Чтение онлайн

– В чём дело? – спросил Гриша.

– Тебя ищут странные люди…

– Как понять ищут? Кто?

– Сегодня в офис приходил человек, тебя искал.... Зачем – не знаю. Оставил телефон. Я переслал тебе.

– Хорошо…

Гриша возвращался домой на автобусе. Самый загруженный час. Он заболел незнакомкой. Он вспоминал о ней на работе, в транспорте, дома. Гриша ослаб и чувствовал себя несколько помешавшимся. Он даже не дерзал задуматься о симпатии или других чувствах. Гриша мечтал просто увидеть её ещё раз, просто посмотреть на неё. Смотреть, пока не насмотрится.

Он теперь каждый день ходил через этот квартал и перелезал через забор. Там он бывал несколько минут, разглядывал двор. Гадал по окнам как может выглядеть квартира, где живёт такая девушка. Вздыхал и затем уходил. Он стал задумчив. На некоторые вещи перестал обращать внимание. Например, на свою лень. На автомате выполнял план…

На одной из остановок вошла бабушка и растолкала спящего в наушниках подростка.

– Молодой человек! Уступи бабушке место…

Парень начал вставать. Вдруг мужик, сидевший рядом, ухватил его за плечо.

– Куда! Сидеть…

Он собирался уступить сам, чтобы студент дремал дальше. Все так подумали. Оказалось иначе.

– … Мужчина, вы уступите место?

– Ещё бы.

– Что это ещё такое? Вы как себя ведёте?!

– В гробу належишься.

Автобус охнул. Из толпы продрался парень.

– Ты как разговариваешь с пожилой женщиной?

– Я извинюсь.

– Извиняйся.

– Я пошутил. – сказал вдруг он. – Пошёл ты нахуй, волчара. Обсос. Я пашу как конь ломовой. Кормлю троих, содержу жену. Отцу отсылаю в Мурманск. Ветеран труда он у меня. Руки золотые. Государство в эти ладони насрало. – говорил мужик. – Ни на что не хватает! Цены взлетели как с лопаты. Четыре голодных рта у меня. С пяти утра на ногах, и половину зарплаты задвигаю обратно государству! Половину! Весь налог – на таких как она. Эти сосальщики ещё ходят по автобусам и поднимают нас на дыбы… Постоит, чай не развалится! Чё ты вылупилась, чахлая? На диване не належалась? В поликлинике не насиделась? Весь диабет у вас от льгот! – он встал и вышел из автобуса. Явно не на своей остановке.

Всю оставшуюся дорогу автобус гудел. Гриша расслышал как минимум пять очагов обсуждения. Даже начались споры… Вскоре Гриша вернулся домой. Поставил чайник и включил сразу фильм – расслабить ум, который теперь крутит думы без конца. Гриша вспомнил про номер, который ему скинул Подоляк: «Не поздно ли звоню… – задумался Гриша. – Впрочем, если нужен, то, наверно, я диктую условия…».

– Алло. – поздоровался он.

– Добрый вечер, с кем разговариваю?

– Это Григорий. Мне передали на работе, вы меня спрашивали.

– Здравствуй, Гриша. Меня зовут Валентин. Я знаю, что тебе хорошо знаком Аслан Дмитриевич. Нам нужно поговорить. Завтра приезжай по адресу. Уже скинул. Такси оплачено.

– О чём поговорить? Мне завтра на работу.

– Не переживай. Поговорим по поводу денег.

– Причём здесь Аслан?

– Всё при встрече. Жду.

IIX.

На следующий день Гриша сел на такси. Скоро он встретился с Валентином в центре города. На улице было пасмурно и прохладно.

– Добрый, Гриша! Сразу на ты.

– Здравствуй, Валентин. – они пожали руки.

– Пройдёмся.

Валентин повёл вдоль аллеи. Он был роста выше среднего, в хорошем пальто и чёрной шляпе. Лет ему весьма за тридцать, но выглядел он молодо. На руке у него были часы. Гриша в них не понимал. Часы от audemars piguet, стоимостью полтора миллиона рублей… И была у него особенность. Он то и дело ел конфеты, которые доставал из кармана пальто. Валентин интересовался историей знакомства Гриши с Асланом. Тем, как у них складывались служебные отношения. Наконец, он сказал, что ему нужно пообщаться с Асланом и спросил где тот живёт. Гриша ответил отказом.

– Мы с тобой говорим о разных людях, Гриша.

– Мне тоже так показалось…

– Не в том смысле, приятель. Аслан рассказывал тебе свою историю? Вообще, о себе? О своей любви к деньгам? Любви огромной, грязной, великолепной…

– О чём ты говоришь?

– Кем он тебе приходится? Не говори, что другом.

