Чтение онлайн

— Ты в порядке, Форсунка? — озабоченно поинтересовалась Козочка, кладя руку на её плечо, но так, чтобы не пораниться о шипы.

— Я-то? О, прекрасно. Теперь прекрасно. Дала слабину — больше такого не повторится, отвечаю. Позитив Элизабет и её дочурки столь заразителен, что я чувствую себя просто превосходно, несмотря на то, что продолжаю влачить жалкое существование на этом корыте в компании с… А, неважно. И мне… Очень жаль, что я хотела столкнуть лбами легионеров мерфолков и людей Ветропика… Ага!

— Почему ты не сказала, что вместе с Иезекиилем убила доппельгенгера, который шпионил за Марго? Почему молчала всё это время, хотя с тысячу раз могла рассказать нам об этом?

— Мы и не знали, что он шпионит именно за эльфкой. Мы лишь предполагали, а кому нужны домыслы? Домыслы, как сказал старый чёрт Иезекииль, потворствуют панике. Хрен поймёт, что на умах у этих мерзких тварей. Мы с Кхышем решили держать нашу совместную операцию втайне даже от Сьялтиса, пока тщательно всё не расследуем. Когда двумя днями раньше ночью взыграл шторм, я и Кхыш взяли и выбросили доппеля в море, там эта мразь и утопла. Сьялтис, когда после поверки узнал о потере рулевого, чуть все ногти на четырёх руках не сгрыз с досады. И всё-таки, как прошла беседа с Линииндилуашаг? По вашим лицам было видно, что её информация здорово удручила вас.

— Не знаю насчёт Марго, но мысль, что нам на пятки наступают демоны, меня здорово подбадривает. Если мне своей стрелой удастся отправить парочку падших тварей обратно в поганую Бездну, буду считать, что жизнь прожита не зря.

— Наживать столь могущественных врагов — это настоящий талант, к слову, — возник будто из ниоткуда Иезекииль, пахнув шафраном, анисом, розмарином и другими терпкими травами. — Демон, госпожа Шай’Зу, — это вам не мерфолкские пираты, не гномы-мясники и уж тем более не трусливые браконьеры или трапперы, которые бросаются врассыпную, едва завидев силуэты древодев среди деревьев. В ваших словах явственно чувствуется излишняя самоуверенность, обычно рождающаяся из неведения. Поверьте, никто на борту корабля не хотел бы вступить в открытое противостояние с питомцами Шаишасиллы, ибо для этих тварей существует две цели — хаос и разрушения, полная противоположность гармонии и созиданию Матери-Природы и многих других божеств Сикца. Для Падшей Архангелицы мы, жители Сикца, — люди, эльфы, гномы, мерфолки, дриады — не более чем реликты, пережитки прошлого, которые надо выдавить вместе с верой в своих Создателей. А, значит, от демона не дождёшься банального милосердия, только медленную и мучительную смерть. И для преследования своих неизменных целей коварная Шаишасилла вот уже не одну Эру использует различных тварей, которых, если верить легендам, впервые создала на Стыке Времён из кипящей лавы, вечного огня Бездны и своей безграничной ненависти ко всему живому, когда Сикец едва не рухнул в Геенну Огненную по вине людей и их непомерных амбиций. Если порождения Клоаки в самом деле разыскивают вашу компанию и появление доппельгенгера не случайно, нужно немедленно сниматься с якоря и отправляться в путь. В открытом море демоны не столь прытки и смелы, как на суше, и у нас есть шанс если не сбросить, то прилично затормозить преследователей. Прошу меня простить, мне надо отыскать своего бывшего начальника. Хватит уже без толку колыхаться на волнах, пора сворачивать ремонтные работы и уходить в полный парус.

Но прежде чем «Чёрный олеандр» поднял паруса и снялся с якоря, на борт совершенно внезапно пожаловала ещё одна гостья — черноокая эльфийка-скинсиса со смолистыми волосами. К её ухоженным, пахнущим лимоном волосам была приколота свежая белоснежная лилия.

— Меня зовут Линуан Аф, — тонким мышиным голоском представилась черноволосая скинсиса первым, кто попался ей на борту фрегата, — Иезекиилю, Форсунке и Шай’Зу. — Я — стихийный маг, бакалавр Великого Дома Чародеев.

— Очень приятно, госпожа Аф, — кивнул головой Кхыш, сверля незнакомку взглядом. — Моё имя Иезекииль, я… Квартирмейстер пароходофрегата «Чёрный олеандр», ходящего под флагом военного флота Эльфийского Содружества. Поскольку капитан в данный момент отсутствует, вы можете говорить со мной. Но сперва вопросы буду задавать я.

— И, конечно же, вы спросите, как я посмела взойти на борт военного парового фрегата без разрешения? Элементарно. Вот, пожалуйста, — белокожая скинсиса порылась в своём маленьком ридикюльчике и выудила оттуда сложенный пополам лист бумаги. — Ознакомьтесь с данным документом и немедленно извинитесь передо мной!

Северянин раскрыл потрёпанный клочок бумаги и пробежался глазами по угловатым рунам, небрежно начирканным чёрными чернилами. Заголовком письма служило слово «Договор».

