Чтение онлайн

Марк жил в центре сектора «Ф». В так называемом «Небесном городе». Здесь над стрелами дорог возвышались огромные дома, скребущие небесную твердь, а сама зона считалась одной из наиболее безопасных, проще говоря, понты и престиж. Ничего общего с трущобами, в которых я сегодня побывала. В секторе «Ф» мало что напоминало о разрухе или упадке цивилизации. Даже воздух казался другим. Спасибо безупречно работающей автоматической системе биозащиты. Я ненавидела этот воздух, но ценила дарованную мне иллюзию безопасности.

Фильтрованный воздух, аккуратные клумбы, глазурь дорожного покрытия, движущиеся лестницы и маленькие, как яркие жучки, разноцветные электро-машинки, которые подвезут, куда тебе надо. Лишь одно маленькое «но», в мелком море неисчислимых удовольствий. Белый билет или небесная карточка. У меня имелся временный пропуск. До постоянного, я пока немного не дотягивала. Так считал Марк, конечно же. Но он босс. Ему можно все.

Руки непроизвольно сжались в кулаки. Нет. Извини, Алиса. Мне придется упаковать тебя и засунуть очень глубоко.

Лучшего места для жизни в моногороде, я назвать не могла. Сектор «Ф» мог воплотить мечту в реальность, но попасть сюда всегда было сверх трудно.

Я непринужденно улыбнулась проезжавшей мимо машине, водитель которой только что подмигнул мне. О, да! Он точно знает, кто перед ним. Здесь одежда говорит о вас больше, чем вы сами. Неважно, что я напялила жутко неудобный и просто безобразный оранжево-синий комбинезон, только на входе в сектор. Ну, не дура же я, в самом-то деле, ходить в таком по зоне? Для этого дела у меня есть рабочий комплект одежды, который сейчас упакован в герметик для дезинфекции.

Однако в секторе «Ф» необходимо соблюдать правила и субординацию. Нигде не надо, а тут прописная истина. Одежда должна рассказывать о тебе. Страшнейшая чушь, но я никогда не спорю на такие темы.

Для достижения целей можно использовать что угодно. Когда знаешь такие простые вещи, на многое смотришь куда проще. Умение стать кем-то, на поверку, весьма полезная штука. Сейчас я элитная лошадка, чья-то собственность, опасный инструмент, заточенный под определенный вид услуг — охотника. «В ней много адреналина, любовь к недешевой выпивке и готовность сбросить пар после трудного рейда», — вот что он думает обо мне, этот расфуфыренный кобелек за рулем, никогда в жизни не покидавший периметра. Слово «опасность» светится на мне большими красными буквами, поэтому я так притягательна, но он немного трусоват, и не притормаживает, хотя по случаю обязательно прихвастнет приятелю смелой выходкой. Но встреть он меня в другой одежде и на улице, например, в секторе «Р», где живут трудяги среднего класса, даже не взглянул бы в мою сторону. Хотя, если подумать, что ему там делать? А если переодеться в вызывающе короткое платье, и сесть за руль такой же вот машинки, я стану чьей-то подружкой. Пустоголовой штучкой номер дцать, например, у достаточно богатого «папочки». Яркой конфетной оберткой, но ровно до того момента, как конфета будет съедена.

Я спустилась по лестнице, свернув с основной трассы, и подождала состав. Электропоезда в центре напоминали мне яркие стрелы. Маленькие вагоны, быстрота и удобство. Ничего общего с тарахтящими, гремящими вагонами в секторе Б или Л. Даже сидения другие. Мягкие, гладкие, синие или красные. Я села, уставилась в окно, занимаясь мысленным самовнушением: «Ехать минут семь. А ты в городе счастья. Здесь не может быть случайных людей, да еще с такими мрачными лицами. Расслабься, наконец, хотя бы внешне, и улыбайся, черт тебя дери!» Непроизвольно дернулось плечо, выдавая остаточное раздражение.

Так люблю я сектор «Ф» или ненавижу его? По крайней мере, сейчас я не боюсь оставлять племянницу.

Дом, в котором жил Марк выглядел сказочным дворцом. Так я себе представляла замки из сказок, когда была маленькой. Огромное здание, которое возносилось вертикалью строгого силуэта. Прекрасное, блистающее гранями в лучах солнца: стекло, сталь и пластик, оно вызывало священный трепет, тоску по недостижимому благополучию, воплощенные мечты. Да, думаю так.

