Чтение онлайн

На рубеже XIX–XX вв. установились прямые связи Л. Н. Толстого с индийскими общественными деятелями (Архив 1939: 359–399, Гольдберг 1955: 23–37, Шифман 1960: 173–283, Петрова 2003). В 1901 г. возникла переписка Толстого с видным индийским публицистом А. Рамазесханом, издававшим в Мадрасе популярный в то время журнал «Арья». «Вы удивитесь, может быть, – писал он Толстому, – узнав, что Ваше имя известно большинству моих образованных соотечественников, они с большим интересом следят за Вашей жизнью и духовным ростом» (Цит. по: Шифман 1960: 138).

Первая опубликованная на страницах «Арьи» статья Толстого, присланная по просьбе издателя, вызвала живые отклики в местной прессе. В связи с этим Рамазесхан писал Толстому 22 августа 1901 г.: «Поразительно, что человек, столь далекий от нас, чуждый нашим традициям и нашей истории, сумел так верно понять наши настоятельные нужды». В письме от 12 сентября он как бы продолжал: «Выражая чувства большей части индийского народа, я прошу Вас время от времени присылать нам несколько строк и рекомендовать те из Ваших произведений, которые помогут нам яснее увидеть наш путь к той цели, к которой мы стремимся» (Архив Толстого, 1939б; Шифман 1960: 214).

Вскоре Л. Н. Толстой был назван в Индии махатмой, что приравнивало его к индуистским религиозным подвижникам. Баба Премананд Бхарати, последователь Свами Вивекананды – прославленного ученика Рамакришны и издатель журнала «Свет Индии», обратился 27 января 1905 г. к Толстому с письмом, в котором впервые ему адресовался этот религиозный титул. Премананд Бхарати пояснял, что на санскрите слово «махатма» означает «Великая душа». Далее он писал: «И таковой Вы являетесь… Вы единственный подлинно великий человек в этом ослепленном своим могуществом, высокомерном материалистическом Западе. Составляет честь переписываться с Вами» (Архив Толстого 1905: 1–2). К Л. Н. Толстому писал и лидер движения «Свободный Хиндустан» Т. Дас. Из текста письма 1909 г. становится понятным, что именно в творчестве и деятельности Толстого вдохновляло борцов за независимость Индии: «Дорогой сэр, Ваше имя служит в наши дни щитом и оружием для тех, кто трудится на пользу человечества. Ваши произведения, в которых Вы показали жизнь угнетенного русского народа, открыли глаза цивилизованному миру и вызвали глубокую симпатию к нему… Своими публицистическими выступлениями Вы принесли огромное благо России. Мы умоляем, если только у Вас будет время, написать статью и высказать свое мнение о горестном положении Индии» (Архив Толстого 1905: 1–2).

В ответ на просьбу Т. Даса Толстой начал работу над впоследствии знаменитым «Письмом к индусу» (Толстой 1928–1964: 37–55), закончив сочинение через полгода. В течение этого времени Т. Дас присылал Толстому экземпляры своего журнала, книги и другие материалы о политической ситуации в Индии. Он просил великого русского писателя оказать идейную помощь движению «Свободный Хиндустан».

«Письмо к индусу» впервые увидело свет в конце 1908 г. Оно в полной мере отразило как сильные, так и слабые стороны мировоззрения Л. Н. Толстого. Общая гуманистическая направленность этой работы, безусловно, способствовала привлечению внимания мировой общественности к справедливой борьбе индийцев против колонизации. Но советы, которые давались писателем, были по сути своей утопичны. Так, Л. Н. Толстой рекомендовал перестроить мир путем индивидуального нравственного самоусовершенствования, а индийцы нуждались в совершенно ином – во всемерном поощрении активной политической деятельности, в поддержке идеи коллективной борьбы за самоуправление своей страной.

В настоящее время хорошо известны все документы (Об этом: Петрова: 2003), относящиеся к контактам Л. Н. Толстого с великим борцом за независимость Индии М. К. Ганди, их переписка и связанные с ней события. В первом же эпистолярном обращении к Толстому, датированном октябрём 1909 г., будущий духовный вождь национально-освободительного движения, рассказывая о протесте индийских поселенцев в Южной Африке против дискриминации, попросил разрешения опубликовать с некоторыми купюрами «Письмо к индусу». Это свидетельствует, что Ганди еще на раннем этапе своей деятельности осознал важность опоры на авторитет Л. Н. Толстого.

