Чтение онлайн

– Не хочу думать, что мне инспектриса скажет за сегодняшний номер, - вздохнула Тоня, - Страшно думать об этом…

Когда окончились уроки, Тоня с тяжелым сердцем шла в кабинет Дарьи Кирилловны.

– Разрешите, - робко сказала Тоня, заходя в кабинет.

– Входите, - ответила инспектриса, - У вас, я так понимаю, совсем совести нет? Иначе про ваши поступки я сказать не могу.

– Простите, мадам, не подумала, - сказала Тоня.

– У вас будет три часа, чтобы обо всем подумать, - ответила Дарья Кирилловна, - Идите в класс. Видать, горбатого могила исправит, как все началось в первом классе, так и возобновилось сейчас.

Придя в класс и оглядев еще несколько человек, которых тоже оставили после уроков, Тоня села к Ларисе.

– Давай, что ли, уроки делать, раз нас оставили, - предложила девушка, - Не будем терять время даром.

– Тонька, не ходи больше на тот кружок, это плохо кончится, - сказала Лариса подруге.

– Хорошо, не пойду, - отмахнулась Тоня, не желая объяснять подруге, почему она должна туда ходить.

Прошло некоторое время, гимназисты начали расходиться по домам и Тоня осталась в классе одна.

«Еще полтора часа здесь торчать», - подумала девушка и прилегла на парту подремать.

Проснулась Тоня от того, что классная дама ее будила, тряся за плечо.

– Идите домой, - сказала Софья Ефимовна, - Свободна. Чтобы это был первый и последний раз, иначе медали не будет.

Когда Тоня пришла домой с синяком под глазом, Анна Паисьевна сразу спросила дочь:

– Подралась с кем-то и тебя в гимназии после уроков оставили?

– Да, - коротко ответила Тоня.

– С кем и почему? – спросила женщина.

– С Савкой, - так же коротко ответила Тоня.

– Бессовестная ты, - сказала Анна Паисьевна, - Чего к Савке полезла?

– А то ты не понимаешь, - отмахнулась Тоня и пошла к себе в комнату.

Когда вечером домой пришел Степан Аристархович, Анна Паисьевна сказал супругу:

– Как-то поменялась Тоня… С Савкой подралась, ее в гимназии после уроков оставили.

– В первый же день? – изумился мужчина, - Быть того не может.

– Тоня, иди к нам, - позвала дочь Анна Паисьевна.

Придя к родителям, Тоня услышала вопрос отца:

– Ты зачем с Савкой подралась?

– Потому что он был неправ, - ответила Тоня.

– Даже если он и неправ, с чем я не согласен, нельзя решать вопросы таким образом, - сказал мужчина.

– Можно, - коротко ответила Тоня.

– Тоня, слушай меня внимательно, - сказал Степан Аристархович, - Было бы тебе не пятнадцать лет, выдрал бы как миленькую за такие разговорчики, да ты у нас уже взрослая. Поэтому говорю тебе как взрослой – кончай заниматься ерундой. Добром это не кончится. Все понятно?

– Понятно, - ответила Тоня.

Придя к себе в комнату и впервые за день внимательно посмотрев на себя в зеркало, девушка сказала сама себе:

– Ничего страшного, будем продолжать в том же духе, все будет хорошо.

========== Часть 11 ==========

Прошло около недели. Тоня, дождавшись того, что ее родные успокоятся и перестанут так внимательно следить за ней, решила снова сходить на кружок.

– Тонечка, - сказал Евстигней девушке, когда она пришла, - Я думал, вы больше не придете. Что случилось-то? Где пропадала?

– Родители узнали, куда я хожу, усилили контроль, решила пока что залечь на дно, - ответила Тоня, решив не уточнять ничего про Савку, - А теперь, вроде, посвободнее дышать стало, вот к вам снова и пришла.

– Да ладно, родители, это не так страшно, - сказал Евстигней, - К нам дней пять назад жандармы в штатском приходили. Илья их узнал и передал остальным, чтобы были осторожнее. Вроде бы, они не по делу приходили, а праздновали повышение в должности какого-то сотрудника и в самый неподходящий момент у них закуска кончилась, вот и пришли за пирожками, но кто знает, так ли это? А вдруг не так? Вдруг они что-то проверяли? Во всяком случае, облавы не было, все обошлось. Так что будьте осторожны, мало ли что.

– Обязательно, - согласилась Тоня, - Давайте, что ли, помогу вам опять в чем-нибудь, что я, зря пришла?

Две недели Тоня исправно ходила на кружок и старалась как можно больше помогать своим товарищам. Девушка печатала листовки, приносила деньги, которые давали ей родители на мелкие расходы и которые она старалась не тратить.

– Держите, пятьдесят копеек вам принесла на типографию, - сказала Тоня, доставая из кармана мелочь, - Должно было быть тридцать, но гривенник нашла, лежащий на полу, а еще десять копеек по копеечной монетке натырила из общего кошелька.

– У родителей бы не крала, заметят еще, расспрашивать обо всем начнут, - недоуменно сказал Евстигней.

– Я, вообще-то, не воровала, а по монетке брала, это не воровство, так незаметно, - ответила Тоня, - Это гривенник сразу попросить будет заметно, ведь мне и без того деньги дают.

– Ты смотри, не злоупотребляй, а то заподозрят родители что-нибудь не то, перестанут выдавать деньги и останемся мы вообще без средств к существованию, - сказал Евстигней, - Лучше стабильные тридцать копеек, чем рисковать быть разоблаченной.

– Хватит болтать, давай лучше делом заниматься, - ответила Тоня.

Безусловно, все эти походы на явку не могли пройти бесследно для Тони. Если родителям девушка говорила, что гуляет с подругами, то с успеваемостью Тоня ничего не могла поделать. Если устные уроки девушка успевала кое-как учить на перемене, то письменные задания в большинстве своем оставались невыполненными.

– Алексеева! – сказала Софья Ефимовна в конце недели, - Это что за успеваемость? Три нуля, две единицы. Троек выше крыши! Вы чем, в принципе, занимаетесь? Почему уроки не выполняете?

Не зная, что можно соврать наиболее правдоподобно, Тоня молчала.

– Остаетесь сегодня после уроков и, пока не выполните все задания, которые были заданы на эту неделю, и не покажете их мне, домой не уйдете.

– Хорошо, - ответила девушка.

Сидя в классе и злясь на себя, что она осталась после уроков из-за такой глупости, Тоня выполняла задания. Краем уха девушка услышала разговор в коридоре. Прислушавшись, Тоня поняла, что разговаривают их классная дама и инспектриса.

– Алексеева на сколько после уроков оставлена? – спросила Дарья Кирилловна.