Чтение онлайн

Карри я обнаружил около шкафчика.

Она сидит на коленях, словно в молитве, на обнаженных изгибах застыли тени и матовый огненный свет. На земле перед ней – шкатулка из красного дерева. Карри смотрит на вещицу сосредоточенно, как самурай на ритуальный клинок. Настолько этим поглощена, даже не заметила, что я наблюдаю. И я тоже начал невольно вглядываться в деревянные углы и узоры. Чем дольше смотрю, тем отчетливее чувство, что уже когда-то видел…

И я вспомнил.

Эту шкатулку Карри извлекла из тайника в стене надстройки на крыше. В ту судьбоносную встречу она прогнала сфинксов, явившихся по мою душу. Со мной тогда были Ласт и серый мейн-кун, забывший свою кличку. Помню, Карри дала ему какую-то новую. Именно там я принял решение последовать за ней. А пока прощался с моим другом крысом, Карри куда-то перепрятала шкатулку, которую вижу сейчас.

Хочется спросить, что внутри, но…

Карри выглядит недосягаемо далекой, холодной. Совсем не похожа на девчонку, которая недавно ахала и тихо смеялась в моих объятиях. Что-то подсказывает, что ей сейчас не до меня. От этого ощущения не по себе. Так и не осмелившись нарушить ее отрешенность и собранность, я осторожно вернулся в нагретый островок посреди матраса и вскоре уснул.

А когда очнулся в следующий раз, Карри снова лежит рядышком, на губах устроилась, как кошка на подоконнике, детская улыбка. Я даже подумал, что эпизод со шкатулкой привиделся мне во сне. Мы вновь любили до изнеможения, а потом Карри сама не заметила, как отключилась без сил.

И вот уже я сижу на коленях.

Смотрю, как безмятежно спит, свернувшись калачиком, это волшебное создание. Любуюсь изгибами, которые целовал тысячу раз, рыжими локонами, ресничками, что едва заметно шевелятся…

Я не хочу!

Не хочу терять ее! Не хочу, чтобы это закончилось! Была б моя воля, я бы застрял в этой пещере, как в дне сурка, и пусть он повторяется, еще и еще!

Нечто во мне начинает закипать, покалывать изнутри.

Блика…

Я не могу позволить ей забрать у меня все это. Пусть она сильнее в сто раз, я не имею права сдаться без боя. Чего бы мне ни стоило, я заставлю эту стерву оставить Карри в покое!

И я знаю лишь одного, кто способен противостоять Блике.

Не уверен, хватит ли ему сил. Но мне известно наверняка: он, как и я, имеет дерзость попытаться. И у него есть какой-то план.

Я закрыл глаза.

Перемир, поймав паруса моего гнева, подхватил и бросил прямо туда, куда я и заказывал. Если бы мне сказали, что однажды вернусь в это место по доброй воле, ни за что бы не поверил.

Здесь ничего не изменилось с моего последнего визита.

Тот же каменный сумрак, те же свисающие с потолка цепи. Тот же замшелый трон, те же застекленные ячейки в стенах, похожие на пчелиные соты. Тот же решетчатый пол в центре, под которым пузырится блажень. Разве что ее свет, кажется, стал заметно ярче… Да, в прошлый раз было намного темнее. И, конечно же, дурманящий пар. Он сразу попробовал забраться мне в нос, но все вакантные места внутри меня уже забрала ярость. Она будто сказала ему: «Брысь! Не до тебя сейчас!», и пар послушно отпрянул.

Я возник между решеткой и троном. В бурой шкурке, на четырех лапах.

– Леон!!!

«Он… он… он…» – отвечает на мой зов эхо.

Слева прошипело, такой же угрожающий звук вперемешку со звоном цепей опустился с потолка. Вскоре шипение расцвело наперебой со всех сторон, как в фильме про «чужих».

Из тени на спинку каменного кресла запрыгнул сфинкс в кожаном плаще.

– Кто к нам пожаловал!

Двое лысых котов из шипящего хора перешли-таки от пассивной агрессии к активным действиям. Кинулись на меня; от одного я небрежно отмахнулся, на другого бросил злой взгляд. Последний отлетел, как футбольный мяч, с диким мявом куда-то в туманный мрак, а тот, на кого указала моя лапа, и вовсе застыл каменной статуей. Она пошатывается, будто из нее кто-то пытается выбраться. Так, собственно, и есть. Всего лишь сосуд, в нем даже есть щелки, чтобы дышать.

«Эй, выпустите меня!» – глухо доносится из-под глиняной корки.

Сфинксу повезло, что мой гнев не несет в себе реальной жажды убийства. Только раздражение на все лишнее, что отвлекает от цели.

– Юный стиратель кое-чему научился, как я погляжу! – комментирует, тем временем, цель.

Я бесцеремонно запрыгнул на подлокотник и тут же перешел к делу:

– Ты правда хочешь поймать Блику?

Не сводя с меня взгляд, Леон жестом остановил лавину сфинксов, хлынувшую защищать босса от незваного гостя. Шипение и прочая суета мгновенно стихли.

Круглые черные линзы чуть опустились, я увидел зрачки, мерцающие бирюзой, как и бурлящая под решеткой вода.

– Сомневаешься в моем намерении? – спросил Леон.

Еще прыжок, и я поравнялся с ним на спинке кресла, смотрим друг на друга близко, как боксеры на ринге перед боем.

– Сомневаюсь, – говорю тихо, – что тебе хватит сил.

Леон постепенно расплылся в хитрой улыбке, затем отвернулся.

– Я не собираюсь ловить Блику при помощи силы, – сказал он и принялся невозмутимо вылизывать лапу. Добавил: – Сила мне достанется, когда поймаю.

– А что ты сделаешь с ее хозяйкой?

– Зачем тебе знать?

– Я ведь нужен тебе для чего-то… Не для охраны даймена, нет. Для этого есть обычные стиратели. Люди. А я стиратель бракованный. Тем не менее, ты пустил меня сюда в прошлый раз. Если это имеет отношение к охоте на Блику, я готов помочь. Но, чтобы помощь была добровольной, мне нужно знать детали.

Леон оставил лапу в покое. Снова повернулся ко мне всем телом, сел напротив, снял очки и внимательно, как доктор, на меня посмотрел. Куда-то исчезла привычная маска, вглядывается с морщинистой серьезностью.

– Бедный мальчик…

Прозвучало как диагноз.

Неспешно возвращает очки на морду.

– Но ты уже принял решение, я это чувствую. Оно из тебя прямо-таки сквозит! Отговаривать не стану. Тем более, это в моих интересах.

Черные стеклышки и улыбка вернулись на свои места, вожак сфинксов опять в своем амплуа. Спрыгнул на каменное сиденье, мотнул головой.

– Идем! Покажу, что ждет Блику, когда она окажется в моей власти.

Я последовал за Леоном к решетке.

– Ты заметил, что здесь стало светлее? – спросил он по пути.

– Да, заметил.

– Все благодаря моей новой гостье…

Мы подошли к краю широкой железной площадки из прутьев. Сквозь клетку вьется пар, брызжут капельки лопающихся пузырей. Леон прошел в центр, а я остался у края. Не по себе ступать на такую ненадежную опору. Помню, как она резко ушла под воду и утопила труп стирателя, который сторожил это место, но исчерпал, так сказать, свой срок годности. Опускающий решетку рычаг находится, если не изменяет память, где-то за креслом.

– Сейчас я ненадолго успокою воду, и ты увидишь, – сказал Леон.