Чтение онлайн

— То, зачем меня сюда прислали, правда? — Уильям кинул взгляд по сторонам, будто опасался, что их услышат, хотя понимал: не знал сейчас о находке только глухой и слепой.

Как бы информацию ни охраняли, назойливые репортёры уже раструбили по всем газетам и радиовышкам, что в замке нашли нечто невероятно важное. «Представители королевской семьи никак не комментируют вопросы про нахождение древней карты сокровищ или других важных артефактов», — говорил диктор в одной программе, которую Уильям слышал по дороге, и это было страшной ошибкой! Глупые репортёры, сами того не ведая, подтвердили: карту нашли. И не только её. Впрочем, утерянные двести лет назад полотна кисти некого Вольфганга Муни вряд ли кого-то интересовали так, как заброшенные катакомбы с охраняемой магическим стеклом картой. И Уильям не собирался эту оплошность оставлять безнаказанной: в его записной книжке сразу же появилась запись о том, на какой частоте шла радиопередача. Если никто не разберётся с этим до его возвращения из командировки в Уиллоуз-криг, нужно будет заняться.

— Чистейшая, — ответил глава охраны. — Хотите спуститься сейчас?

— Да.

В ночи и без того мрачные коридоры освещали керосиновыми лампами. Уильям бесстрастно оглядывал косые стены и опустевшие чёрные арки комнат, оказавшихся почти на потолке. Он достал из кожаной сумки, висящей на ремне, пару белых перчаток. Они были покрыты нейтрализатором, чтобы зачарованное стекло, под которым находилась карта, можно было поднять или сдвинуть. Уильям не хотел задерживаться в Уиллоуз-криге. Лучше сразу забрать карту и уехать в столицу, пусть это и займёт всю ночь. С таким ажиотажем оставлять её здесь было опасно.

«Искатели наживы устремились в Уиллоуз-криг со всех концов страны. Такого наплыва город не знал со времён бриллиантовой лихорадки тридцать лет назад. Постоялые дворы переполнены» — вот, что говорили о раскопках ещё полнедели назад, пока правительство их не закрыло. Теперь здесь было ещё заманчивее.

Уильям поднял глаза. Впереди что-то чиркнуло, сверкнула едва заметная искра…

— Ложись!

Взрыв сотряс узкий коридор, и стены с грохотом обрушились.

Всю ночь велись спасательные работы и разбор нового завала. Посреди коридора теперь зияла дыра, а тот узкий проход, ведущий к лестнице вниз, завалило обломками двух стен и потолка. Уильям и глава охраны отделались несколькими царапинами от мелких обломков, но в подвале оставался охранник, судьба которого была никому не известна.

Были зажжены все огни, подняты все, кто охранял раскопки, и те, кто оставался в городском штабе. Территорию постоянно патрулировали, а Уильям лично проверял всех. Порой он ходил у самого забора, вглядывался в ночь, в окруживший руины замка лесок в надежде почувствовать хоть что-то. Хоть чьё-то присутствие. Но всё впустую.

Ближе к рассвету к спуску в катакомбы был проложен узкий лаз, в который можно было втиснуться только боком не особо упитанному спасателю. Лестница была разбита и обломками лежала внизу. Уильям, поддерживая рукой потолок из плотно вставших обломков, заглянул вниз, подсвечивая фонарём, и покачал головой.

— Я никого там не чувствую.

Его талант эмпата обычно требовал зрительный контакт, но, чтобы уловить наличие жизни, это было необязательно, и он несколько минут провёл в этом узком лазе, пытаясь понять, жив ли оставшийся внизу охранник. Пока выводы были неутешительными.

— Может быть, мешает камень, — предположил Уильям, вылезая и отряхиваясь.

Оптимизм никто не разделил, но всё равно спасатели спустили в подвал верёвочную лестницу, и один из них, страхуемый тросом, отправился вниз.

— Инспектор Айлс! — послышался через пару минут его голос, умноженный эхом. Несколько наименее устойчивых камней задрожало.

— Инспектор, не нужно, — придержал Уильяма за плечо один из рабочих, но Уильям тряхнул головой и полез в проход.

