Курдские сказки, легенды и предания
Шрифт:
— Да, гость мой дорогой. И теперь он мне служит.
— Когда Синджо вернется, пусть зайдет, дело у меня к нему.
Тем временем Синджо пригнал овец на водопой. Слуги аги передали ему:
— Синджо, приехал богатый гость, он хочет видеть тебя.
Догадался Синджо, что это дочь падишаха приехала за ним. Пошел он к гостю. Посмотрели они друг другу в глаза. Жена шепчет:
— Синджо, дорогой, чего тебе не хватало? Что заставило тебя вернуться сюда?
Муж молчит. Лишь после долгих ее уговоров и расспросов он промолвил:
— Дорогая, прости, я был не прав.
— Тогда вот твоя одежда, ― тут же сказала она. ― Переоденься, и возвращаемся в город. Дом там стоит без присмотра.
Пусть пока Синджо переодевается, а мы посмотрим, что делает жена.
Написала она письмо aгe, и в письме вот что: «Уважаемый ага, твоего пастуха Синджо я забираю. Рассчитайся с ним за все пятнадцать лет работы».
Ничего не оставалось делать aгe, как отдать золото богатому гостю. Сели Синджо и гость на коней, попрощались и ускакали. Доехали они до своего дома, дочь падишаха ему и говорит:
— Синджо, дорогой, вот уже второй день, как тебя в кофейне ждут падишах и везир. Сходи завтра в кофейню, угости их кофе, затем вновь наполни чашки золотом и отдай хозяину, а слуге, который подведет тебе коня, дай золотой. Когда они тебя пригласят к столу поиграть ― откажись: мол, занят сегодня. Сядь на коня и скачи домой.
Выполнил Синджо наказ жены точь-в-точь, как она велела. Вернулся домой, а жена говорит:
— Синджо, дорогой, завтра ты вновь должен быть в кофейне. После того как угостишь их, они пригласят тебя поиграть с ними в бабки. Ты скажи, что просто так играть не будешь. Пусть об заклад бьются с тобой, да и дела, мол, ждут тебя, а станешь играть, дай обыграть себя.
На другой день отправился Синджо в кофейню. Смотрит ― падишах и везир сидят, его поджидают. Велел Синджо подать три чашки кофе. Наполнил он потом опустевшие чашки золотом, отдал их хозяину. Туг везир обратился к Синджо:
— Синджо, дорогой, не откажись поиграть с нами в бабки.
— Если есть на что, согласен, ―- ответил Синджо, ― а просто так играть у меня времени нет, да и дела ждут.
— Есть на что, ― сказал везир, ― на золото.
Сели играть. Синджо дал себя обыграть. Попрощался он с ними, сел на коня, не забыл дать слуге золотой и умчался. Вернулся он домой, жена спросила:
— Дорогой, в точности ли ты исполнил мой наказ?
Синджо подробно рассказал жене, как прошел его день. Обрадовалась она, сказала:
— Ты все правильно сделал, дорогой. Завтра иди в кофейню и снова дай им себя обыграть.
На другой день Синджо поехал в кофейню и в точности выполнил наказ жены. Падишах и везир не могли нарадоваться своим выигрышам. Синджо вернулся домой, встретила его жена, сказала:
— Синджо, дорогой, завтра ты опять пойдешь в кофейню, но на этот раз не давай себя обыгрывать, играй как следует. Они опомниться не успеют, как ты все у них отыграешь.
Наступило утро. Поехал Синджо в кофейню. А падишах и везир уже его дожидаются. Угостил их Синджо кофе, наполнил опустевшие чашки золотом, отдал их хозяину. Затем сели они играть в бабки. До глубокой ночи играли, и Синджо ни разу, не дал себя обыграть. Не осталось ни одной золотой монеты ни у падишаха, ни у везира. Опустела казна падишаха и везира. Хозяин хотел помочь падишаху и везиру, но и сам все проиграл, остался ни с чем, как ощипанная курица. Наполнил Синджо свой мешок золотом, сел на коня, дал золотой слуге и отправился домой.
Дочь падишаха, видя, что Синджо запаздывает, вышла на порог его встречать. Смотрит ― Синджо с мешком остановился у дверей. Спросила она:
— Синджо, дорогой, как дела?
— Ханум, ― ответил Синджо, ― ты же знаешь, что я не прекословлю тебе. Как ты велела, так я и поступил.
Вечером при свете лампы дочь падишаха спрашивает мужа:
— А что, если вам построить дворец, да такой, чтобы всем был на диво? Что ты скажешь?
— Ханум, это твое дело, как хочешь, так и поступай. Я все сделаю.
У жены Синджо было золото падишаха, и золото везяра, и золото хозяина кофейни, да еще золото аги. Сосчитала она все и прикинула, что на постройку дворца уйдет меньше половины. Уже на следующее утро позвала она мастеров. Обычно дворец строили за год, а здесь на расходы не скупились, за месяц выстроили. Обставила дочь падишаха свой дворец богаче отцовского.
Сказала она как-то Синджо:
— Сходи-ка в кофейню, увидишь падишаха и везира. Когда они будут приглашать тебя присесть поговорить, пригласи их к себе.
Отправился Синджо в кофейню и все сделал, как велела жена, пригласил падишаха и везира к себе.
Падишах обратился к везиру:
— Давай сходим к нему, не стоит обижать человека отказом.
Вышли падишах с везиром из кофейни, а карета Синджо уже наготове. Синджо открыл дверцу:
— Пожалуйте.
Сели они в карету. Присмотрелся падишах повнимательней и видит, что эта карета в десять раз лучше и красивее его кареты. Приехали. Вошли во дворец, Синджо усадил их на самые почетные места, стали беседовать. Настало время обеда.
Пошел Синджо к жене, спросил:
— Что ты скажешь?
— Встань у входа, я тебе буду подавать еду, а ты на стол ставь:
Так и сделали. Смотрит падишах ― вся посуда здесь из чистого золота. Поели, собрались уходить, а хозяин обращается к гостям:
— Дорогие гости, посуду, из которой вы ели, возьмите с собой, это вам и подарок. Таков обычай моего дома.
Обрадовались падишах и везир. А падишах все оглядывается по сторонам: очень уж дворец Синджо похож на его собственный, только богаче и красивее.
Перед прощанием падишах спросил:
— Синджо, сынок, видно, ты хорошо живешь. Как тебе это удается?
— Будь в здравии, падишах. Позволь на твой вопрос ответить моей жене.
— Хорошо, пусть придет твоя жена, послушаем, что она скажет.
Вышла дочь падишаха, сняла чадру, поклонилась отцу и сказала:
— Всемогущий падишах, каждый должен поднимать ношу по своим силам, тогда он не споткнется. Вот и мы с мужем знали, какую нам тяжесть поднимать.
Падишах сразу же вспомнил слова своей дочери, глубоко вздохнул. Хорошенько всмотрелся в лицо жены Синджо и признал в ней родную дочь. Обнялись отец и дочь, и не было конца их радости. Начался у них пир. До сих пор Синджо пирует.