Чтение онлайн

Публика заерзала на сиденьях и тщетно пыталась скрыть улыбки. Обернувшись к экрану, Иэн понял, почему. Его виртуальное изображение только что обняло виртуальное изображение миз Полански и застыло в великолепном эротическом поцелуе. Черт побери, он же собирался прекратить показ до этого места! Есть же вещи сугубо личные, даже если они совершены во имя науки! А то, что он начинал чувствовать по отношению к миз Полански, было вещью сугубо личной.

Он протянул руку, намереваясь выключить видеомонитор, но за долю секунды до того, как он дотянулся до выключателя, экран опустел.

— Какого…

— Да как вы посмели? — раздался голос из конца аудитории.

Все обернулись, включая Иэна. Глаза его встретились с парой переполненных ярости карих глаз, которые всадили свой собственный виртуальный двуручный меч в самое его сердце. Джилл Полански стояла у бокового входа, стискивая в кулаке вилку монитора виртуальной компьютерной реальности. Бешенства ее хватило бы на то, чтобы разорвать орка голыми руками. Орка — или известного ученого, специализирующегося в области виртуальной реальности.

— Зараза чертова! — пробормотал Иэн.

“Я идиотка, — подумала Джилл, заходя первой в кабинет Иэна. Она прошагала по ковру до самого окна и стала глядеть на серый промышленный пейзаж, слишком рассерженная, чтобы говорить, со слезами ярости на глазах. — И я-то верила, будто хоть что-то для него значу! Не так уж много, но хоть что-то!”

Она услышала, как за ней затворилась дверь.

— Миз Полански, не соблаговолите ли присесть?

“Как смеет он быть столь утонченно-вежливым в такую минуту?”

— Предпочитаю стоять, — выпалила она, даже не обернувшись.

Она слышала, — нет, ощущала, как он движется позади. Зрение, слух, осязание — все эти чувства превратились в ничто по сравнению с ощущением его присутствия, таинственно-жутким и нежеланным чувством, которое, казалось, подспудно их связывало. Даже не видя его перед собой, она знала, когда он двинулся по направлению к ней. Даже не слыша его, она знала, когда он заколебался и остановился. Она глубоко вздохнула и сосредоточилась на промышленном пейзаже, открывавшемся в окне, преисполненная решимостью держать в узде разгулявшиеся эмоции.

— Я не собираюсь пробыть тут долго. Я пришла лишь по вашему распоряжению.

— Распоряжению? — удивленно переспросил Иэн. — Мне просто хотелось поговорить с вами наедине. Мне бы не хотелось обсуждать наши личные дела на глазах у всего отдела.

— Личные? Вы показали им видеоленту с нашим поцелуем! Что может быть более личным?

— Я бы не хотел, чтобы наш разговор превратился в спор…

— Что ж, весьма печально, доктор, поскольку именно спор вам в данный момент гарантирован абсолютно! — Взбешенная Джилл резко обернулась, чтобы смотреть ему прямо в глаза. “Огромная ошибка!” — сообразила она. Иэн сидел на краю стола, скрестив руки на груди, а серебристые глаза его изучали ее напряженно и безжалостно. Она тотчас же вспомнила, как ночью он, прислонясь к косяку кухонной двери, наблюдал за ней, вызывая щекочущее жжение в тех местах, которые не имели ни малейшего отношения к доктору Синклеру.

Она вновь обернулась к окну, из которого открывался не слишком приглядный вид.

— Вам незачем было показывать пленку всему отделу.

— Вы правы.

Она, обернувшись, бросила на него удивленный взгляд.

— Как это?

Он улыбнулся, прочитав на ее лице выражение тревожной неуверенности, и слегка виноватая улыбка, появлявшаяся весьма редко, странным образом сделала его еще более привлекательным.

— Я вовсе не собирался показывать им поцелуй и намеревался остановить пленку, не доходя до этого места, но… отвлекся.

— Чем?

— Вами, миз Полански. Или, точнее, вашим виртуальным образом. Я увидел, какое выражение было у вас на лице, когда вы решили, что орк превратит меня в кусок мяса. Оно было таким… одухотворенным.

Одухотворенным? Какое-то время она не понимала. И вдруг вспомнила эту леденящую кровь схватку и то, как она была напугана, опасаясь за безопасность Иэна. Она следила за дуэлью с ужасающим монстром, не переводя дыхания. На протяжении нескольких минут она прожила целую жизнь, перенасыщенную эмоциями, и если хоть одна десятая того, что она тогда пережила, отразилась на ее лице…

— Я была озабочена…

— Вы были, черт побери, не просто озабочены! — возразил он убийственно ласково.

Иэн слез со стола и направился к ней, не сводя с нее взгляда. Глаза его вбирали ее глаза с безжалостно-интимной откровенностью, и этот натиск был столь же решителен, как и схватка с орком. И столь же результативен, подумала она, чувствуя, как слабеет ее сопротивление.

— Вы ошибаетесь. Симулятор демонстрирует лишь проекцию выражения лица. Он несовершенен.

— Да, несовершенен, — согласился он, не сводя с нее глаз, — но точность его калибровки достигает 98 %. В любом случае ваше выражение лица — это не единственный надежный показатель. Я дополнительно полагаюсь на наши два поцелуя: как реальный, так и симулированный. А данные, собранные воедино, — продолжал он, переходя на шепот, — дают основания сделать один лишь достоверный вывод.

Ей не надо было спрашивать, в чем заключался этот вывод. Он горел в глубинах его серебристых глаз и в без труда завораживающей ее улыбке, что пряталась в уголках рта. Того самого рта, подумала она, который был возвращен к жизни воспоминаниями о ее поцелуях и который ей чертовски хотелось поцеловать еще раз. Для начала. Она проглотила вставший в горле ком, чтобы вымести метлой сор опасных образов, угнездившихся в сознании. “О, Господи, да ведь он же живет с другой женщиной!”

— Мне пора возвращаться к работе.

— Останься, — взмолился он нежным, преисполненным желания голосом. — Прошу тебя, останься!

Эта откровенная просьба пронзила ей сердце, как стрела. Она заметила, как отяжелел его подбородок, и знала, что в нем сейчас идет внутренняя борьба, происходит попытка овладеть собственными эмоциями. За бесстрастным обличьем Иэна Синклера пряталось невероятное смятение, такое же, как и у нее, полнейшая эмоциональная неразбериха, которая в одинаковой степени могла поранить как его, так и ее. Черт, да почему бы ему просто не быть одним из множества красивых, самоуверенных сукиных сынов? Почему он должен быть таким нерешительным, таким ранимым, таким… человечным?

Размышления эти были прерваны громким стуком в дверь кабинета. Джилл дернулась на звук и увидела, как дверь отворилась, и внутрь вошел угловатый Сэди Хеджес. Киберинженер был до такой степени погружен в содержание принесенных распечаток, что даже не заметил, что его не пригласили войти.

— Док, у меня есть ряд вопросов по поводу интерфейса между генераторами изображения и новой топологической средой, которую мы на завтра устанавливаем с Феликсом… — Тут слова эти увязли в глубоком молчании, когда Сэди увидел, что Джилл и Иэн стоят друг против друга на расстоянии всего нескольких дюймов. Но первоначальное удивление длилось не более мгновения, и на его место мигом пришла всепонимающая улыбка. Быстроте реакции Сэди всегда можно было только позавидовать.