебя, как овцу, в жертву богам.

Тот помолчал, не зная, как лучше ответить, потом тихо проговорил:

– - Люди всегда воевали, а значит, и убивали друг друга. Если я кого и убил, то лишь в честном бою, а не из засады, тишком.

– - А-а-а... Значит ты хочешь сказать, что мы не по правилам сегодня с вами сражались? Так я тебя понял? А я тебе вот что скажу: когда в землянку заползает ядовитая гадюка, то никто не разбирает, права она или не права, а хватают кол или что в руки попадет и бьют ее по башке. А не убей ее, так и повадится, и детей покусает, и хозяйкой в твоем жилище станет.

– - Мы пришли, чтоб прогнать вашего хана, который не по праву управляет вами. Наш хан Кучум законный наследник...

– - Законный, говоришь?!
– - закричал Иркебай. Сабанак уже не рад был, что ввязался в спор с ним, понимая, что в любой момент может быть убит.

– - Значит, нами не тот хан правил? А нам так вот все равно, кто нами правит, если он соблюдает законы наших предков и не мешает нам жить. Мы выбрали Едигира, и он наш хан! А ваш есть и останется навсегда чужаком для всех, запомни это.

– - Предки нашего хана правили этой страной...-- не повышая голоса, робко защищался Сабанак.

– - Да насрать мне на его предков! Все уже давно о них забыли и вспоминать не желают. Завтра найдется еще кто-то, явится на нашу землю и захочет править нами. Нам решать, кто будет нашим ханом. Мы вольные люди, и захотим выгнать своего хана -- выгоним. Захотим пригласить другого -пригласим! Понятно?!

– - А белому царю вы тоже сами решили дань платить?

– - Уж никак не по вашей из Бухары подсказке. Мы слабый народ, и нам нужны сильные друзья.

– - Нашли друга,-- фыркнул Сабанак,-- да он вас проглотит и не заметит.

– - А мы костлявые, нами и подавиться можно. Ты верно, уже понял это,-засмеялся Иркебай,-- но больше я с тобой спорить не желаю. Давайте, хозяева, кормите нас,-- потребовал он.

– - Все давно готово,-- недовольно проворчала старуха и шикнула на девушек, чтоб они вышли из землянки и не мешали мужчинам обедать.

Ночевал Сабанак в той же самой землянке вместе с воинами, захватившими его в плен. Хозяева ушли к соседям, оставив их одних.

На другой день выступили затемно, и Сабанаку разрешили сесть верхом на коня, предварительно связав ему руки за спиной. Затем было еще два ночлега в таких же, похожих одно на другое, поселениях. И Сабанак с горечью думал, что уже, верно, никогда не вернуться ему к своим землякам, не услышать шуток добродушного и грубоватого Алтаная, не ощутить на своем лице нежных пальчиков Биби-Чамал. От таких мыслей щемило сердце, иногда казалось, что лучше бы выхватить на привале кинжал у одного из охранников и заколоть себя, но... иное чувство -- интереса и любопытства к народу, с которым он совсем недавно воевал, просыпалось в юноше и не позволяло решиться на крайность.

Через три дня Сабанак понял, что они достигли конечной цели своего путешествия. Навстречу им вышли около сотни вооруженных воинов, и, сопровождаемые ими, они въехали в лагерь, где почти не видно было женщин и детей. Зато стояло множество шалашей, шатров, свежая земля указывала на то, что недавно была вырыта землянка в большом холме, возвышающемся посреди лагеря. Горели большие костры, на которых в медных котлах варились огромные куски мяса. Где-то возле леса раздавался перестук молотков, верно, кузнецы ковали новое оружие. Возле опушки гарцевали на конях молодые всадники в нарядных доспехах, стараясь достать друг друга саблями под одобрительные крики пожилых бородатых воинов.

Юноша попытался прикинуть, сколько же людей находилось в лагере сибирцев, и понял, что их никак не меньше пяти, а то и семи сотен.

"Когда же они успели собрать такое войско?
– - поразился он.-- А ударь они сейчас на Кашлык, и нашим воинам несдобровать. Правда, драться за свою жизнь они будут, как волки, но эти-то на своей земле и могут обложить городок со всех сторон и тем самым обречь их всех на голодную смерть..."

Его мысли были прерваны появлением на вершине холма высокого воина в богатой шубе, наброшенной на плечи, в собольей шапке на гордо поднятой голове. Даже издали Сабанак узнал в нем того пленника, много дней назад привезенного Кучумом с той стороны реки. Неуловимая перемена произошла в хане Едигире: он слегка сутулился, и широкие брови его были сведены к переносью, на щеках залегли глубокие морщины, и само лицо стало как-то темнее, сумрачнее.

Иркебай, увидев Едигира, торопливо заспешил к нему, скользя по мерзлой, накатанной множеством ног земле. Взобравшись на холм, поклонился сибирскому хану и начал что-то говорить, время от времени показывая рукой вниз на Сабанака. Выслушав его, Едигир отдал короткое приказание одному из воинов охраны, и тот, сбежав вниз, подтолкнул пленника в сторону хана, поясняя свои действия:

– - Иди быстрее. Сам хан желает тебя видеть. Но Сабанак и без него догадался, что требуют его, и поднялся на вершину, подошел к группе людей. Едигир внимательно оглядел его с ног до головы и, чуть помолчав, обратился к Иркебаю.

– - Говоришь, что племянник самого башлыка?

– - Так он сказал.

– - Как доказать можешь?
– - последовал вопрос уже к пленнику.

– - Да никак...-- пожал он плечами.-- Хочешь, так у него самого спроси.

– - В уме тебе не откажешь. А сколько человек осталось у твоего хана?

– - Не знаю... не считал...

– - Так, так...-- Нехорошая усмешка скользнула по губам Едигира.-Значит, считать тебя не научили, а пора бы. Надолго в наши края пришли?

– - Как поживется,-- столь же неопределенно ответил Сабанак.

– - А я вот думаю, что тебе жить осталось совсем недолго. Вздернуть его на первой осине прямо сейчас,-- обратился он к охране.

Два здоровенных мужика кинулись к юноше и потащили с холма к лесной опушке, зловеще улыбаясь друг другу.

"Так что же это?! Неужели конец?
– - пронеслось в голове у него. И хотя с того самого момента, как он оказался в плену, нехорошие мысли о смерти не покидали Сабанака, но надежда, пусть и слабая, теплилась и жила. Надо что-то делать! Бежать? Но как? Перейти на службу к сибирцам? Но мне и этого не предложили..."