Первое, что бросалось в глаза, когда двустворчатые двери приветливо распахивались перед тобой — холл. Высота потолка под сто метров, площадь, пожалуй, вся тысяча. Над головой по специально проложенному пути тонких тросов пролетали пластиковые коробки ларьков. Удобно. В них всегда можно купить сигареты, цветы, всякую прочую мелкую ерундовину. Щелчок кнопки на одной из многочисленных палок-стоек, что для удобства натыканы по всему холлу, и кабина с антигравитационной установкой зависает над головой, а потом мягко спускает панель для ввода кода. Если клиент подтвердит платежеспособность, то купленное будет незамедлительно доставлено прямо в руки. Высший пилотаж.

Одна такая покупка просвистела рядом с моей головой. Я грубо выругалась. Миловидная блондинка, протянувшая было руки к «подарку» и, похоже, приехавшая на встречу с «папиком», негодующе покосилась на меня, но промолчала.

Я вздохнула, изобразила для нее легкую улыбку. Вроде как я не сержусь, и вы не гневайтесь. В ответ получила похожую гримаску, на том и разошлись.

В холле всегда светло. Обилие стекла создает достоверную иллюзию легкости, поэтому конструкции не выглядят массивными, а стены струятся блистающим ажурным кружевом, и помещение наполняется мерцающим воздухом. Вечером включается подсветка. И тогда снаружи дом выглядит хрупким хрустальным сосудом, сияющим во тьме. Эффектное зрелище. Ведь на нашем полушарии ночи беззвездные и поэтому очень темные.

Помню, когда я первый раз увидела дом, то была поражена до глубины души. Даже слов подходящих не смогла подобрать. Чистое физическое блаженство, возникшее от созерцания чуда. В секторе, где я прожила большую часть жизни, домишки напоминали кособоких кое-как собранных из кубиков уродцев. Из современных материалов, конечно, но в сравнении с небоскребами сектора «Ф» сарай сараем.

Временами я обожала это место, но бывало, и ненавидела. Правда, сложно поддерживать огонь злобы на должном уровне, глядя на эти стены, с их утонченными узорами и на мозаику пола, блестящего настолько, что в нем все отражалось. А фонтан посредине, вокруг которого стояли лавочки для отдыха? А маленькие кафешки, магазины, летающие автоматы? А целая шеренга лифтов, с дверями, отделанными под натуральное дерево, хотя черт его знает, может натуральное? Узкие на первый взгляд кабинки и такие вместительные на самом деле, украшенные разными витыми штуковинами и клепками. Мир, в котором просто нельзя чувствовать себя плохо, но можно неуютно.

Я подошла к лифту и нажала на кнопку вызова. Сзади пристроилась еще два или три человека. Они показались мне толпой. Я оглянулась. По холлу неспешно бродили люди. Кто-то сидел около фонтана с пакетбуком в руках, одна парочка прогуливалась вдоль мини аллеи: зимний сад, магазинчики, кафе, еще немного зелени, к лифту и обратно.

Откуда взялись очереди на посадку? Надо спросить у Марка, не случилось ли чего.

«Слышали, — обратилась к соседке, стоявшая за мною женщина, — дом на пятой улице. Он внезапно вышел из строя. Что-то глобальное в системе. Говорят, что жильцам приходится съезжать. И даже, вроде как, его не смогут починить. Представляете, какой ужас? А что, если такое случиться с нашим домом?»

Ее соседка сочувственно закивала, начала отвечать. Я отключилась от их болтовни, ушла в себя. Что еще за фигня? Если разрушения коснулись сектора «Ф», это конец. Марк должен знать. Он всегда знает.

Двери открылись, я шагнула внутрь. Нажала кнопку. Мне на самый последний. Марк любит высоту. Я ненавижу. Представляю, что будет, если системы однажды накроются. В доме, конечно, есть лестницы. Но подниматься или спускаться по ним, то еще удовольствие при таких высотах. Бедняга Марк. Я тихонько фыркнула, представив его пунцовое от натуги лицо, и настроение мое улучшилось.

Коробка лифта представляла собой стеклопластиковый цилиндр, из которого, по задумке архитектора, при подъеме нужно любоваться открывающейся панорамой. Некоторые от этого ловили кайф, мне было до жути, полуобморока страшно. Я концентрировалась и прилагала массу усилий, чтобы не вцепиться в декоративные поручни или не заорать от ужаса. Лифт двигается очень быстро. Кажется, взмываешь в небо, получив дружеский пинок под зад, а потом словно пробка из бутылки шампанского — пуф! Улетаешь в неизвестность.