Чтение онлайн

Пи ответил почти криком:

– У подруги своей спроси, – и проследовал в другой отсек корабля.

– Переговоры, – пожал плечами Джерард.

– Дипломатия, – подмигнул Ипкис.

Ева заключила Нану в объятия и уткнулась носом в её ключицу, и сказала так тихо, что это слышала только мулатка:

– Как я устала… Какое счастье, что с тобой всё в порядке… Я так волновалась…

– Ну, ну, – засмеялась Нана, хлопая подругу по спине, – ничего. Ты голодна?

– Я голоден, – к ним подошёл Джим.

Девушки отпрянули друг от друга. Нана смерила его взглядом:

– Ну, пойдём в пищеблок, тогда?

Ужинали молча. Почти всем было неуютно в присутствии человеческого мужчины. Все взгляды были устремлены на него. Тот, не скрывая презрения, тыкал вилкой в синее желе и искал понимания в глазах Евы и Наны. Однако, те молча, быстро всё съели и удалились. Кажется, их что-то тревожило сильнее мужчины на борту корабля. Пи не стал вызывать их на собрание, затеянное после ужина. Предварительно Джима выставили на наблюдательную площадку провожать закат. Синекожий главнокомандующий, гневливо сверкая глазами в сторону Евы, обрисовал команде ситуацию относительно завтрашних переговоров. Составили и отправили обращение к мэру Персеи. Тот перезвонил почти сразу же, лично Пи.

Персеянин удалился в свою каюту, чтобы стать там мрачнее тучи. Линч ушёл спать. Джерард взахлёб, не скрывая восхищения, рассказывал Джиму о Персее, на них с ухмылкой поглядывал Ипкис.

– Да я тебе сейчас всё покажу! – гоготнул Джерард и включил «новости» на одном из больших экранов.

Все уткнулись в монитор. На Персее ещё никто не знал об их находке. Там было тихо и спокойно. Почти тихо и почти спокойно. На фоне прекрасных ландшафтов планеты приятный диктор-хоботоносая рассказывала, что планируется провести новую выставку последних достижений науки, что погода на планете поддерживается благостной, и что злобный убийца своей матери по имени Эд чувствует себя хорошо и вину не признаёт. В очередной раз показывали кадры, где мужчина, понуро опустив голову, слушал решение судьи, а потом поднимал свои удивлённые, широко открытые, пронзительно синие глаза в камеру. Отросшие ещё длиннее белокурые волосы рассыпались по плечам.

Джерард присвистнул:

– Не очень хорошо переговоры пройдут, думаю.

Джим непонимающе смотрел:

– Это мужчина? Он маму зарубил?

Джим грустно смотрел то на удаляющуюся в иллюминаторе Землю, то на Еву.

– Я ведь и сам не рад, я не хочу. Но главнокомандующему как перечить? – оправдывался он, – Я не знаю, что он выпендривается. Без вас бы совсем пропали, конечно.

– Ох, Джим. Не знаю, что тебе сказать. Сейчас мы, конечно, просто пешки, – вздохнула девушка.

– Мои друзья уверены, что наша позиция правильная. Хотят жить на вашей планете. Хотят ваши технологии. Восстанавливать планету, сотрудничество… А я не уверен… Теперь воздух чистый, а вода почти питьевая. Что им ещё надо? Технологии у нас есть, ну да, не такие продвинутые, как у вас, но тоже очень неплохие. Людей не хватает, это да. Девушек. Ты бы хотела жить с нами?

Ева подняла брови.

– Ты говорила, что мечтала побывать здесь, в твоём доме, – продолжил Джим.

– Да, конечно. Но вот мечта сбылась, многое изменилось. Признаться честно, мне было некомфортно в вашей колонии.

– Ну да, отношения не заладились. Но это потому, что ты для нас была как инопланетянка. Женщина, что путешествует в космосе – такой абсурд! Вот, рожала бы детей, занималась огородом, – мечтательно выдохнул мужчина, почесав плохо выбритую щёку, – Тебя бы тогда все уважали здесь, поверь.

– Нет, я бы занималась наукой, – засмеялась девушка, – а дети – да. Дети это хорошо, я бы хотела парочку.

– Ева, ну какая наука, какая парочка. У тебя здоровое тело, не то, что у земных дохлячек. Тебе надо родить как можно больше. И не горбиться над своими этими… расчетами. Ты ведь слышала наверняка про эту теорию, что когда женщина много думает – кровь в её теле из матки перетекает в мозг и она может остаться бесплодной? – мужчина самодовольно поправил очки.

