Чтение онлайн

– Маяк поставили, умники?
– я говорил холодно и спокойно.

"Тебе же говорят - никак!
– вмешался Грин.
– Техногенная матрица перенасыщена, взломать её и переформировать для создания временной петли более-менее удалось, а вот маяк и...".

"Андрюха, прыгай!" - раздался вдруг страшный рык в моей голове.

Все мысли прочь - кто меньше думает, дольше живёт. Ноги сами сгруппировались для прыжка, толчок, и со страшным треском я выломился из кроны ели, приземляясь на полусогнутых. Очутившись на земле, я резко развернулся, готовясь нанести удар, и... вздохнул, стараясь унять вставшее на дыбы сердце. Ноги мгновенно стали ватными, а разум заверещал от ужаса. Прямо передо мной, метрах в двух, висело в воздухе небольшое радужное пятно, переливавшееся всеми цветами спектра, и пристально разглядывало меня. Меня прошиб холодный пот, а рот моментально наполнился вязкой слюной.

– Великий Космос и, мать твою, Триединый!
– прошептал я еле слышно непослушными одеревеневшими губами.
– Хранитель...

Я сделал маленький шажок назад, и пятно вдруг вспыхнуло переливами ярко-красного и оранжевого и, описав в воздухе невероятную дугу, внезапным скачком рванулось ко мне.

"Беги, дурак!" - прозвучал в сознании страшный рык Грэя, и время вокруг меня замерло.

Я рванул с места так, как никогда раньше не бегал, долой шутки и выкрутасы - за мной гналась самая настоящая смерть в обличье Хранителей, смерть, от которой следовало делать ноги и поживее. Я обернулся на бегу, и тут вдруг заметил, что пятно, скользившее за мной над землёй, внезапно, не замедляя хода, задрожало, замерцало, пошло рябью как круги по воде и... раздвоилось. Я сразу всё вспомнил и прибавил прыти - за мной неслось уже два Хранителя.

"Сними временную блокаду!
– прокричал я мысленно, надеясь, что Грин услышит.
– Они только силы увеличивают от темпоральных преобразований!"

Я нёсся вперёд как спятившая комета, перепрыгивая через скамейки, мусорные баки, невысокие оградки, парапеты, и ежесекундно оглядывался: пятна летели за мной, постепенно нагоняя.

"Где товарищ Побережный?!" - заверещал у меня в голове голос Ущучина.

– Откуда мне знать?!
– огрызнулся я, рассвирепев, и снова обернулся.

Результат не заставил себя ждать: я врезался всем телом в брошенный ржавеющий грузовик, невесть зачем оставленный тут во дворах, который я прошляпил и не заметил. Лишь отточенные рефлексы спасли меня - в последний миг, когда Хранитель уже был готов настичь меня и поглотить, я резко нырнул под грузовик, проскользнув под мостами и между колёсами.

Лицо запорошило ржавой трухой, когда грузовик от удара качнулся как на высокой волне, я разъярённо зафыркал и вынырнул из-под него с другой стороны, выпрямляясь и вставая на ноги.

– Пригнись!
– гаркнуло сзади, и я, не успев отплеваться, ничком рухнул на землю, закрывая голову руками.

Шипение, лёгкое потрескивание ионизированного воздуха и режущий ноздри неприятный запах - всё это явные признаки применения запрещённого по всей Системе ионного оружия. Над моей головой раздался лёгкий беззвучный взрыв, кожу легонько обожгла термическая волна, и я резко перекатился влево, уходя от последующих крайне неприятных эффектов. Чья-то рука вдруг схватила меня за волосы, рванула, вне себя от боли и злости я взлетел на ноги одним порывом, развернулся, занося руку для удара... И замер...

– Преображенский!
– выплюнули мне в лицо презрительно сжатые губы Побережного. Его рука, та что вцепилась мне в волосы, скользнула вниз, и его палец нажал на кнопку перезарядки.

