Чтение онлайн

— Десант, ребятки, — подхватил Гимро, заложив руки за спину и выпятив грудь, — это особое братство. Это семья, за любого члена которой пойдешь на все и до конца. Это побратимы, которым доверишь спину без оглядки. И будешь думать не о том, что творится там, за спиной, а о том, как бы побыстрей и поэффективней разобраться с находящимся перед тобой врагом, точно зная: побратим думает и действует так же!

— После окончания обучения, — снова взял слово декан, — вас будут отправлять в такие точки, куда, порой, не ступала нога разумного. Или ступала, но с преступной целью, противоречащей законам Альянса, угрожающей благополучию граждан. А у вас будет только один приказ: любой ценой устранить угрозу. И именно вам придется решать, как это сделать, чтобы минимизировать потери. Чем или кем пожертвовать. А что или кого нужно в обязательном порядке, любой ценой сохранить. Всему этому, чтобы вы потом, во время службы, не столкнулись с проблемой, не остались с ней один на один, мы и будем вас учить. Мы, преподаватели академии, отдадим вам все, что знаем и умеем сами. Ну а что из этого выйдет, будет зависеть уже от вас.

Я неожиданно заслушалась. Успокоилась. Собралась. И даже не дрогнула, когда преподы перешли к разбору ошибок каждого из нас.

Я такого не ожидала. Но оказалось, что хотя бы парочку ошибок, с точки зрения десантника, допустил каждый из нас. Слушая объяснения Дайренна и Гимро, я украдкой оглянулась. И обнаружила, что половина парней сидят, поджав губы. Еще бы! Кому будет приятно, когда допущенные им просчеты под увеличительным стеклом будут рассматривать дотошные педагоги и рассказывать о своих выводах для других.

До меня дело дошло очень быстро. Так как у нас в группе основная часть фамилий приходилась на последнюю треть алфавита. Так что я едва успела настроиться на то, что сейчас прозвучит моя фамилия, а потом все в группе узнают, какая я слабая и никчемная. Но реальность превзошла ожидания.

— Гусева. — негромко объявил Дайренн и сразу же нашел меня взглядом. Я встала по примеру курсантов, чьи ошибки разбирали до моих. И распахнула глаза на всю ширь, когда услышала: — В целом неплохо, на твердую тройку с плюсом. Но вы, Аврора, совершенно не умеете работать в команде. Вы одиночка по натуре. И будь вы немного посильнее физически, я бы первый рекомендовал вам перейти в диверсионно-штурмовую группу. Но увы. Вы слабы и ту программу не вытянете. А значит, у вас выход один: учиться работать в команде. Учиться доверять своим товарищам и сослуживцам. И учиться быть готовой всегда подставить другому свое плечо. В остальном неплохо. Гораздо лучше, чем я ожидал, — резюмировал декан. — Садитесь.

Я села, совершенно дезориентированная и оглушенная. Я — одиночка?.. Да быть того не может! У меня всегда было много друзей, я охотно общалась с родней. И… И все это закончилось после того, как я узнала о гибели «Гренка»… Открытие оглушило. Выходило, что Дайренн прав? Узнав о гибели родных и тех, с кем общалась на станции, я сознательно обрезала все контакты, но так и не поняла сама, что замыкаюсь в своей раковине?..

Остаток пары прошел мимо меня. Я не слушала, что говорили Дайренн и Гимро, а думала, думала, думала. Анализировала и прикидывала. И сделанные выводы мне не нравились совсем. Выходило, что мне необходимо было заново привыкать жить среди разумных, социализироваться, учиться доверять. А я не знала, как это сделать. И решила первым делом после окончания занятий все-таки выполнить распоряжение Дайренна и сходить к местному мозгоправу. Лишним не будет. А возможно, чем-то, да и поможет. И я таки сходила, и на прием записалась! Но у меня сегодня оставалось еще одно дело, которое следовало завершить: встреча со старшекурсником, который за завтраком грозился лично научить меня придерживаться устава.

Утром я боялась того, что меня могло поджидать при встрече со старшекурсником. Но день оказался настолько долгим, настолько перенасыщенным самыми разнообразными эмоциями, что утренние переживания как-то поблекли. И я, решив, что справлюсь и с этой проблемой, спокойно переоделась в тренировочную форму и вышла из комнаты за десять минут до назначенной встречи. И остолбенела на пороге: все фойе заполонили собой мои одногруппники. Вперед вышел Качиэни, прищурился и добродушно прогудел:

— Куколка, тебе декан что сказал? Учись работать в команде! А тебя опять квазар куда-то несет в одиночестве!