Он бегло прочитал только первый абзац, но этого хватило с лихвой. Черноокая эльфийка оказалась новым корабельным чародеем при Сьялтисе, магом-бакалавром из Великого Дома Чародеев, посланным Адмиралтейским Кругом для прохождения обязательной трудовой практики на военном судне. Едва только Иезекииль переварил эту информацию, как в его голове родилось с десяток вопросов касательно этой молодой девушки. Ещё раз взглянув на скрепу и печать Адмиралтейского Круга внизу договора, он свернул бумагу и спрятал её во внутренний карман бушлата.

— Учитывая, что члены Великого Дома Чародеев в большинстве своём капризные и избалованные дети, я даже предположить не могу, чем уже успел заслужить вашу обиду, — развёл квартирмейстер руками и спрятал их за спину.

— Ах, не можете предположить?! — в чёрных глазах скинсисы заплясали язычки ненависти, а её мелкие зубки заскрипели. — Вы и ваш чёртов капитан бросили «Адмирала Шевцова» в порту, а сами укатили в Трикрестию на другом корабле, и это тогда, когда у меня горят все сроки! А, каково это, господин квартирмейстер?! Проклятые предатели! Мне пришлось совершить немыслимое: зафрахтовать первое попавшееся человеческое корыто на подводных крыльях и пускаться в погоню за своей работой и меж делом терпеть домогательства мерзкого старикашки-капитана и его вечно пьяной команды! А на следующий день капитан, которому я так и не дала, окончательно выжил из ума и сказал, что ему надоело терпеть на своём борту проклятого эльфа, а потом пинками высадил меня в этом мерзопакостном захолустье без средств к существованию! Матерь-Природа, да я в жизни не испытывала большего унижения, чем за эти три дня! Проклятые предатели! — снова повторила скинсиса, только ещё более злобно. — Уж не знаю, с какой стати вы остановились здесь, но я требую извинений и свободной каюты, где я смогу отлежаться перед тем, как возложу на себя обязанности корабельного чародея! И мне плевать уже, какую я характеристику заслужу, работая здесь, но знайте, что моя характеристика о вас уже заведомо негативная!

Иезекииль смахнул с бушлата капельки слюны, которыми обильно брызгала Линуан во время последней особо пламенной речи, и спокойно промолвил:

— Вы, госпожа чародейка, утверждаете, что посланы на наше попечение гроссмейстером Мерсером Адэрейсом и Адмиралтейским Кругом? В таком случае капитана Сьялтиса обязаны были загодя предупредить о вашем приезде. Никаких распоряжений свыше, касающихся нового корабельного чародея, он не получал и, следовательно, не ожидал вашего приезда.

— Неудивительно! — снова пропищала мышиным голоском скинсиса, уперев кулачки в узкие бёдра. — Я ни капли не удивлюсь, если выяснится, что гонец, посланный вам с сообщением о моём выезде, оказался убит и ограблен какими-нибудь отморозками! Это всё отвратительная работа эльфийской милиции, чтоб ей пусто было! Из дома порой выйти страшно, чего уже говорить о пустынных большаках и дорогах! А ещё крысы из Государственной Гильдии Транспортных Путей хороши — вручили мне какой-то маломощный автомобильчик, а не шагоход или аэроплан! Я требую…

— Я прекрасно услышал с первого раза, что вы требуете, — оборвал её Кхыш, церемонно ковыряясь в ухе. — Но из ваших требований мы удовлетворим лишь требование предоставить вам свободную каюту. Извиняться за подобное ни я, ни капитан не собираемся, поскольку не считаем себя виноватым. «Чёрный олеандр» вынужден был сняться с якоря и отчалить в империю незамедлительно по приказу самой Миряны Первой, Владычицы Содружества, ну а тот, кто не успел взойти на борт, — виноват сам.

— Я не намерена больше терпеть ваше общество, — изменила тактику чародейка-бакалавр. — Немедленно отведите меня к капитану, где бы он ни прятался от меня!

— Действительно, пускай капитан Сьялтис с вами разбирается, — квартирмейстер поманил за собой новоприбывшую чародейку, и они вдвоём покинули квартердек. Рыбница и дриада ещё долго слышали её возмущённый писк и характерный стук каблучков высоких сапожек с бряцающими пряжками.

— Как думаешь, — обратилась Форсунка к кентаврице, — какова вероятность того, что эта шалава ещё один демон-перевёртыш?

— Я думаю, — нахмурилась древодева, — что тебе, Форсунка, следует отзываться повежливее о незнакомцах. Кто тебе дал право оскорблять за глаза эту девушку? Что-то при ней ты не больно возникала. Ты и меня за спиной оскорбляешь?

— Ну да, — пожала плечами разведчица и сплюнула в воду. — Но это было давно, в далёкие-далёкие времена, когда ты и Лиз с малявкой впервые взошли на борт фрегата. Сейчас я свыклась с вами и сама кому угодно врежу, если он посмеет обозвать тебя или эльфку. Однако эта демонша натуральная шалава — визжит, кричит, кривляется, ручонками машет, ножками топает. Будет ещё вшивый доппель на нашего Кхыша бочку катить!

Покрасневшая от ярости Виолетта хватила кулаком по планширу и исступлённо прошипела прямо в нагло ухмыляющееся лицо Форсунки: