Чтение онлайн

– Неважно, забей! – ответил обезьян ставшей привычной присказкой. – А вот то, что я скажу, выслушай со всем вниманием. Потому что сейчас, прямо в эту минуту, под аккомпанемент сивушного храпа этих двух стражников, Псих откроет тебе свою самую главную тайну. Мой юный друг, запомни раз и навсегда – если ты не хочешь остаться в нашей памяти юным навсегда – начинай становиться неожиданным для своих врагов. Предсмертное удивление – вот что ты должен видеть на лицах своих врагов в конечном итоге.

– Мне нельзя убивать! – твердо и серьезно сказал Четвертый.

– Тогда тем более, – не менее серьезно ответил Псих. – Только научившись удивлять своих врагов, у тебя есть шанс выжить. Посмотри на меня. Даже самые близкие люди не знают всего, на что я способен, хотя, да что там друзья! Даже мои самые злейшие враги не знают всех моих возможностей и не узнают никогда. Именно поэтому после ареста я так и не открыл скрытые ветки развития. Добывай себе редкие умения, заводи их на скрытые ветви развития и никому их не открывай – даже отцу с матерью, если они вдруг у тебя найдутся. Бери пример с меня – никто не знает, что я могу, а что – нет. О том, что у меня есть «Минимизация», не знала даже Гуа, а никто на Земле и в Верхних Планах не знает меня лучше, чем она.

– Я все понял, – заверил его юный монах. – Я так и сделаю. Но ты вообще к чему все это рассказывал?

– Тьфу ты! – сплюнул обезьян под кроватью. – Самого главного так и не сказал. Пора винпацетином обзаводиться. В общем, у меня есть умение «Батарейка».

– Очень рад за тебя, – осторожно сказал Четвертый. – А что оно дает, если не секрет?

– Я все время забываю, что ты тундрюк. Ничего не знающий монастырский Маугли, – немного оскорбленно отозвался Псих. – «Батарейка» – это жемчужина моей коллекции, это одно из самых редких умений вообще. «Батарейка» даже в Верхних Планах считается практически утерянным полулегендарным умением, а на Земле его практически нет. Я знаю только одно существо, кроме меня самого, у кого оно есть.

– И кто это? – не удержался от вопроса Четвертый.

– Да какая разница? – отмахнулся было Псих, но увидев просительное выражение на лице юного монаха, сменил гнев на милость. – У Бычьей Башки есть. У отца Красного Ребенка. Этот говнюк всегда хотел меня обставить. Даже по части коллекции редких умений.

– А что дает умение Батарейка? – спросил Четвертый.

– А я не сказал? – удивился Психи почесал в затылке. – Точно к доктору надо. Но ты мог бы уже и догадаться. Оно дает возможность выступать в качестве батарейки. Проще говоря – делиться праной со своими союзниками. Поэтому у тебя не маленький резервуар магической энергии. У тебя огромный резервуар, в несколько раз превосходящий резервуар демонессы Золотые рога. Мой резервуар. Попробуй прямо сейчас зачерпывать не из себя, а потянуться наружу, поискать внешний источник!

Оба мага, молодой и старый, замерли. В полном молчании прошло минут семь.

– Да, это оно, – вдруг сказал Псих. – Нашел наконец-то. Теперь тяни, как будто воду через трубочку. Сначала потихоньку, а то канал порвешь.

Опять минут на десять наступила полная тишина и вновь ее прервал голос Психа:

– Достаточно, дальше вопрос тренировки. Мне пора, скоро они проснутся. Умение действует в радиусе трехсот метров, так что я лучше переберусь куда-нибудь в комнаты над тобой. Они все равно пустые до начала рабочего дня. Ну что ты остановился-то? Давай, давай, тяни из меня соки, тренируйся.

Псих весело хмыкнул и спросил:

– Теперь ты понял? Мы знаем, что она знает, но она не знает то, что знаем мы. Сим победим!

Через минуту из «обезьянника» вылетела муха.