– Джим… – Ева сощурилась, пытаясь понять шутит он или нет, – Джим, ты сейчас серьёзно?

– Абсолютно. Я вижу, что ты прекрасна и достаточно умна для женщины. И я бы очень хотел, чтобы ты вернулась со мной на Землю, как… как инкубатор моих будущих детей.

– Чего? – девушка почти фыркнула.

– Это комплимент вообще то, – раздался голос одного из мужчин, сидевших поотдаль.

– Отстойный какой-то комплимент, – крикнула ему Ева в ответ и зло посмотрела Джиму в глаза, – Во-первых, я осознала, что хочу побывать на других планетах. На необитаемых, на обитаемых, протянуть руку помощи разным существам. А во-вторых, я влюблена, Джим.

– В кого это? – тот почти хихикнул, – Ты говорила, на Персее нет мужчин.

Ева тяжело вздохнула и отвернулась.

– В Пи что ли? – пробормотал ей в спину Джим.

Кажется, именно в этот момент, или, может быть чуточку раньше, Ева поняла, что не так уж ей и хотелось бы остаться на Земле со всеми этими мужчинами. И вот даже молодой учёный, не такой, конечно, неотёсанный болван, как остальные «представители Земли», коих они сейчас везли на Персею для гостевого визита, не воспринимал всерьёз её планы. Обидно. Она отошла от него и с грустью посмотрела на мужчин, сидящих за обеденным столом. Их было пятеро.

Простые имена, похожие на лай собаки, Ева не стала запоминать. Они все им подходили и все казались серыми. Несколько дней подряд Джим бегал от корабля в колонию и назад, передавая послания от мэра своему главнокомандующему и наоборот. И в итоге мэр Персеи отдал приказ привезти мужчин для переговоров о сотрудничестве. Нет, конечно, мужчины были неплохими. Один, тот самый, что вставил реплику про комплимент – рыжий, прямо как Ева, высокий, огромный верзила – он жевал что-то и, смеясь, тыкал кулаком в грудину своему другу. Рыжий разонравился девушке сразу после критики её короткой причёски. Впрочем, её не оценили почти все дипломаты Земли, но только рыжий высказался о ней в обсценной лексике при встрече. Его друг – хмурый, словно точный антипод рыжего, шатен с неровной бородкой, просто ни с кем особенно не разговаривал, но неизменно ходил рядом. Лысый был самым старшим из них, он грозно сверкал очками, как правило, но чаще уходил в чтение мятой книжечки, которую всюду таскал за собой. Ещё двое были очень похожи между собой – среднего плотного телосложения эдакие мужички, ничем не примечательные, но и не выдающиеся, они внимательно слушали рыжего и по-конски ржали, иногда похрюкивая. Все, кроме лысого, создавали шумовую завесу в пищеблоке, состоящую из непонятных разговоров, странных ругательных слов и смеха. Крошки еды разлетались по столу и полу. Кто-то разлил воду, уронив стаканчик. Это была не та компания, которая мечталась Еве во снах.

Она уже предпринимала попытку их подготовить к новой жизни. Перед вылетом она показывала им корабль и пыталась объяснить:

– Понимаете, у нас всё не так, как здесь. Вы увидите много удивительного, необычного, постарайтесь не подгонять всё под ваши рамки, – она заламывала руки и вглядывалась в их лица, ища понимания, – Это я, я вас искала, я хотела найти вас, писала исследовательские работы. И вот вы здесь. Я очень хочу, чтобы человеческий род достойно продолжал своё существование, но сейчас будет очень тяжело, – порой Еве казалось, что её не слушают: мужчины были слишком увлечены, разглядывая корабль, – У нас там ЧП на планете, понадобится вся ваша тактичность и дипломатия. Вы меня слышите?

Она вглядывалась в их лица, но не находила там отклика.

«Но это сейчас они дикари, – успокаивала она себя, – а вот на Персее они наверняка станут лучшими версиями себя». Мужчины закончили трапезу и, оставив приборы на столе и кликнув Джима, пошли в каюту, выделенную им для сна. Рыжий обратился к Еве, махнув рукой в сторону стола:

– Прибери.

– Сам прибери, – дёрнула бровью девушка.

– Ева, прибери за гостями, – из тёмного угла послышался голос Пи, – ты ведь так рада им.