Чтение онлайн

— Но ведь Директор дал чёткие недвусмысленные указания, — удивился я. — Разве мы не должны их придерживаться?

— Андрей, — возвёл очи горе этот лысый Микки-Маус, — не будь ребёнком! Вся существенная разница заключается в том, что он у себя ТАМ, а мы ЗДЕСЬ, и у нас разное восприятие и реакция на ситуацию. Если бы я был столь категоричен как Альберт Станиславович, то меня давно бы уже не было на этом месте и свете.

— Кстати, чтобы развеять последние твои сомнения, — вставил вдруг доселе молчавший Грэй, — не только на нашей фирме гибнут курьеры. Я справлялся по конкурентам — та же ситуация: из-за атак неизвестных убийц в чёрных костюмах погибают курьеры из особого списка, причины смерти остальных, как правило, стандартны. Здесь явно чувствуется чья-то организованная рука.

Я с удивлением посмотрел на него — похоже, падение с кресла меняет не только настроение человека, но и его взгляды на происходящее вокруг. Помнится, вчера он мне за столом лепетал совершенно другое, и глаза так и бегали, потому что не решались, видимо, сказать правду, которая оказалась вовсе не правдой, точнее не совсем правдой, а полуправдой, смешанной с полунамёками… Великий Космос, я окончательно запутался! Впрочем, суть понятна и без этой болтологии, а суть здесь такова: Грэй резко поменял своё мнение, не знаю, уж с чем это может быть вызвано, но… Грэй как и я, и многие хорошие и замечательные люди на свете ничего не делает просто так с бухты-барахты, как и я он всегда ищет причину фактора, если уж требуется его оценить по-новой. А раз так… Что ж доверюсь ему, благо события последних дней прямо-таки рвут нашу теорию в клочья. Но всё равно как-то непонятно: так быстро взять и изменить своё мнение… А может он прикидывается? "Ай!" — я мысленно махнул на всё рукой и решил принимать таким, каким оно есть — мозги закипали от обилия предположений.

— Что дальше? — задал я, как мне показалось, не самый умный на свете вопрос, лишь бы разрядить обстановку, однако Капитошкин отреагировал на него благосклонно, даже, казалось, с некоторым оживлением.

— Дальше… работать будем, — просто объяснил он и сразу же подвёл черту: — Работать долго и упорно, благо наконец блеснул лучик света в этом проклятом бесконечном туннеле.

— А я? — тупо спросил я, а Грэй на этот мой вопрос почему-то неопределённо хмыкнул.

— А ты? — удивился Капитошкин. — Ты… Ты сейчас поезжай-ка домой, когда вернёмся на фирму — сегодня утро выдалось хлопотное, неспокойное, а вот день как раз наоборот: слишком тихий. Я связался с Мариком, он сообщает, что пока что ни один потенциальный клиент на связь не выходил, соответственно, работы, кроме той, которая уже выполняется, нет. Так что вали-ка ты домой, пока я добрый, а я на фирме всех курьеров свободных тоже по домам отпущу, чего им время зря просиживать.

Капитошкин помолчал, глядя на меня в упор, а я в свою очередь не знал, как поступить: радостно заорать: "Ура! Я еду домой!" или просто вякнуть в сторону а-ля контекст-реплика: "Ура… Ура… Ура…".

— Молодец, — с какой-то непонятной интонацией произнёс он, загадочно улыбаясь каким-то своим мыслям. — Рад, что ты не выпрыгиваешь из штанов от восторга — это хорошо.

Он почесал подбородок и поглядел куда-то мимо меня.

— А вот нам с Аластором придётся поработать, — пробормотал он негромко, Грэй как-то настороженно посмотрел на него. — Придётся нам вместе с Бенефициусом поднять клиентскую базу и архив заявок на доставку информации — будем выяснять, кто были те клиенты, на заказах которых погибли Шамрин, Ковалёв, чуть не погиб Побережный. Заодно по поводу Асахиро разузнаем…

— Моя помощь потребуется? — коротко спросил я.

— Хочешь поработать? — удивился Старик.

— Нет, — честно ответил я.

— Я бы весьма удивился, если бы услышал "Да", — вздохнул он и помрачнел. — Нет, твоя помощь не понадобится, если ты только не специалист в области программного инжиниринга и системного администрирования. Нет? В таком случае нечего проедать задарма хлеб фирмы!

— Минутку, — я поднял ладонь — меня вдруг осенила, наверное, гениальная мысль, — Зизольдий Гурабанович, скажите, какой смысл Центру организовывать подставные заказы, намеренно губить курьеров, если по законодательству за трагическую смерть положена выплата грантами фирме, на которой этот курьер работал?