Я скосил глаза, дуло ионного пистолета было нацелено мне в живот, и палец этого психа уже поглаживал нежно спусковой крючок.

– А я-то думал, что за идиот под машину от Хранителей ныряет?
– произнёс он издевательски, криво улыбаясь.

Я нахмурился...

– За языком следи, коллега, - я выделил интонацией последнее слово, так чтобы оно прозвучало как "калека".

– Тихо!
– оборвал он меня, дуло пистолета по-прежнему смотрело мне в живот.
– Ты мне противоход времени запустил? Хотя, что за дурацкий вопрос? Разумеется, ты.

– Ну-у...
– я неопределённо мыкнул и пожал плечами.

– Гну!
– взорвался Побережный диким воплем, заплевав мне при этом всё лицо.
– А пули из меня ты не догадался вытащить?! Мозгов не хватило?! Или соображать разучился на старости лет?! А может ты вообще думать не умеешь, а как робот делаешь всё, что прикажут?! Идиот...

Я медленно закипал, этот ненормальный чем-то до боли напоминал мне одного моего "приятеля", которого я знал ещё в свою бытность актёром. Тот парень состоял в труппе Лавринёва, кажется, и был слишком высокого мнения о себе и слишком низкого о других; высокий, тощий, с очками на вытянутом как у лошади лице он изводил всех своими мелочными язвительными придирками и замечаниями. Вразумлять его было бессмысленно, а бить его мы побаивались - парень был щупл настолько, что один хороший удар в почки или ещё куда мог вполне отправить его к праотцам. Вот и терпели его, пока не пришёл приказ о переводе части труппы в Большой театр Федерации вместе с этим ужастиком, после чего все наконец вздохнули свободно.

Движение! Слева...

Краем глаза я ухватил его и среагировал моментально: одна моя рука схватила запястье Побережного и резко вывернула в ту сторону, пальцы второй сдавили плечевой нерв. Побережный, от ярости брызжущий слюной и ругательствами во все стороны, внезапно побелел от боли и рефлекторно нажал на спуск. Хранитель появился совсем рядом с нами, возникнув как всегда из ниоткуда, хаотичное мельтешение цветных пятен сменилось одним ярко-красным цветом, и атаковал. В моём мозгу мелькнула мысль: "А вдруг не поможет?", однако Побережный уже давил на спусковой крючок, и ионная молния, порождённая вихревыми колебаниями ионизирующих генераторов, метнулась к цели.

Беззвучный мощный взрыв раздался совсем рядом, и ударная волна швырнула нас метров на пять, протащив ещё пару метров по искрошенному асфальту. Хранитель исчез в бесцветной вспышке, лишь воздух задрожал и завибрировал на том месте.

Я не знал всего об ионном оружии, любая информация о нём была настолько засекречена, что даже Грэй, попыхтев несколько дней, лишь в огорчении развёл руками, а потому и не надеялся на какой-либо эффект. Хранителя невозможно уничтожить, даже просто нанести какой-либо вред этому наполовину нематериальному сгустку разумной энергии немыслимо. По нему можно стрелять из всех видов оружия - от этого Хранители лишь становились сильнее и злее, они функционировали вне привычной системы временных координат, подчиняясь каким-то непостижимым законам времени, и выполняли свою функцию - кушали, уничтожая все неестественное и материальное, все следы аномальной активности и прочая-прочая. То что мир ещё не перестал существовать, а временные пласты не перемешались в винегрет - наполовину их заслуга.

– Ноги в руки и валим отсюда!
– гаркнул я на ухо Побережному и резким рывком вздёрнул его на ноги.

– Да шевелись же ты!
– заорал я, видя, что он не проявил особой прыти, и с удовольствием наподдал ему пониже спины.

Это подействовало. Наполовину оглушённый Побережный шатался и то и дело касался ладонями ушей, словно проверяя на месте ли его голова, однако направление выбрал верное и бежал достаточно ровно, на автомате резво перепрыгивая через скамейки, автомобили и небольшие парапеты.