– Неважно. К чему ты ведёшь?

– Давай сперва я кое-что проясню. Аслан родился в безгранично богатой семье. Его отец, кличка «Кабан», ОПГ «Багирские», держал город целиком. Большая редкость для девяностых. В самый расцвет двигал афганские РПК половине подмосковья, в Свердловск и Нижегородскую область. Приватизировал весь наш Багиров, перспективнейший город Московской области. Что-то переписал на родственников начальников МВД; что-то – прокуратуре и судьям. Например, Багировский Сталелитейный Завод недавно окончательно перешёл в собственность дочери судьи Баклановой. Двадцать с чем-то лет дамочке, она задула свечи и теперь снабжает металлопрокатом РЖД Москвы. Остальное Кабан оставил себе. – говорил Валентин. – Его застрелили областные. Трагедия для всего города. По иронии патологоанатом выявила метастазы. Если б не пуля, с божьей помощью дожил бы до зимы.

– Как это понимать… Кто ты такой?

– Обо мне позже. Жена приняла всё завещание. Ты коренной? Елена Николаевна. Роскошная, вовсе не стареющая женщина. У неё в роду по женской линии все долгожители. Прабабушка дожила до 104-х лет. В свои года Елена Николаевна терпела постоянные подкаты от студентов. Безупречная кошачья шея, тонкие кисти. При этом располагала всеми связями и харизмой женщины на пятом десятке. Для неё шли золотые годы. Весь Багиров так или иначе был с ней связан. Никто не смущался называть королевой.

Валентин развернул и съел конфету.

– Избалованный сына никогда свою маму не любил и всегда смотрел на неё в числовом выражении. В один день Аслану пришла занимательная мысль. Как на алгебре учили, отчего не сократить лишнее. Он был уверен, ему уготовляется серьёзное наследство. Неделю суетился. Наконец, нашёл идеальный рецепт. Сготовил маме что-то интересное. Подсыпал совсем чуть-чуть, за чем по всему городу мотался неделю… Елене Николаевне был волшебный вечер. Сыночка что-то своими руками сделал… Да такую красоту! Говорит: «Фантастика, Асланушка…! Лучше, чем в ресторане!». – рассказывал Валентин. – Аслан смотрел, как его мать увядала с каждым днем. Как ей все сложнее было просыпаться по утрам. Тем не менее, сыночек каждый раз слышал «доброе утро», подавая стакан воды для таблеток, которых становилось всё больше. Появились проблемы с волосами. Косметологические процедуры не помогали. Она старалась не плакать, не вешать нос. Но однажды не выдержала: «милый мой мальчик. Ни в чем себе не отказывай. Старость ударяет расплох». Потом началась бессонница. Аслану было алчно смотреть, как вытекает её ресурс. – продолжал он. – Наконец её необыкновенная красота задохлась и здоровье истлело. Отвернулись все поклонники и светские подруги. Главная вспышка раутов и закрытых мероприятий перестала выходить из дома. Через неделю умерла в копне своих опавших волос и постаревшая лет на тридцать. По настоятельной и конфиденциальной просьбе Аслана ее похоронили ночью в муниципальном гробу. Так хоронят пропоиц и бомжей. – сказал Валентин. – Аслан вечером изрядно подмонтировался. Со своим приятелем и компанией девушек они испили порядка семи бутылок вина. Был лобстер. Поминки же случились только на девятый день. Вся элита нашего города собралась проститься, когда гроб уже давно закопан. Вереницы дорогущих автомобилей…

– Это какой-то бред…

– Разве? После ночных похорон мы сразу с сумками сиганули в аэропорт. Наши «поминочки» прошли в Москве. Клуб «Сидней». Капитально нарезались. Выпивка за счет молодого человека в «траурном костюме» – английская двойка, индивидуальный пошив. Скольких он там жахнул… Через полмесяца диагностировали триппер, трихомонад и еще какую-то гадость. Притом, первые раз пять он точно предохранялся. Пробыли в Москве ещё неделю. Каждый день новое место, у меня печень захромала… Гроб его матушки, кстати, на похоронах развалился.

– И ты в этом участвовал?

– Что ты! Я похож на свинью? Я наблюдал и даже ничуть не подначивал. Руку на сердце – Аслану всё пришло само. Я даже сперва отговаривал. Потом, впрочем, перестал. Как пробыл за калькулятором.

– Что это значит?

– Аслан должен был мне половину.

– С какого ему делиться с тобой? Зачем ты ему нужен?

– Говорю: есть мысли. Вложишься и преумножишь. Дам дивиденты. Комфортный процент… Каково будет после двух миллиардов занимать до зарплаты? – Ну, так и стал нужен.