Чтение онлайн

– Удалось! – расплылся в улыбке Жир. – У Тота он, наш сом его лично в плен взял. Тот!

На поверхность всплыл небольшой сом, или, точнее, соменок.

– Тот? – с сомнением поинтересовался Псих.

Соменок подплыл поближе, улыбнулся одними глазами и открыл рот. Во рту виднелась крошечная рыбка с синим хвостом.

– Знаешь, кем был князь Никто? – спросил Жир. – Ни за что не угадаешь…

– Он гуппи! – не выдержал Четвертый. – Представляешь? Гуппи. Аквариумная рыбка.

– Офигеть! – протянул Псих. – Как же он в аквариуме прокачаться-то умудрился? И чего только в жизни не случается…

Обезьян щелкнул пальцами и вверх всплыл шарик енисейской воды – как в невесомости. После чего он аккуратно вытащил самца гуппи изо рта соменка и поместил его внутрь шарика.

– Ну что, Гуа добилась своего, – хмыкнул он. – Сегодня хаев на острове Рикорда прибавится.

(в которой нашим героям опять не удается вовремя смыться)

г. Ачинск,

Красноярской локации.

56°16' с. ш. 90°30' в. д..

На подходе к Ачинску паломники опять заспорили

– А что у нас в Ачинске? – не удержался Жир. – Зачем нам туда переться?

– В Ачинске у нас третий по величине город локации – после Красноярска и Норильска. Поскольку в Красноярске мы уже подорожную отметили, а Норильск нам решительно не по дороге, предлагаю идти в Ачинск, – ответил Четвертый.

– Что, Пепка обещает какие-то особенно интересные памятники? – не удержался от подначки Псих.

Четвертый покраснел.

– Да нет там ничего особо интересного, – буркнул он. – Только Ленин, похожий на налетчика – в длинном плаще и руки в карманах – да взъерошенный Киров. Меня больше заботит, что город крупный. Хоть отсыплют прилично. Святость на первом уровне капец как медленно качается.

– А про Ачинский глиноземный комбинат Пепка ничего не писал? – продолжал язвить Псих.

– Нет, – лаконично буркнул Четвертый.

– Разумно, все равно после прихода Системы от него ничего не осталось, как и от всей промышленности. Но именно благодаря комбинату город в свое время и стал крупным. Вообще, занятно получается. Примерно от Иркутска мы с вами шествуем в основном по землям Его Сиятельства Сибирского Алюминия. Здесь целые города – да что города – целые территории на него завязаны были. Иркутск, Братск, Красноярск, Ачинск, даже Тайшет в определенной степени – все это его вотчины. Алюминиевые земли. Вообще, история появления сибирского алюминия – это авантюрный роман похлеще «Трех мушкетеров». Был у меня приятель, все написать про это собирался. Даже не знаю, написал или нет.

Все помолчали. Потом беспардонный свин не удержался и все-таки высказался:

– Псих, а зачем ты это все нам рассказываешь? Это даже для меня какая-то запредельная древность, а для Четвертого вообще наверное – что-то ближе к геологии, чем к истории. Зачем это окаменелое дерьмо мамонта ворошить?

Обезьян пожал плечами:

– Незачем, разумеется. Ты прав, Жир, все так и есть. Это просто мои личные тараканы.

Это было невероятно, но Псих немного смутился.

– Просто… Просто, когда от мира, в котором ты родился, уже абсолютно ничего не осталось, хочется хоть в своей голове что-то сохранить. В общем, считайте это моей безобидной придурью.

Псих махнул рукой.

– Ладно, все это действительно дело прошлое. Вот что – вы пока здесь побудьте, а я в Ачинск один метнусь, на разведку. Посмотрю, что там и как. А то что-то мы в последнее время слишком часто во всякие неприятности влипать стали. Совсем страх потеряли, ничего не боимся, Четвертый у нас в плен как на работу ходит. Так ведь и нарваться недолго. Так что сидите здесь, ждите меня.

– А что зря сидеть? Давайте тогда перекусим, что ли? – мгновенно сориентировался Жир.

Чем ближе подходил Псих, тем меньше ему нравилось происходящее. В самой что ни на есть городской черте, на берегу Чулыма – замерзшего, как и все реки в округе – несмотря на зимнее время года, активно велось какое-то строительство. Несколько десятков людей в быстром темпе носились туда-сюда с тачками. Но странным было не это – люди существа непредсказуемые, мало ли когда им придет в голову строиться?

Странным было то, что на стройплощадке с тачками бегали не все. Некоторые ходили и наблюдали за порядком, причем, что удивительнее всего – все надсмотрщики были демонами.

Спору нет, демоны могли заставить пойманных людей работать на себя, но, как правило, это продолжалось недолго. Голод не тетка, и рано или поздно бесплатные работники отправлялись на праздничный стол в виде угощения.

Ну ладно, допустим, работают. Но не в городах же! Уже несколько веков в мире установилась своеобразная «географическая сегрегация» – города в связке с сельскохозяйственными пригородами держали люди, а вся «дикая природа» по умолчанию считалась вотчиной демонов. Животное происхождение давало себя знать – демоны городов не любили и в большинстве своем держались от них подальше. Деревни – да, деревни демоны занимать могли и даже любили, особенно когда те находились в малонаселенном местности. Но город? Тем более – такой крупный как Ачинск? Красный Ребенок, отжавший у людей пригород Братска, все-таки был редчайшим исключением.

«Что-то здесь нечисто», – решил Псих, внимательно наблюдавший за происходящим из укрытия.

У строителей меж тем начался обед. Строители, побросав тачки, потянулись к костру, где над огнем булькало какое-то варево, которое строгий повар и начал делить на всех, тщательно отмеряя пайки. Надсмотрщики варевом побрезговали и устроились неподалеку, достав куда более разнообразную снедь, принесенную с собой.

«Удобнее момента не будет», – решил Псих и направился к стройке.

Его появление не осталось незамеченным.

– А ну стоять! – крикнул один из надсмотрщиков, явно произошедший от собаки. – Ты кто такой?

– А ты не видишь? – съехидничал Псих. – Демон демона не признал?

– Да я вижу, что ты демон. – не смутился киноид. – Кто такой, куда идешь?

– Торговец я, – выдал заготовленную легенду обезьян. – В Ачинск иду, товаром закупиться собирался. Гляжу на вас и вижу – что-то тут интересное творится. Никак революция произошла, и отныне вся власть демонам? Мир хижинам, война дворцам?

– Ну, типа того, – заржали надсмотрщики. – Ты что, мужик, ничего не слышал, что ли?