— Не кричите, — спокойно сказал он спасателю. — Камни непрочные, не хочется нового обвала.

— Извините, инспектор. Но это срочно. Карты нет.

Уильям понял, что впивается пальцами в острые камни, только когда на голову посыпался песок.

— Что с охранником? — спросил он, и последовавший ответ подтвердил его невесёлые мысли:

— Мёртв, сэр.

Уильям кивнул, хотя его никто не видел, и, сказав, что сейчас кто-нибудь спустится и поможет поднять тело на поверхность, выбрался из узкого прохода. Перед ним расступились, видя накрывшую его лицо пелену мрака.

— На раскопки никого не пускать, — приказал он. — Проверить, не пропало ли что-то ещё из шатров. Оцепить гостиницу для сотрудников. Никого из номеров не выпускать, всех опросить, вещи осмотреть. Доложить всё мне в срочном порядке. И, командир, — обратился он к начальнику охраны, — мне нужны списки всех, кто так или иначе был допущен на территорию.

Тот кивнул и поспешил выполнять, и вскоре у Уильяма на руках было несколько листов с перечислением имён и должностей, начиная от королевских исследователей до сотрудников полевой кухни. Там было и всё охранное подразделение, и научные сотрудники исследовательского института. Пробегая по этому разделу взглядом, Уильям вдруг зацепился за одно имя и поднял брови.

Имя Элизабет Уэлфри звучало как из другой жизни, хотя прошло три года. Он — младший инспектор, проходящий вынужденную практику в учебном заведении, потому что так было принято, он не мог стать главой королевской полиции, проскочив абсолютно все ступени. Это резонно вызывало бы вопросы. И она — девочка с последней парты, обвешанная амулетами и слишком быстро раскусившая, кем он был. Обычно она сидела молча, лишь изредка сухо отвечая на его вопросы, и сдавала практически безукоризненные работы. Но стоило ей оторваться от конспекта и начать что-то уточнять, как Уильям жалел и о том, что она открыла рот, и о прохождении такой практики вообще.

Теперь тот семестр в женской гимназии казался сущим пустяком. Уильям даже криво улыбнулся, вспомнив о нём, и пролистал списки ещё раз, думая, увидит ли какое-нибудь ещё знакомое имя. Но таких не было, и он вернулся к делам.

На следующее утро, когда вместо фургона, возившего работников к раскопкам, гостиницу окружили военные автомобили, все заметно заволновались. Лиз, расчёсывая длинные светлые волосы, выглянула в окно. Перед входом и у каждого угла гостиницы стояли патрульные в коричневых, как перья стервятников, мундирах — гвардейцы королевской полиции. Один из рабочих, судя по костюму и объёмному холщовому рюкзаку, вышел на крыльцо покурить в ожидании грузовика, и его тут же развернули.

— Что там происходит? — спросил Майкл. — Нас что, взяли в оцепление?

Лиз промолчала. В груди что-то неприятно сжалось, и она, убирая расчёску, подальше затолкала сумку под кровать. А потом выглянула в коридор для разведки. Она была не одна: упитанная рыжеволосая женщина в очках, которую Лиз не раз видела на раскопках, стояла в дверном проёме своей комнаты. В их сторону от лестницы уже шёл один из стервятников.

— Документы, пожалуйста, — сказал он женщине.

— А что случилось, позвольте узнать? — поинтересовалась та, но достала из нагрудного кармана рабочего комбинезона карточку и протянула на проверку.

— Ночью на территории произошёл взрыв, мэм. Благодарю.

— О боже! Никто не пострадал?

— Одного из охранников убило завалом. Позвольте войти и осмотреть ваши вещи?

Растерянная, женщина пустила проверяющего, а Лиз нырнула к себе и захлопнула дверь.

— Что случилось? — удивился Майкл, видя её ошарашенное лицо.

— На раскопках ЧП, нас сейчас будут проверять. Документы, вещи…

— О… — Он закивал. — Надо подготовиться. Думаешь, лучше достать сразу всё или только сумки, которые я туда брал? Они могут спросить про всё, наверно…