Чтение онлайн

Шаги Степаниды становились все тише. Тоня, не спеша, ела суп, и уже не слышала, как их помощница по хозяйству пришла к Анне Паисьевне.

– Анна Паисьевна, - сказала Степанида, - Жалко Тонечку, не с теми людьми она общается, меня агитировать начала. Вы бы уберегли ее как-нибудь от этой заразы…

– Прямо агитировала? – изумилась Анна Паисьевна.

– Да, агитировала, - ответила Степанида.

– Спасибо за известия, обязательно разберусь, - сказала Анна Паисьевна и, когда Степанида вышла из комнаты, сказала супругу, - И что делать с ней прикажешь?

– Пока сама не осознает, все будет бесполезно, – ответил Степан Аристархович, - Из города ее не увезти – некуда, да и учебный год идет. Каждый шаг контролировать невозможно. Остается только надеяться на Тонино благоразумие. Боялись, что Миша в университете не с тем познакомится, а беда пришла, откуда не ждали. Вот кто думал, что Тоня в гимназии или где она там узнала, все это так близко к сердцу примет.

На следующее утро Тоня услышала за завтраком фразу отца:

– Отчислят из гимназии – из дома никуда не выпущу больше. Заберут в полицию – помогать не буду. Живи как хочешь, другого сказать не могу.

Немного огорчившись от подобных новостей, Тоня пришла в гимназию. На первом же уроке в класс вошла Дарья Кирилловна.

– Алексеева здесь? – спросила женщина.

– Да, здесь, - встала Тоня.

– Если сегодня сразу же после уроков не зайдете в мой кабинет – можете считать себя отчисленной, - ответила инспектриса.

С огорчением сев на свое место, Тоня шепнула Ларисе:

– Злая сегодня Дарья.

– А ты что-то натворила вчера? – спросила Лариса.

– Меня оставили после уроков, а я сбежала, - ответила Тоня.

– Тогда чего удивляешься? – спросила Лариса, - С чего ей быть доброй?

Когда окончились уроки, Тоня, вздохнув, пошла в кабинет инспектрисы.

– И почему же вы вчера сбежали? – спросила Дарья Кирилловна девушку.

Догадываясь, что ее об этом спросят, Тоня так и не смогла придумать ответ на этот вопрос.

– По какой причине вы вчера самовольно покинули гимназию? – спросила инспектриса. Не дождавшись ответа, женщина добавила, - Вы, в конце концов, отвечать на вопрос будете?

– Хотела погулять, - ответила Тоня, понимая, что эта причина даже близко не является уважительной.

– А я, может, хочу вас отчислить, - сказала Дарья Кирилловна, - Но до сих пор не отчисляю.

«Потому что папа в попечительском совете состоит, как Алла говорила, не хотят ссориться», - подумала Тоня.

– Стойте, прямо здесь, у меня на глазах, - сказала инспектриса, - Вот в этом углу.

– Мадам, так сейчас же запрещено на горох ставить, - удивилась Тоня.

– Отчислить точно разрешено, не сомневайтесь, - сказала инспектриса, - Договоритесь до того, что с завтрашнего дня перестанете быть ученицей гимназии.

«Да, лучше помолчать», - подумала Тоня.

Через три часа Тоня возвращалась из гимназии домой. Увидев Ларису с Аллой, гуляющих по улице, Тоня не слишком радостно помахала им рукой.

– Что, только сейчас домой отпустили?
– спросила Лариса подругу.

– Да, только сейчас, - ответила Тоня.

– Если тебя из дома выпустят, выходи к нам, - предложила Алла.

– А я спрашивать не буду, - сказала Тоня и подошла к девочкам.

Прогуливаясь с подругами и вспоминая, как им всегда было хорошо вместе, Тоня решила:

«Завтра в гимназию не пойду, якобы по болезни, а сама пойду на явку».

Вдоволь нагулявшись с подругами, Тоня, придя домой, с порога объявила:

– Сначала меня оставили в гимназии, потом гуляла с девочками.

– Понятно, - ответила Анна Паисьевна.

Этим же вечером Степан Аристархович объявил дочери:

– Тоня, если честно, я просто в шоке от твоего поведения. Мне уже доложили обо всем, что творится в гимназии, и единственное, что я могу сказать, так это то, что ты совсем совесть потеряла и мне просто жаль учителей, классную даму и инспектрису. Поэтому если тебя отчислят, я просить за тебя не буду.

– Я буду вести себя прилично, меня не отчислят, - ответила Тоня и, слегка устыдившись, решила изменить свое поведение.

========== Часть 12 ==========

Прошло около месяца. Решив не искать себе лишние проблемы, Тоня перестала ругаться с классной дамой, вела себя максимально корректно, научилась делать письменные уроки на переменах и во время других уроков, начала снова получать пятерки и немало обрадовалась, узнав, что классная дама, скрепя сердце, снова начала ей ставить пятерки по поведению, борясь с желанием придраться к какой-нибудь мелочи и поставить четверку. Родители снова начали радоваться успеваемости дочери и легко закрывали глаза на то, что Тоня практически каждый день куда-то ходит.

– Раз может и учиться, и гулять, пусть гуляет, - сказал супруге Степан Аристархович.

Тем временем, на кружке работа кипела. Во многом благодаря Тоне листовки печатались бесперебойно и девушка начала не только их печатать, но и разносить по адресам.

– Осторожнее, Тоня, не делай глупостей, не попадись никому, - часто говорил напутственное слово девушке Евстигней.

– Хорошо, я постараюсь, - каждый раз с улыбкой отвечала Тоня и шла по адресу.

В один прекрасный день Евстигней сказал Тоне:

– Завтра надо бы не позже часа дня отнести листовки по одному адресу, их дальше передадут, куда надо, уже другие люди.

– Хорошо, значит, я тогда завтра на учебу не пойду, - согласилась Тоня.

Выйдя из дома в обычное время, девушка сразу пошла на явку.

– Будем печатную машинку сегодня мучить? – спросила Тоня Евстигнея.

– Нет, уже достаточно материала, пока что хватит, - ответил Евстигней, - Слишком много материала тоже опасно держать, вдруг обыск будет? А так у нас все культурно, обычная комната, где я живу, печатная машинка, может быть, для личных нужд.

– Тогда давай я свяжу пока что пару салфеток на заказ, - предложила Тоня.

– Если хочешь – вяжи, - ответил Евстигней.

Тоня, как обычно, начала довольно быстро вязать салфетки. Радуясь тому, что ее научила этому в детстве мать, девушка связала пару салфеток.

– Какая у тебя высокая скорость, - удивился Евстигней.

– Так потому что рисунок простой и размер маленький, - ответила Тоня, - Виктор говорил, что эти салфетки охотнее всего покупают, вот и вяжу именно их. Хоть какие-то деньги для нашей типографии, раз я не могу приносить наличные деньги, пусть хотя бы буду работать на наше общее благо.