Кули. Усадьба господина Фуада
Шрифт:
— Так давай поедем вместе, — предложил Салум.
— Договорились!
Что бы ни делал Рашиди в тот день, он неотступно думал об Амине. Он прикидывал, рассуждал, планировал. И вдруг будто наяву увидел день своей свадьбы: большое пространство, застеленное циновками, и в окружении людей — он, Рашиди, торжественный, нарядный. На нем красивая канзу, пиджак, шляпа. Тут ему в голову пришла мысль, что, кроме пиджака, ему и надеть-то нечего: ни канзу, ни шляпы у него нет. Но главной его заботой был выкуп, ведь сейчас у него ни гроша за душой.
Отбросив мрачные мысли, он стал думать о предстоящем воскресенье. Он давно уже не был у своего дяди в Фуони. Наверное, старик будет сердиться на него за то, что он долго не приезжал.
Наконец наступило воскресенье. Рано утром Рашиди пошел за Салумом, который снимал комнату в квартале Мфенесимамизи.
— Что ты так рано? — спросил Салум, сладко потягиваясь.
— Вставай! Кто тебе сказал, что рано? — строго сказал Рашиди.
— Да я вчера поздно лег.
— Где же ты, интересно, был? — с улыбкой спросил Рашиди.
— Ездил в Киембесамаки. Там было очень здорово, но по пути домой проколол шину и от Мигимбани тащил велосипед на себе.
— Ну ладно, вставай, уже много времени, — начал торопить его Рашиди.
— Подожди, я сейчас, — сказал Салум, вылезая из постели.
Велосипед они вели по очереди: полдороги Салум, полдороги Рашиди. Сначала они ехали по шоссе, а затем свернули на проселочную дорогу, по обеим сторонам которой простирались поля маниоки и батата. Дорога петляла, на ней часто попадались ухабы, крутые подъемы и спуски. Скоро показались глинобитные хижины деревни. Подъехав к дому дяди, они остановились, поставили велосипед, и Рашиди пошел посмотреть, дома ли старик.
На стук открыла тетка Рашиди.
— Заходи, сынок. Как дела? Зачем пожаловал?
— Дядя дома? — спросил Рашиди, поздоровавшись.
— Он в поле. А что, он тебе срочно нужен?
— Да.
— Тогда подожди, сынок. Вот, подвинь скамейку и садись.
— Я здесь с приятелем. Мы лучше подождем на улице.
— Ну хорошо, как хотите.
Она накинула на голову покрывало и ушла. Не прошло и двадцати минут, как Рашиди увидел дядю Фархани. На плече у него была мотыга, на поясе — большой нож.
— О! Звезда счастья взошла над нашим домом, — радостно заговорил он, подойдя поближе.
— Шикамоо, дядя, — поздоровался Рашиди.
— Как дела, сынок?
— Все хорошо.
— Ты совсем забросил меня — не заходишь. Даже не узнаешь, живы ли еще твои старики, что с ними.
Как и предполагал Рашиди, дядя начал укорять его за невнимание к родственникам, но упреки продолжались недолго. Рашиди сразу вручил ему сверток с подарками, в котором были соль, сахар, хлеб, немного мыла, и дядя, подобрев, пригласил их в дом.
— Бинти-Мкадам! — позвал он жену.
— Что? — откликнулась она со своей половины.
— Приготовь мальчикам чай.
Рашиди предложил:
— Может, пойдем на свежий воздух?
— Пойдемте, — согласился дядя.
— Ну, рассказывай, как живешь, сынок, — ласково попросил Фархани, когда они устроились под небольшой кокосовой пальмой.
— Все хорошо, — отвечал Рашиди.
Фархани долгим взглядом посмотрел на него.
— Ты стал совсем взрослым, сынок.
Рашиди улыбнулся и опустил глаза, как бы признавая справедливость этих слов.
— Ну, что еще нового? Как жизнь в городе? — поинтересовался Фархани.
— У меня есть к тебе большая просьба, дядя.
— Что за просьба, сынок? — с любопытством спросил тот.
— Я решил жениться и…
— Правильно, правильно, сынок. Это ты очень правильно решил, — заговорил Фархани, не давая Рашиди договорить, — жениться обязательно нужно. Пока ты не женат, ты еще не мужчина. А на ком ты решил жениться?
— Да есть одна девушка, зовут ее Амина. Вот я и хотел попросить тебя, дядя, посватать ее за меня.
— Я согласен. А где она живет?
Но тут их разговор прервала бинти-Мкадам:
— Мне поставить чай в хижине или принести сюда?
— Лучше сюда, — хором сказали Рашиди и Салум.
— Принеси сюда, — согласился Фархани. — Ну, так где же она живет? — повторил он свой вопрос.
— В квартале Кизимкази.
— Кизимкази большой. В каком месте?
— Знаешь базар в Кизимкази? Так вот, если спросишь на базаре, то любой, даже маленький ребенок, укажет тебе дом старика Дау. Он там человек известный.
— Хорошо, согласен. Давай договоримся на… — Фархани запнулся и спросил: — Сегодня пятница?
— Нет, воскресенье, — ответил Рашиди.
— A-а, воскресенье! — Фархани поставил чашку, которую держал в руках, и стал по пальцам считать дни недели. — В общем, приходи в следующее воскресенье, и, бог даст, я передам тебе их ответ.
Поговорив с Фархани, Рашиди и Салум сходили прогуляться по деревне и к обеду вернулись назад. Фархани по случаю приезда племянника зарезал петуха, и тетка приготовила его с рисом. Поели они на открытом воздухе, под пальмой.
— Вы пока отдохните здесь, а я схожу вам за гостинцами, — сказал Фархани и ушел.
Вернулся он с корзиной в руках и застал Рашиди и Салума спящими. Он разбудил их и поставил перед ними корзину. В ней оказались кокосовые орехи, апельсины и другие плоды.
— Вот, возьмите с собой.
Пора было уезжать. Рашиди с Салумом, не теряя времени, попрощались с Фархани и отправились в обратный путь.
Старику Фархани не терпелось выполнить просьбу племянника, и он на следующий же день собрался в дорогу. Он встал раньше обычного, умылся, надел свою лучшую одежду и с первым автобусом отправился в Кизимкази. Он приехал туда часов в десять утра и сразу пошел к базару. Там он спросил, где дом старика Дау, и ему объяснили, куда идти.
Дом старика Дау, по его, Фархани, деревенским меркам, казался богатым. Дверь ему открыл пожилой человек, ради встречи с которым он и предпринял свое путешествие.
— Вам повезло, что застали меня, — сказал тот после взаимных приветствий, — я как раз собирался идти проверять сети.
— Это потому, что я пришел в добрый час, — улыбнулся Фархани.
— А как дела у вас в…
— Фуони, — подсказал старик Фархани. — Я приехал из Фуони. У нас все хорошо.
— Ну что ж, заходите. Выпьете чаю?