Говоря о тенденции развития русско-индийских культурных связей, необходимо отметить аспект культурологической компаративистики – тематику сопоставления культур Востока и Запада. С. Ф. Ольденбург подчеркивал значимость этой тематики в общечеловеческом масштабе. Он писал, что Восток «мощью ума своего проникал в тайны жизни, изучал и создавал понимание того, что ближе всего человеку – самого человека. И тут мы видим на каждом шагу, как ничтожны наши достижения в этой важнейшей для нас области, мы чувствуем постоянно, что Восток здесь во многом сумел подойти ближе к человеку, понять его духовное творчество лучше, чем это делаем мы» (Восток-Запад 1982: 7).

Типологическому сопоставлению культуры Востока и Запада посвятил немало страниц отечественный мыслитель Н. А. Бердяев в своем труде «Смысл истории», подчеркивая важность религии в сравнительном исследовании культур. «Культура, – отмечал Бердяев, – связана с культом, она из религиозного культа развивается, она есть результат дифференциации культа, разворачивания его содержания в разные стороны. Философская мысль, научное познание, архитектура, живопись, скульптура, музыка, поэзия, мораль – все заключено органически целостно в церковном культе, в форме еще не развернутой и не дифференцированной. Всякая культура (даже материальная культура) имеет духовную основу – она есть продукт творческой работы духа над природными стихиями» (Бердяев 1990: 66).

Важно отметить, что религиозно-философские идеи Индии, широко освещавшееся в отечественной периодике, нашли отклик и в умах русских ученых, далеких по роду своей профессиональной деятельности от изучения культур Востока. Так, К. Э. Циолковский наряду с научно-техническими аспектами освоения космоса разрабатывал «космическую философию» – своеобразный вариант натурфилософии, пронизанный буддийским миросозерцанием. Этому посвящены его философско-художественные эссе, часть которых была издана в Калуге на средства автора, большинство из них хранится ныне в архиве ученого (Московский отдел: 369–557). Хотя Циолковскому представлялось, что его эссеистика укладывается в методологические рамки позитивных наук, в действительности «космическая философия» представляла собой сплав естественно-научного эволюционизма, буддийских идей и элементов теософии. Об этом свидетельствует, в частности, его труд «Нирвана» (См.: Циолковский 1914), изданный в 1914 г. в Калуге.

1. Салтыков А. Д. Письма об Индии. – М., 1855.

2. Верещагин В. В. На войне в Азии и Европе: Воспоминания художника В. В. Верещагина. – М., 1894.

3. Верещагин В. В. В. В. Верещагин о зарубежном Востоке. – М., 2001.

4. Верещагин В. В. Воспоминания сына художника. – Л., 1982.

5. Верещагин В. В. Избранные письма. – М., 1981.

6. Верещагин В. В. Очерки, наброски, воспоминания. – СПб., 1883.

7. Коничев К. И. Повесть о Верещагине. – Л., 1956.

8. Лебедев А. К. Жизнь и наследие В. В. Верещагина в свете новых публикаций. – М., 1992.

9. Верещагин В. В. Воспоминания сына художника. – Л., 1982.

10. Стасов В. В. Избранные сочинения. В 3 т. Т. 1. – М., 1911.

11. The Free Hindustan. – 1909. – № 9. – P. 1.

12. Short Life of Dr. Nishi Kanta Chattopadhyaya, Ph. D., Late Professor of St. Petersburg University, Late Principal of Hyderabad College and now Professor of Maharaja’s College, Mysore. Publ. By Hari Prasad Mookherjee, B. A., B. L. – Dacca, 1902.

13. ЦГАЛИ, ф. 1696. «Богучарский В. Я.», оп. 1, д. 399. «Письма неустановленных лиц… (без подписей и с неразборчивыми подписями к Минаеву Ивану Павловичу)».

14. Росов В. А. Николай Рерих: Вестник Звенигорода. Экспедиции Н. К. Рериха по окраинам пустыни Гоби. Книга I: Великий План. – СПб., 2002.

15. Рябинин К. Н. Развенчанный Тибет: Сев. и Внутр. Монголия. Центр. Гоби. Цайдам. Чантанг и снеговые хребты Тибета: С фот. снимками из материалов Миссии, 1928: Подлин. дневники экспедиции Н. К. Рериха. – Магнитогорск, 1997.