Куплю свое счастье
Шрифт:
– Так. Спасибо. И… когда планируется этот вброс?
– Она мне говорила, что завтра. Ну, возможно уже сегодня в ночь. Чтобы попасть в «горячие» новости.
– Спасибо, Илона.
– Не за что.
– Да… Насчет «Инфинити». Она на тебя оформлена.
– Так переоформи, Вишневский. Это же просто. Асе, думаю, нужна машина. А я… другую заработаю, нет проблем.
Она улыбается, показывая шикарные отбеленные зубы. Мне о таких только мечтать. Да и вообще. Она меня выше. И грудь больше. И все… лучше.
Илона словно замечает мой взгляд.
– Зато он с тобой. Да, Ром… я еще хотела попросить. Я в этом году диплом получаю. Знаю, что у тебя в компании были вакансии штатного психолога. Возьмешь?
Она еще и психолог! Просто… убила наповал.
– У тебя есть контакт моей Анжелики?
– Боюсь, она теперь меня заблокирует. Я же никто. Даже не бывшая.
– Ты – кто. Набери ее завтра. Она поможет.
– Спасибо. Ну все. Пошла. Кстати… Если тебе нужно, чтобы Стрельцов вернулся, могу помочь. Я теперь его личный психотерапевт. На минималках.
Интересно, надолго ли? Хотя… Рома же мне говорил, что Стрелец парень не бедный? Наскребет на «Инфинити»?
Илона уходит.
Я поворачиваюсь к Роману.
– Когда у нее день рождения?
– Что? – он удивлен. – Не знаю. Не помню.
– Да ладно, Вишневский, ты что? Ты ведь с ней не месяц встречался? И… даже не год, думаю?
– Не помню. Правда.
– Дату? Или сколько встречался?
– Честно? И то, и другое.
– Узнаешь. Отправишь ей килограмм черной икры.
– У нее будет белковая кома.
– А это уже не наши проблемы.
Кстати, о проблемах!
Глава 42.
Первое, о чем думаю, просыпаясь ночью – боже, какой удобный матрас! И как много места! Дома я спала на диване, который был уже прилично «уставшим», порой я даже его не раскладывала, опасаясь, что не смогу сложить обратно. А тут… Мягко, уютно, можно раскинуть руки-ноги…
Нет. Нельзя раскинуть. Потому что руки ноги мои упираются во что-то горячее и живое, то есть в кого-то. И этот кто-то меня обнимает, прижимая к себе.
И это проблема. Или… нет?
Я вспоминаю, что вообще-то у нас был уговор, и…
То есть не было уговора, что мы…
– Разбудил?
– Рома, ты…
– Я. А ты кого ждала?
– Никого… - в том-то и дело! Вообще никого!
Мы же договаривались? Или нет? Или он решил, что после всего, что произошло у него в спальне может вот так вот беспрепятственно?
А я так сильно против?
Копаюсь в себе и понимаю, что, скорее нет, чем да. Я не против.
Я наплевала на принципы. Просто… очень хочется побыть счастливой. Хоть немного.
А… Маруська, плохой пример, который я ей показываю? Ох… придется объяснить Маруське, что… что иногда бывает вот так. Когда любовь настигает тебя… как там было у классика?
Из-за угла.
Именно. Роман Игоревич Вишневский подкараулил меня и… обаял. И устоять перед его вишневским обаянием выпускника МГУ, миллиардера, почти олигарха я, конечно, «не шмогла».
– Ася, ты так громко думаешь.
– Прекрати подслушивать мои мысли!
– Не могу. Они у тебя знаешь, высвечиваются, как в мультиках. Над головой облачко, а в нем текст.
– И что пишут?
– Пишут - ах, Ася, как плохо ты поступаешь.
– Не правда. Пишут, что это Роман поступает плохо. А Ася сопротивляется.
– Сопротивляешься?
Он говорит, я чувствую и понимаю – не сопротивляюсь. Наоборот.
И мне так хорошо, что я, пожалуй, снова как в классике – подумаю об этом никогда.
Лучше думать о другом. О нежностях. О силе. О его пальцах, которые творят чудеса. О его губах, которые прижимаются к моим.
Потом мы сразу проваливаемся в сон, но просыпаемся оба снова, ближе к утру. Еще темно. У меня на телефоне светятся циферки - пять сорок пять.
– Ты чего проснулась?
– Не знаю, а ты?
– А я знаю… - он ласково трется губами о мою шею, зарывается в волосы.
Ненасытный. Я так ему и говорю.
– Вам что-то не нравится, Анастасия Львовна?
Что сказать? Мне нравится все!
Хотя в моей голове, в самом потайном углу бьется мысль, что мне может быть очень, очень больно потом.
Но это ведь потом, да?
Кто из нас думает о «потом»? Когда рядом такое «сейчас»?
– Ася, я вчера после ужина разговаривал с юристами, - он говорит, не выпуская меня из объятий, прижимая аккуратно, помнит, что бок мой еще болит, а нога…
Ногу, которая оказалась целой я ему, конечно, простила, а как иначе?
Да, ужин у нас вчера вышел напряженным. После ухода Илоны я разволновалась. Мне очень не хотелось, чтобы информация, о которой она рассказала попала в прессу.
Рома сказал, чтобы я успокоилась, он все решит.
– Пойдем ужинать, дети ждут. И моя Агриппина очень не любит когда опаздывают к столу.
– Она тобой командует?
Роман улыбнулся и кивнул:
– Иногда.
– Иногда полезно, чтобы тобой покомандовали.
– Возьмешься? – улыбнулся, и притянул меня в объятия для теплого, глубокого и нежного поцелуя.
А потом повел в столовую.
Роман почти не ел, сидел в телефоне, пока я тоже не решилась покомандовать и не отобрала у него гаджет. Да еще и сказала, что он подает дурной пример детям, кивнув на Марусю. Алёнка уже выпила смесь и пускала пузыри сидя на руках у Агриппины.
За то время, что я жила с Лёвой я привыкла к тому, что за столом нужно забывать о делах. Лев всегда говорил, что семейные обеды и ужины – это святое.
Сказала об этом Роману. Он как-то странно на меня посмотрел, потом улыбнулся и… мы нормально поужинали.
После он попросил Агриппину сделать для меня небольшую экскурсию.
Я, конечно, хотела бы, чтобы он сам мне все показал. Особенно бассейн и то самое СПА, о котором он рассказывал - ох, Ася, Ася, о чем ты думаешь!
Я потом поняла, что ему не терпелось заняться делами.
Потому что на самом деле все было серьезно.
Я уложила Алёнку, посидела с Маруськой, которая сначала восхищалась домом, а потом спросила прямо.