Чтение онлайн

Френк ощутил на щеке дыхание глазастой, повернул к ней голову. Серебряные глаза были широкими от удивления, один уголок губ застыл в улыбке. Он мог часами любоваться этими глазами, которые были столь глубоки и прекрасны на сером бархатном лице, как может быть прекрасен глоток воды в пустыне или свежесть оазиса. Глядя в эти серебряные бесконечно глубокие омуты он забывал, что происходит вокруг, забывал, что сам себя считал недомужчиной, раз он и слова поперёк сказать не может, забывал и растворялся.

— Мои сиськи ниже. Гарри исчез, — шепнула она, отводя подбородок Френка от себя.

Действительно, Гарри больше не было. От мага осталось лишь мокрое место — по его креслу стекала вода.

Радя сделала паузу, многозначительно глядя по сторонам. Сеамни что-то зашептала, после закусила губу и какое-то время водила руками. После Радя вновь заговорила, и слышно её уже было замечательно.

— Мы много делали и много получили. Каждый барон уже получил необходимую сумму денег на жалования, каждый барон отчитался мне лично о новых успехах и свершениях. Пусть все узнают, что у нас творится: в Груваале построят деревообрабатывающее предприятие, Эрлоэну расширит обработку металлов и там зреет проект, который изменит всё, Анатор обязуется начать мостить дорогу между центрами, АнДремуэрМар начнёт готовить врачей, Адон Аум совместно с Аннуриеном будут поставлять лошадей по доступным ценам, АнЭмиваэль намеревается снабжать всех рыбой, а Аннуриен откроет первую в Аленое школу! Я не уверена на счёт таких маленьких кусочков нашей новой родины, как Аэглир Лоэй и Анитуэн, но вот увидите, и они тоже что-нибудь придумают. Глоток за живых!

Паренёк человек и девушка низушек смутились. Радя сделала глоток, Френк последовал её примеру.

— Однако были и грустные моменты. Недавно от нас ушёл Йен Григо — основатель денежной системы, — уже не так весело заявила Радя. — Кто-то умирает в лесах от чудовищ и зверей, кто-то в своих постелях от коварных болезней, а кого-то убивают демоны. Так вот, заявляю во всеуслышание — демоны с недавнего времени абсолютно и полностью вне закона, а поклоняющиеся им… Не поклоняйтесь демонам. Глоток за погибших!

Френк вспомнил Майвану и сделал два глотка.

— И вместе с тем нас становится больше. И новые детки, и новые аэльи! Они появляются рядом с деревнями, находят дорогу, кого-то находим мы. Каждый, кого мы находим, сам по себе уникален: в своих навыках, своих качествах и своей вере. До дна за рождённых!

Френк осушил кружку и с шумом поставил на стол, слыша стук деревянных кружек по всему Аннуриену. Радя стояла и смотрела на всех, искренне улыбаясь.

— За Алено-ой! — заорала она во всю глотку. — Мы демонам поперёк горла станем! За Алено-о-ой! — прокричалась княгиня — это было странно, но тот гнев, что внутри горел, он вдруг вспыхнул и Френк подскочил.

Он слышал голоса, сливающиеся в один шумный хор. Это напоминало волчий вой, полное слияние со стаей. Френку вдруг стало даже грустно, что он теперь обычный пахарь, а не разящий клинок, срубающий рогатые головы и распарывающий брюха. Он кричал, и кричали все вокруг, и на душе становилось тепло.

Френк плюхнулся рядом, крепко обнимая свою мягкую и нежную глазастую, да так, что та аж крякнула. Радя, переведя дыхание, принялась спускаться со стола, и пока заклинание не ослабло, буркнула себе под нос, но её слова разлетелись далеко окрест:

— Блядские демоны…

Озарив воздух Аннуриена заливистым хохотом толпы.

— 2-ой день ханты Деток, Марсенас —

В новой роли чувствовалось ещё немного непривычно, когда приходится разговаривать с высокопоставленными людьми, низушками и полуэльфами, держаться гордо, но не перестараться с напыщенностью. Ещё Марсенас признался себе, что нет ничего постыдного в том, чтобы растеряться, когда к нему подошёл Милфорт Ядковский и стал говорить что-то непонятное. Главное, напомнил себе барон, что в итоге они разобрались, что нужно было старому приятелю ныне покойного Йена.

Он стоял у входа в храм, созерцая статую Чёрного. Бог взирал заботливо, с толикой гордости, но в то же время с укором. Марсенас ощутил укол совести, что спустил на тормоза разговор с Микелем и так об этом и не рассказал никому. А вдруг в Анаторе его заумные доказательства вдруг окажутся весомыми, чтобы что-то сделать с Гарри?

Сзади подуло ветром и сыростью, это в такое ясное и свежее утро-то. Барон де Луиз обернулся уже зная, кого он там увидит. Чародей шагал к нему мокрый с ног до головы, выглядел слегка бледным, а одну руку прятал под полами плаща, достав из рукава куртки. Куртка его вся была перемазана в крови. Своей, чужой?

Марсенас всё не мог привыкнуть, что в кругу, когда Гарри и Радю никто не видит, они ведут себя, словно деревенские брат с сестрой. Несоблюдение этикета для господина барона было неуважением, но эти двое, похоже, наоборот приветствовали подобное. Вспоминая ту ночь, когда они колотили монеты, Марсенас вдруг испытал тепло, будто бы породнился с ними двоими, став словно частью семьи. Не своей семьи, где все только и ждали, пока ты отвернёшься, чтоб сцапать твой кусок, где все ругались и плели интриги, коварные козни между родными братьями, где младшему Марсенасу, доброму по своему характеру, просто не было места. Он стал частью совершенно другой семьи, и теперь чародей по имени Гарри, без рода и титулов, вдруг казался очень родным.

— Что с Вами случилось?

— Во, — поднял Гарри спрятанную под курткой руку. От кисти до локтя тянулась рваная рана, успевшая посинеть, чётко виднелись следы зубов. От следов растекались чёрные пульсирующие жилки. — Стрёмные волки с горящими в темноте глазами.

Барон мог вспомнить только одних волков, отличных от обычных, хотя сам их никогда не встречал. Сердце его ушло в пятки.

— Ругару?

— Слава кому-нибудь — нет, — улыбнулся Гарри и слегка скривился от боли. — Просто какие-то стрёмные волки и я отхватил, зато спас малыша. В Адон Ауме сейчас ливень льёт как из ведра.

Марсенас в очередной раз удивился.

— Гарри. — Обращаться без титулов было ужасно непривычно. — Ты честно слышишь молитвы?

Гарри открыл рот, ухмыляясь уголком рта, но вдруг переменился в лице, посерьезнел и кивнул.

— Дело намного сложнее, чем кажется, — он показал золотое кольцо с маленьким камнем на покусанной руке. — Если ты ещё не понял, то везде я быть не могу и обычно мне нужна помощь. Поэтому я и рассчитываю на тебя.

Барон улыбнулся и смутился, в очередной раз ощутив укол совести.

— Я хотел… — начал он и слегка замялся, лишь на мгновение подбирая слова. Он после подумает о последствиях подобного признания, ведь что будет дальше с Аленоем, если он ничего не сделает?

— Да знаю я всё, — отмахнулся колдун.

Прям всё?

— О чём Вы? — дистанцировался Марсенас.

— Ну как о чём? Ты хотел меня перед Радей подставить, мол, я привожу Аннуриен к стагнации, а то и вообще… — он посмотрел де Луизу прямо в глаза. Барон мог поклясться, что магию чародей не применял, но будто заглянул в самую душу. — А то и вообще завести Аннуриен в болото.