Чтение онлайн

Но Лили даже не шелохнулась.

— Ни за что. Они не выгонят меня из родного дома. Мы никуда не поедем.

Поэтому они провели весь день в спальне Евы, плотно закрыв шторы: играли в настольные игры, смотрели фильмы и делали вид, будто не являются пленницами в своём же доме. К ночи все разошлись по кроватям, надеясь, что завтра их жизнь хоть немного приблизится к тому состоянию, что могло сойти за норму.

Было почти десять вечера, и Ева решила, что горячий душ поможет расслабить ноющие мышцы. Она включила горячую воду, и ванная начала заполняться паром. Она разделась и шагнула под душ. Горячая струя воды хлынула на тело. Она чувствовала себя совершенно раздавленной, измотанной и гораздо старше своих пятидесяти с небольшим лет. Как глупо было думать, что возвращение Лили ознаменует конец всех их проблем.

Ева сидела в ванне до тех пор, пока вода не остыла. Выбравшись, она вытерлась и завернулась в свой любимый старый халат.

Оглядев спальню, она подумала: как же здесь пусто. Она всё ещё ощущала на себе тяжесть тела Томми, его руки, обнимающие её. Оставшись наедине с потоком мыслей, она на физическом уровне чувствовала тоску по нему. Она схватила телефон и написала:

«Думаю о тебе и о том, какие чувства ты заставляешь меня испытывать».

Она ждала ответа, но экран оставался пустым, насмешкой над её слабостью. Ева надела старые фланелевые пижамные штаны и рубашку, опустилась на кровать. Она смотрела на свои натруженные руки, на вены и морщины, которые появились словно по волшебству. Она так чертовски боялась того, что мог принести с собой новый день.

Наконец она убрала телефон и закрыла глаза.

Сон поглотил её — тёмное, жадное, крылатое существо, уносящее её прочь от невыносимой тяжести собственных неудач. Но она не видела снов. Не в эту ночь. Сегодня она просто провалилась в изнуряющую бездну. Она не знала, сколько проспала, но внезапно проснулась от того, что какая-то тень двигалась к её кровати.

— Кто здесь? Что такое?

— Это я, мам. Это Эбби.

Глаза Евы привыкли к темноте, и она увидела Эбби в огромной серой футболке и спортивных штанах, которая держалась за свой выступающий живот.

Ева резко села и включила прикроватную лампу.

— Что случилось? Что-то с ребёнком?

Эбби покачала головой.

— Шериф Роджерс пришел. Он внизу.

У Евы перехватило дыхание.

Томми здесь?

— Он с той женщиной из ФБР. Они хотят поговорить с Лили.

Значит, дело было не в ней. Дело было в Лили. В её бедной, милой Лили.

Ещё одна бомба. Новые осколки полетят, — мгновенно подумала Ева.

Она встала и схватила халат, плотно запахнув его.

Ева спустилась вслед за Эбби по лестнице и увидела, что Томми и агент Стивенс сидят напротив встревоженной Лили. На Лили была старая толстовка с логотипом школы, она забралась на стул с ногами и обхватила колени руками, словно защищаясь. Эбби неловко топталась неподалёку, положив руку на выпирающий живот.

Томми откашлялся, глядя на Еву.

— Простите, что беспокоим вас так рано, но тут каждая минута на счету.

— Он вас прислал, да? — резко спросила Лили.

Вопрос заставил всех вздрогнуть. По телу Евы пробежал холодок. Её дочь знала Рика Хэнсона лучше, чем кто-либо другой. Она знала, что он что-то задумал.

— Боюсь, что так, — ответил шериф Роджерс.

— Этот ублюдок, — процедила Эбби. — Чего ему опять надо?

На несколько долгих секунд воцарилась тишина. Наконец шериф Роджерс нарушил молчание.

— Сегодня ночью Рик Хэнсон признался в том, что похитил Лили и держал её в плену на протяжении последних восьми лет, — сказал шериф.— Он также признал, что является отцом её ребёнка.

Эбби выдохнула:

— Слава богу.

Ева нахмурилась, заметив полное отсутствие эмоций на лице Лили.

— Томми… шериф, что происходит? Вы бы не приехали в такой час, только из-за того, что Рик Хэнсон во всем сознался, — заметила она.

.— Мне очень жаль, что приходится говорить вам это. Вы даже не представляете, как мне жаль. Но Лили была не единственной жертвой Хэнсона. — Он сделал паузу и продолжил: — Лили, боюсь, что были и другие.

ЛИЛИ

— Сколько? — спросила Лили.

Агент Стивенс откашлялась. У неё размазались тени вокруг глаз, а волосы были растрёпаны. Этим ранним утром Лили была рада увидеть, что агент далеко не такая ледяная королева, как ей показалось при знакомстве, и что дела, над которыми она работает, всё ещё проникают ей под кожу. Агент Стивенс нервно крутила в руках ручку, каждые несколько секунд постукивая ею по блокноту.

— Он сказал, что есть ещё две девушки. Недавние жертвы.

Лили медленно встала.

— Я пойду оденусь.

Эбби преградила ей путь, на её лице застыло недоумение.

— Подожди, зачем? Что ты собираешься делать?

— Он хочет меня увидеть, Эбби. Это его способ добиться свидания.

— Нет, это чепуха. Ты не можешь с ним встречаться. Они не могут от тебя этого требовать.

Лили посмотрела прямо на шерифа Роджерса.

— Я права, да? Поэтому вы здесь. Именно этого он и добивается.

— Боюсь, что так. Это полностью противоречит установленным правилам. Можно даже сказать, что перечеркивает их. Мы предложили ему поговорить с тобой по телефону, но он отказался. Он заявил, что должен увидеться лично. Сказал, что никогда не расскажет нам, где находятся девушки, если встреча не состоится.

Наивно было полагать, что Рик не выдумает новый план.

— Мы не можем требовать этого от вас, но где-то там, снаружи, томятся девушки чьи жизни могут быть в опасности, — произнесла агент Стивенс.

— Дайте мне пять минут.

Лили направилась к лестнице, но Эбби снова встала у неё на пути.

— Да пошёл он, Лили. Пошёл он со своими психологическими фокусами, — сказала Эбби.

— Я должна поехать.

— Может, он врёт. Может, нет никаких девушек.

— Он не врёт, Эбби. О таком врать не стал бы.

— Ты и так уже достаточно сделала. Он и так достаточно тебе навредил.

— Это девушки-подростки. Такие же, какими были мы с тобой. Молодые девушки, у них есть родные, которые их любят. Отцы, которые, возможно, ещё живы, сестры и братья, которые их ждут, парни… Ты действительно хочешь, чтобы я просто закрыла на это глаза? Чтобы позволила им умереть только потому, что мне страшно?

Лили дрожала всем телом, но не собиралась отступать. Она должна была это сделать. Эбби снова потянулась к ней, не желая отпускать без борьбы.

— Он и так уже достаточно натворил, Лил. Достаточно.

— Я знаю. И однажды всё это закончится, но не сегодня. Я должна это сделать, Эбс. Ты знаешь, что должна.

Лили выскользнула из рук сестры и поднялась наверх, надеясь, что та не последует за ней. Она надела самую широкую толстовку, какую смогла найти, и старые джинсы. Схватила с комода потрёпанную бейсболку отца с эмблемой "Phillies" и посмотрела на себя в зеркало. Она выглядела максимально мужеподобно и несексуально. Ему это не понравится.