На испытание пришлого мага горожан пришло немного – похоже, жителям Ачинска уже надоело смотреть на шоу, проходящие по одному и тому же сценарию: попытка излечения – бесславное фиаско – тачка с грунтом. По сути, попытку Четвертого снять проклятие наблюдали лишь сам градоначальник с немногочисленной свитой в десяток человек, среди которых выделялись трое магов-демонов – баранесса, тигр и олень. Да немногочисленная группа любопытствующих обывателей, примерно той же численности, где тоже выделялось трое демонов-магов: обезьян, кабан и сом.

– Как тебя зовут, маг? – громко спросил градоправитель Ачинска.

– Меня зовут Штанский монах, ваше сиятельство, – поклонился Четвертый.

– Ты демон или человек? – продолжил расспросы мэр.

– Человек, ваше сиятельство, – честно ответил монах.

– Оказываешь ли ты услуги по излечению или снятию негативных эффектов? – допытывался градоправитель.

– Да, ваша светлость, – не стал скрывать Четвертый.

– Известен ли тебе принятый в нашем городе обычай – каждый человеческий маг должен подтвердить свое умение, сняв порчу с моего сына. Тот, кому не удастся это сделать, признается не магом, а самозванцем и вынужден будет искупать свое преступление ударным трудом на стройках города?

– Да, – наклонил голову монах, – теперь уже известно.

– Последний вопрос, – прогремел бас градоначальника. – Нужны ли тебе какие-нибудь инструменты, материалы или помощники?

Четвертый взглядом оценил расстояние до Психа. Метров 150–200, не больше. Он покачал головой:

– Нет, ваше сиятельство.

– Тогда приступай! – милостиво кивнул городской правитель. Из толпы его приближенных выступила вперед нянька с тепло закутанным младенцем на руках. – Испытание продлится до тех пор, пока ты сам не признаешь свое поражение или не сможешь больше творить волшбу.

Гомон стих, все уставились на монаха.

Четвертый начал читать заклинание, но через минуту качнулся, как будто от сильного толчка в грудь. Поморщившись от боли, он с силой выдохнул воздух, восстановил дыхание и начал читать заново. Но через минуту все повторилось.

На лице магессы Золотые рога, кутающейся от холода в длинное – в пол – манто, появилась лукавая улыбка.

Вот только Четвертому удалось ее удивить, открыто улыбнувшись в ответ. Юный монах легонько поклонился коллеге и вновь начал чтение заклинания.

Через десять минут улыбка с лица демонессы исчезла без следа, а лицо приняло жесткое и в то же время немного растерянное выражение.

Творилось что-то непонятное – прана у четверки должна была давным-давно закончился, но он по-прежнему пытался ударить заклинаниями по проклятию, причем с каждым разом все быстрее и сильнее. Золотые рога не понимала, что происходит и это ее нервировало все сильнее и сильнее. Но еще сильнее ее злила усмешка Психа. Обезьян стоял в первом ряду зевак и безо всякого стеснения откровенно пялился на вчерашнюю любовницу, не сводя с нее взгляда и нимало не обращая внимания на своего низкоуровневого спутника, как будто не сомневаясь в его победе.

«Пора заканчивать эту комедию», – со злобой подумала магесса и ударила с удвоенной силой, чтобы не только сбить каст, но и изрядно приложить Четвертого.

Однако, к ее ужасу, Четвертый читал вовсе не заклинание. Он навешивал щит и успел это сделать за мгновение до удара. В итоге ее «воздушный кулак» лишь бессильно срикошетил от поверхности щита, а Четвертый уже начал читать заклинание снятия порчи, намереваясь завершить его под прикрытием щита.

К счастью, Белые пятна и Черные полосы не подвели и ударили практически одновременно. «Воздушные лезвия» оленя в клочья разнесли щит пацаненка, а сразу же после этого тигриный «Воздушный таран», ударив в грудь, выбил из груди юного монаха не только весь воздух, но и изрядный сгусток крови. Четвертый футбольным мячом покатился по снегу.