Чтение онлайн

"А мог бы и ножичком пырнуть" (письмо Сергея из Кембриджа)

"?. расскажу как Тимур колено повредил. Идем мы после "Зарыгала" (? The Regal? ) по родной Черри Хинтон Роуд, тут мне Тимур и говорит:

"А давай с девченками какими-нибудь познакомимся".

И до него много таких желающих было.

"Hello, girls" проорал Тимур.

"Fucking cunt" отозвались девушки. Тем не менее, он, не поняв, пошел общаться. Ко мне подошла вторая девица, довольно хорошенькая блондинка a-la Britney Spirs и начала теребить мне замок на молнии и говорить, что ей мол на "Junction" (ночной клуб в Кембридже) не хватает, и так далее, ну я разумеется начал поддакивать и приготовился ее уже вести в Junction. Она расстегнув-таки молнию, начала массировать мои плечи. "К чему это? " подумалось мне. Тут она окончательно снимает с меня куртку и пытается сделать ноги. Хорошо, что догнал. Пока отбирал назад свою куртку получил 2 очень конкретные пощечины. Я серьезно беспокоился, что у меня на завтра морда опухнет, но обошлось. Другая девица толкнула Тимура, он зацепился за свой велосипед и упал. Рассматривая на следующее утро поврежденное колено, точно заметил: "а могла бы и ножичком пырнуть". Такая вот молодежь вокруг бегает. "

Ремонт велосипеда на антикварном английском столе.

В Кембридже я жил в квартире, которую некогда снимал Дарвин. Там было немного мебели довольно старой по виду. Наловчишись ремонтировать подержанные велосипеды, я начал заниматься этим регулярно, ремонтируя как свои так и друзей. В качестве подставок использовались какие-то столы в этой квартире. Однажды, уронив гайку, я наклонился чтоб ее поднять и обнаружил, что на нижней панели стола, заваленного разным велосипедным хламом и залитым маслом имеется бирочка. Написано на ней было примерно следующее: "Один из двух столов, уцелевших после пожара в колледже 1809 года".

Борьба с дверью туалета в английском поезде.

Что характерно для развитого капитализма так это отсутствие какой-то единой системы различных выключателей, регуляторов и прочее. Перед каждой дверью человек имеет дело с головоломкой и по тому как быстро он находит решение можно определить как давно он живет на Западе. Уже с полгода пожив в юкей я решил сходить в туалет в поезде, зная что мне придется решить еще одну конструктивную головоломку английских инженеров. Так оно и было. Огромная полукруглая раздвижная дверь (не понятно зачем такая огромная) открылась, выпустив облегчившегося пассажира. Я бросился на его место, но дверь была хитрее и начала закрываться, не давая мне войти. Я уперся спиной в косяк и руками в дверь, пытаясь не быть раздавленным, но чудовищная сила вытеснила меня в коридор. На двери не было ни ручки и ничего похожего. Оставалась еще маленькая щель и я боролся за ее расширение. Вдруг кто-то потрогал меня за плечо. Добросердечный англичанин поманил меня пальцем куда-то за угол. Там была кнопочка, на которую надо было нажать и дверь сама открывалась. Я нажал и побежал обратно к двери, пока никто другой ею не воспользовался. Как я выходил из этого устройства помню смутно. Сразу начал искать кнопочки и нажимать все подряд, одна сработала.

Украинское посольство в Берлине.

Как всегда попадая в общество наших людей начинается обмен сплетнями и слухами.

– Говорят, что теперь нельзя на родственников ничего оформлять, нужен только личный приезд.

– Говорят не всех успевают за день обслужить.

– Говорят, что стоит это не 100 марок а 250 на самом деле.

– А в Бонне в украинское посольство люди очередь в 4 утра занимают и все равно не успевают всех принять.

– Говорят?

И так далее, пока у тебя не появляется ощущение, что ты напрасно пустился в дорогу? все равно там ничего не получится. Наконец подъезжаем к посольству. До открытия час.

– Зачем так рано?

– Так очередь же занимать.

– Как? И здесь как на родине?

– А это и есть родина? посольство-то наше.

– А где вход?

– А вон в те металлические ворота будут пускать.

Пуленепробиваемые металлические ворота, какие очень популярны в наших деревнях - это значит для публики. На другом конце здания? красивая стеклянная дверь для сотрудников посольства. Ближе к открытию народ начинает грудой теснится поближе к воротам. Все как на родине аж сердце начинает щемить. Никаких немецких талончиков, никаких лавочек или комнат ожидания. И даже никакой очереди. Просто толпа напирающих друг на друга людей. Для большего натурализма прямо над головой у ожидающих несколько привезенных с родины рабочих (маловероятно что это местные так набазурились в нашей ненормативной лексике, хотя работая в таком посольстве могли) сверлят штукатурку. Пыль, радостно подхватываемая ветром, летит в лица ожидающим. Впрочем, народ в основном собрался бывалый? все больше бывшие наши и, хотя многие уже приобрели благородный немецкий акцент, совковая закалка дает себя знать. Тем нелепее выглядят фигуры нескольких немцев, пожелавших получить визы в наше загадочное государство. В слишком хороших для штукатурного дождя пальто, с недоумением в глазах, без полезных навыков борьбы за первое место перед воротами. Кругом только русская речь. На лицах немцев читается кошмар обитателей бункера 8 мая 1945 года. Они растерянно стоят, прижатые к грязной стене и не могут даже высвободить руки чтоб ответить на мобильный телефонный звонок. Пытаються угадать о чем речь идет и что с ними будет. Подождите голубки, еще границу пересечете. Наконец створка ворот открывается, появляется человек в военной форме.