— Этим вопросом ты признаёшь, что Центр теоретически может вести двойную игру? — приподнял бровь Капитошкин.

— М-м-м… — неопределённо промычал я.

— Я так и думал, — кивнул он. — Андрей, фонды Центра являются государственно резервируемыми, все выплаты пособий, дотаций, субсидий, грантов лишь проходят через счета Центра, источником является Главное управление казначейства Федерации. Понимаешь разницу?

Я мотнул головой — в экономике, признаюсь, я разбирался слабо.

— Понятно, — вздохнул Старик, подняв очи горе. — Представь, кому-то в Центре захотелось икры настоящей осетровой, стоит она по-моему что-то около шести-семи тысяч кредитов за килограмм. Нужны деньги, не так ли? И он организовывает ситуацию, в которой Центр имел бы право обратиться в казначейство и затребовать энную сумму в виде гранта, который впоследствии пройдёт через счёт-посредник Центра, там часть "потеряется", потом в соответствии с Предписанием Центра грант будет переведён на счёт фирмы, которая должна будет распределить его так, как это указано в Предписании. Возможно, часть средств вернётся в Центр, возможно и нет, но принцип примерно таков… — Капитошкин устало вздохнул и посмотрел на меня умоляюще: — Андрей, прошу тебя, сделай вид, что тебе понятно.

— Мне всё понятно, — спохватился я, вдруг заметив, что сидел с открытым ртом и внимал сему откровению. — Не переживайте, Зизольдий Гурабанович, схему я уяснил.

— Наконец-то, — с облегчением вздохнул он и перевел дух. — Не знаю, как вы, а я наговорился на месяц вперёд. Хвала звёздам, сейчас на фирму, там можно будет поработать без лишних вопросов и отвлечённых рассуждений.

Он нажал на кнопку внутренней связи:

— Витя, долго ещё ехать?

— Ещё двадцать минут, Зизольдий Гурабанович, — раздался его спокойный голос.

— Прекрасно! — спохватился Старик. — Как же это я сам не заметил? Заболтал ты меня, Андрей.

— Зизольдий Гурабанович, вы ещё не передумали насчет того, чтобы отпустить меня домой? — быстро спросил я, вытягивая шею и глядя в окошко.

— А в чём дело? — недовольно удивился он.

— Здесь остановка поезда неподалёку, — пояснил я, привязываясь к местности: улочка, по которой мы ехали, со всех сторон была зажата невысокими двух-, трёхэтажными домами из красного камня, иногда вплотную к ней примыкавшими, иногда отстоящими и окружёнными в таких случаях небольшими палисадниками и садами. — Если выйду здесь и успею на поезд, то до Айзиса минут за двадцать доберусь, а там сяду на шаттл и… домой.

Ага! Я вспомнил! Эта улица, точнее проспект, по которому мы ехали, называется, кажется, проспект Независимости, от него можно пройти дворами и выйти на рыночную площадь Героев, на которой как раз и находится остановка поездов. Вот только выходить надо либо здесь, либо ехать до самой фирмы, а уже от неё добираться до соседней площади Звёзд — от неё через площадь Героев идёт междугородный магнитный монорельс прямиком до Ликсора, на его протяжённости городских остановок практически нет, скорость развивается до тысячи километров в час.

— Ты прав — тебе лучше тут выйти, — кивнул наш лысый фантомас, быстренько сориентировавшись, — от фирмы далече добираться будет.

— Вот-вот… Остановите?

— Что за вопросы? — буркнул он. — Пользуйся, пока я добрый. Только учти, я очень скоро выздоровею.

— Витя! — рявкнул Капитошкин в небольшой еле заметный микрофон. — Останови здесь где-нибудь!

— Как скажете, — пробубнило в ответ, и машина начала сбавлять ход, прижимаясь к обочине.

— Получается до завтра? — деловито спросил я, пожимая руку Грэю и протягивая её Старику.

— Да, — ответил он, пожимая мне руку на прощание. — Завтра не опаздывай, возможно, предвидятся заказы для особого списка, так что будь начеку. Кстати может что-нибудь и тебе подберём…

— Ну тогда всего доброго! — попрощался я и вылез из машины, Грэй проводил меня каким-то странным взглядом, после чего захлопнул аккуратно дверцы.

Отойдя на обочину, я помахал рукой растворяющемуся в общем потоке автомобилю, развернулся и пошёл в направлении станции, шаркая ногами и пиная лёгкую невесомую пыль — домой мне не очень хотелось ехать прямо сейчас. Делать там было решительно нечего… "На Землю что ли слетать?" — вяло подумал я и оживился, окрылённый идеей, надо будет не забыть попросить у ЭлИн новый каталог зоозон, авось что-нибудь новенькое подвернётся.