На душе после этих слов неожиданно стало легко-легко…

Спустя четыре месяца…

Лурана — планета-академгородок, не имела как таковых увеселений. Офис Галактической почтовой был, присутствовали и другие службы доставки. Чтобы служащие Академии и ее студенты могли заказать себе то, что им было необходимо. Что попроще, то есть ширпотреб, можно было купить в одном из двух торговых центров Лураны. На этом все. Даже часть товаров, например, спиртное, курсантам в этих торговых центрах не продавалось. Если нужно было что-то дефицитное, или хотелось оттянуться по полной, нужно было лететь на какую-то из трех ближайших планет.

За четыре прошедших месяца обучения я успела побывать на каждой из трех планет вместе с однокурсниками. Мы изредка выбирались на время официальных выходных, чтобы посмотреть новый фильм, выпить пива, прикупить что-то, с чем на Луране были проблемы.

Четыре месяца меня сильно изменили: я стала сильнее и выносливее физически, обрела уверенность, которой раньше не было. Но по-прежнему была самой слабой в группе. И сейчас балансировала на грани отчисления.

Вчера у нас закончился полугодовой срез знаний, и Дайренн скупо сообщил всей группе, что только я с трудом наскребла необходимый пропускной балл. У меня было «отлично» по всем теоретическим дисциплинам, «удовлетворительно» по физподготовке и стрельбе и «неудовлетворительно» по рукопашным боям. Как я ни старалась, но по боевке постоянно проигрывала парням. Они все равно оставались сильнее, быстрее и ловчее. Декан, глядя мимо меня, замороженным тоном предупредил, что, если я ничего не изменю за оставшиеся четыре месяца, переводные экзамены мне не сдать.

Сегодня моя группа решила отпраздновать первый срез и первые каникулы настоящей попойкой и походом в боулинг. Я же сбежала от них. Настроения катать шары не было. И я опасалась, что даже после бутылки пива расслаблюсь, начну себя жалеть и все залью слезами. Поэтому, соврав, что мне нужно встретиться с юристом, ведущим мое дело о наследстве, я сбежала от ребят. Бродила в одиночестве по шумному городу, расположенному рядом с крупным межпланетным космопортом, бездумно таращилась на сияющую неоновыми огнями рекламу и думала, думала, думала…

За это время академия въелась мне в кости и кровь. Я срослась с ней и уже не хотела расставаться. Не представляла, что буду делать, чем заниматься, если меня отчислят. И в то же время у меня не было ни одной идеи, как изменить положение дел, как подтянуть боевку, чтобы избежать отчисления.

На глаза внезапно попался совершенно очаровательный сиреневый комплект белья с вышивкой из каких-то инопланетных цветов. Последний раз я себе покупала белье за месяц до гибели моей семьи. В академии мне этот комплект совершенно был не нужен, но захотелось… До безумия захотелось снова почувствовать себя молодой и привлекательной девушкой. И я решительно толкнула дверь бутика. В конце концов, у меня есть десять дней каникул, во время которых я могу носить под формой то, что захочу.

Комплект идеально подошел мне по размеру. Я переоделась прямо в примерочной, расплатилась и вышла наружу, жмурясь от удовольствия и прижимая к груди пакет с унифицированным бельем. Настроение улучшилось. В голову пришла мысль сделать прическу и макияж, а потом пойти куда-нибудь и посидеть с пироженкой и чашечкой настоящего кофе.

Ничего глобального в облике менять не стала. Занятия начнутся, все равно придется волосы скалывать. Так что я обновила стрижку, слегка изменив форму, и сделала укладку. Отправила автоматической почтой пакет с уставным бельем, и пошла выбирать кафетерий для приятного времяпровождения.

Меня привлекло небольшое заведение на верхнем этаже небольшого торгового центра на противоположном от космопорта конце города. В нем было мало посетителей, играла тихая журчащая музыка и вкусно пахло чем-то шоколадным и пряным. Оглядевшись по сторонам, я поняла, что кафетерий полностью автоматизирован, из живых здесь присутствовали только немногочисленные посетители. И меня это полностью устраивало. На меня никто не обращал внимания, и я беспрепятственно выбрала столик в дальнем полутемном уголке.