– Доброго ранку. Ти хто на облик - у перше викно, за визамы? у друге, на ПМЖ у трете (кто-то пошел ей богу! ), у четверте и п? яте? (в общем еще за каким-то чертом). Пять человек (переходит на русский).

– Не понятно в какое окно сколько?

Но уже 5 находчивых людей просочилось в ворота. Немцы растерянно пытаются выяснить что он сказал. По-немецки в этом посольстве, так же как и по-украински похоже говорит только 1 человек. Проходит время и я попадаю вовнутрь. Как ни странно все проходит довольно быстро и спокойно. На мою попытку заговорить по-украински на меня так посмотрели?.

– Послушайте а как будет "немка" по-украински?

Никто не знает.

– Нимкеня? говорю я. Мне не верят, выходит посольский человек со словарем, ищут. Да, державную мову мы еще пока учим.

Я выхожу из посольства. 11 часов утра. Все произошло быстро, без нервов и всех обслужили. Почему же всегда в нашем государстве надо все так делать, чтоб напрягалась нервная система и появлялось чуство безысходности?

Прекрасная шведка.

Она была первая кого я увидел, войдя в аудиторию университета в городе Уппсала.

Это был экземпляр близкий к идеалу. Настроение было почти испорчено. Конечно она шведка, английский не ее родной язык, а тем более не мой. Трудно будет ее заинтересовать. Всю лекцию я смотрел на шведку и не совсем четко понимал о чем лекция. То же самое повторилось и на второй день. Наконец я не выдержал и развязно подойдя к шведке осведомился о ее нэйм. Неожиданно выясняется, что она не шведка, а украинка из Киева, а здесь живет уже 3 года в Стокгольме. Где ты теперь, Наташа? Отзовись?.

Гимн СССР в Париже.

Мы ждали автобуса, который повезет нас назад в Англию. Вдруг сзади послышался знакомый мотив. Сомнений не было: кто-то напевал мелодию гимна СССР, причем совершенно без ошибок. Покончив с гимном нерушимого он начал напевать мелодию гимна США. Я попытался наконец вступить с ним в контакт. Никаких языков кроме французского он не знал, т е был настоящим коренным французским патриотом. Я попытался выяснить знаками и интернациональными словами вопрос понимает ли он что напевает? Он сказал что напевает гимн Чехословакии. В принципе какая разница, у меня ведь камера с собой, записать такое? все со смеху попадают. Но француз категорически отказался записываться на камеру даже за деньги. Жаль и приятно в то же время? как им в голову-то въелось, а? Не зря, значит, наши девчата и парни олимпиады выигрывали.

Посещение Экспо 2000 в Ганновере.

Здесь, конечно же было слишком много павильонов, чтобы обо всех рассказать, расскажу лишь о самых курьезных. Больше всего меня развеселил голландский павильон. Огромное видное издалека сооружение, к нему ведет извилистая дорожка с указателями сколько еще по времени осталось двигатся очереди от того или иного места. Предполагалась километровая очередь, видимо, но желающих увидеть голландское чудо мало. Мы заходим на первый этаж, нас сажают в лифт и мы едем на самый верх, при этом лифт музыкально булькает каждые пол-метра. Начало мощное, что же ждет нас наверху? Наверху смотровая площадка, вид на Экспо. Начинаем спускаться чтоб по ходу вниз увидеть Голландию. На первом с верху этаже фрагмент голландского леса. Так вот в каком лесу мучился угольщик Мунк над дилеммой быть богатым или хорошим? По правде сказать ничем не отличается от леса любой другой европейской страны средней полосы. На следующем этаже висят ракушки с камерами внутри. Что нас там ждет? Заглядываем внутрь. На экране нижняя часть лица молодого человека, увлекающегося пирсингом. Проколотые сережкой губы медленно выдувают жвачный пузырь. Интересное начало фильма, что будет дальше? Оказывается то же самое по кругу. Нет, этот уровень неудачный, пойдем вниз. На следующем этаже стоят цветы в горшочках. Но они не цветут? не тот сезон. Так, что у нас ниже.. о черт, самый нижний этаж не успели достроить и даже не успели убрать строительный мусор. Как говорится, не хватило сметы. Еще раз посмотрим на это одеробло. Строить его начинали явно с песчаной дорожки, ведущей к зданию. Дизайнер задумал исполинское сооружение, призванное ошеломить всех размахом голландской индустрии. Предполагались километровые очереди фанатиков. Но по мере строительства пыл дизайнера явно ослабевал и уже на последнем этаже он просто все похерил, бросив лопаты и носилки под ноги посетителям.

Белорусский павильон. Точнее все СНГ павильоны собрали в одном павильоне без названия, а с номером. И практически нигде не было указателей как их найти. "Холодная война, пустые поезда, ты не сошел с ума?. ". Издалека слышны "Песняры" - фирменный знак Беларуси. Через воображаемый ручеек переброшен мосток. Макеты лубочных домиков и глиняной посуды. Мило, приятно. Стоят улыбчивые симпатичные девушки, раздают буклеты о Беларуси на немецком и английском языках. Обращаюсь к ним:

– А нет ли у вас на белорусском языке такой брошюрки?