Чтение онлайн

Смилан махнул воинам руками по обе стороны тропы, и по десятку человек, повинуясь его приказу, скрылись в тени леса. Все они хорошие лучники: коли тати какие налетят, так быстро, как куропаток, перещёлкают. Остальным было велено ехать дальше как ни в чём не бывало. А шум от преследователей становился всё громче, пока не показался из-за поворота первый, верхом на сером видном коне: такого сразу узнаешь, завидев издалека.

– Смилан Гордеич, – окликнул его один из кметей. – Это ж, кажись, наши.

Он остановился, приглядываясь: и верно, не ошибся. Нагонял их отряд муромчан с Отомашем во главе.

Воевода чуть подогнал коня и встал рядом.

– Здрав будь, Смилан! – гаркнул он хрипло, словно ворон с ветки. Прокашлялся. – Быстро вы едете, едва нагнали.

Тот оглядел его, невольно хмурясь. Раз дядька за ним спешил, никак какую недобрую весть принёс, будто до того их не хватало.

– Поздорову. Каким ветром тебя нам в хвост принесло? В лагере ведь должен быть, вместе с Ижеславом.

Воевода стёр с лица приветственную улыбку. Его нагнали остальные воины и встали позади, кивая Смилану, когда он переводил взгляд с одного на другого.

– Как ты уехал, гонец к Ижеславу примчался. С вестью о том, что на тебя засада по пути устроена. И задумал то Сайфи-бий. Прознал, дескать, как-то, что ты к нему собрался. Раз брата твоего не извёл, стало быть, за тебя решил взяться. Вот я и отправился следом. Предупредить да подсобить, коли правда это всё.

– Сильно ты озаботился. Сам приехал, – Смилан хмыкнул, разворачивая коня и пуская его дальше по тропе.

Отомаш поехал рядом, жестом приказав остальным следовать за ними. Оно, конечно, хорошо – больше воинов, больше спокойствия. А вот тем, кто напасть вздумает – лишний раз засомневаться, стоит ли.

– Так как же… Ты же княжич – не абы кто. К тому ж я перед вашим отцом за вас отвечаю.

– Великоваты мы уже, отвечать за нас, – Смилан с усмешкой покосился на дядьку.

Не намного уж он старше того же Ижеслава, а говорит так, что едва не старец седобородый. Раньше и правда во многом он за братьев отвечал, а теперь сами уж своё слово сказать способны.

– Великоваты, а уши до сих пор хватит силы вам надрать, – воевода потянул руку, якобы пытаясь схватить Смилана за ухо. Тот отклонился. – А уж в схватке помощь моя точно лишней не будет. Верно?

– Спорить не стану, – тот помолчал, пытаясь понять, что его настораживает во всём этом. – Только Сайфи-бию сейчас лучше было бы не артачиться лишний раз, а пленниц отдать спокойно. Всё равно уже обо всём известно стало.

Многомудрый он муж и опытный, а одну глупость за другой совершить готов. Зачем? Отомаш пожал плечами и слегка ударил пятками жеребца, который постепенно сбивался на очень уж неспешный шаг.

– Так-то оно так. Но он всегда отличался сумасбродством.

Тоже верно. Ни с кем из катайских вождей не было столько забот, как с ним.

– Кто ж на него донёс?

– Знать, есть в его стане люди, нам сочувствующие, – воевода огляделся кругом, щурясь на солнце. – А отряд у тебя ведь должен быть больше?

Смилан проследил за его взглядом и построил непонимающий вид.

– Разве?

Воевода сдвинул брови.

– Шутковать мне тут ещё будешь? Ты за кого меня держишь?

В ответ на его грозный вид захотелось дерзить ещё больше. Уж на что сегодня скверный настрой – так и тянет позлить дядьку, который подоспел со своей вездесущей заботой.

– Тут они, недалеко, – буркнул Смилан. – Отправил их по сторонам от дороги. На привале встретимся.

Воевода удовлетворенно кивнул.

Дальше поехали молча, пока не нашли подходящее место для отдыха: на солнечном берегу Серги. Подтянулись из леса стрельцы и расселись на траве вместе с остальными кметями. Правда, всех тут же начали жрать оводы, мужики бранились, но в тени будет ещё хуже. Задерживаться на стоянке не стали.

Большой отряд стал тяжеловеснее и медленнее. Смилана это раздражало, но Отомашу он ничего не говорил: вместе отбиться от катайцев, если и правда засада на пути, будет вернее. Но ещё чаще стали всплывать в голове мысли о Таскув. И не хотелось воеводу о том расспрашивать: ведь он всю дорогу Смилана от шаманки оттащить пытался – а больше не у кого. И сил терпеть нет. Он повернулся к дядьке, который в задумчивости упёрся взглядом в едва видную тропу под копытами коня и молчал уже давно.

– А что Таскув, домой вернулась? Ижеслав отправил с ней кметей, как я просил?

Воевода вскинул голову, прислушиваясь. И хмыкнул, скривив губы.

– Вот же далась тебе эта девчонка, – но, заметив, что племянник настроен серьёзно, кашлянул, сгоняя насмешку с лица. – Уехала она, да. С кметями. Знать, в целости её должны довезти. А ты что ей передать просил?

– Чтобы дождалась, когда я за ней вернусь, – просто ответил Смилан.

Что тут ещё скажешь? Да и скрывать уж смешно: каждая собака давно знает, что между ними закрутилось.

Отомаш покачал головой, отчего-то мрачнея. Показалось, снова насмешничать примется, а нет – смолчал. Но чуть погодя всё же добавил:

– Если ты это ей передать просил, весть та её не слишком обрадовала. Что-то её печалило крепко, когда она уезжала.

Неприятно похолодело внутри: обиделась всё же. Надо было разбудить и проститься, как подобает. Чтобы запомнила и ни на миг не усомнилась, что он и правда приедет за ней.

– Свидимся – всё объясню.

Отомаш недоверчиво прищурился, глядя в зелёную лесную даль.

– Мне больше интересно, что Гордей, тебе сказал бы, узнай…

– Он узнает.

Воевода коротко покосился на него.

– Ну, да…

Больше в пути Смилан не начинал разговоров о шаманке. Не столько потому, что Отомаш для того не лучший собеседник, сколько потому, что одно её упоминание трогало в душе нечто настолько сокровенное, о чём не хотелось делиться с теми, кто не поймёт. Иногда казалось, будто Таскув околдовала его, но, проразмыслив над тем, Смилан раз за разом уверялся, что всё это не может быть мороком или злой ворожбой.

Но как много ни занимала маленькая вогулка его мысли, а важное их тоже не покидало. Предупреждение Отомаша о возможной засаде всех держало в напряжении, воины уже не могли позволить себе праздно глазеть по сторонам. Смилан постоянно отправлял кметей объезжать окрестности в поисках следов тех, кто мог напасть. Но ничего не находилось. И потому-то чем ближе подъезжали к границе катайских земель, тем вернее ждали стычки с людьми Сайфи-бия.