Чтение онлайн

– Привет! Извини, что отвлекаю. У меня есть к тебе очень важный разговор. И очень личный. Нет-нет, никто ничего знать не должен. Я не шучу! И это не игры никакие. Очень срочно и важно! Сможешь заехать? Хорошо, жду. Спасибо. Да-да, всё объясню. Не волнуйся.

Чтобы отвлечься, Света начала убирать и без того идеально чистую квартиру.

Наташа в это время лежала у себя дома на кровати, и судорожно думала, что делать дальше. Ни одной дельной мысли в голову не приходило.

Света выключила пылесос, и в ту же минуту прозвенел дверной звонок. Она посмотрела в зеркало в прихожей, и открыла. На пороге стоял Николай, законный супруг её подруги Натальи.

– Привет. Проходи… чай, кофе?

Николай зашёл к себе в квартиру, и молча начал упаковывать свои вещи.

– Коля, что ты делаешь?

Тишина.

– Коля, куда ты собираешься?

Коля упорно молчал. Наташа расплакалась. Он посмотрел на неё с таким ледяным презрением, что слёзы застыли.

– Что? – пролепетала она. – Что случилось? Коля, не молчи. Ты меня пугаешь.

– Раньше надо было пугаться. И вообще, по-хорошему бы это тебя надо из дома вышвырнуть, как подзаборную шлюху. Каковой ты и являешься, собственно.

– Но я… я не понимаю, Коленька!

Николай в сердцах смачно плюнул на пол, подхватил полусобранные сумки и вышел, громко хлопнув дверью. Наташа ничего не понимала. Что он имел в виду? Откуда он вообще узнал, если она никому… Света?! Не может быть! Наташа схватила телефон и набрала номер.

Прошло две недели. Наташа продлила отпуск за счет больничного через знакомую-врача, встретила детей из лагеря, и повезла их к бабушке.

– Мам, зачем к бабушке! Ну у неё же даже интернета нет. – заныла пятнадцатилетняя Катя.

– Ничего, мобильного хватит. Мне нужно по делу уехать на пару дней.

– В командировку?

– Что? А, да. В командировку.

Артему было двенадцать, и он был флегматичен ровно настолько, чтобы не переживать о том, что у бабушки нет интернета. Можно же телек посмотреть.

Мать встретила Наташу не очень приветливо. Она любила внуков, но они были типичными современными подростками. Непрерывно залипали, как они сами выражались, в своих телефонах. Особенно Катя. Да и Артем ничего не желал делать в доме, а только щелкал семечки перед ящиком.

– Что это ты худющая такая? – обняв дочь, забеспокоилась Тамара Павловна. – Не заболела?

– Нет, мам. Всё в порядке.

– А с чего ты мне их привезла? У них отец есть.

– У него тоже командировка.

Наталья собрала все силы, чтобы не расплакаться перед матерью. Чтобы не начать делиться с ней невеселыми новостями. Что она, как последняя подзаборная шалава – прав её муж – нагуляла ребенка на курорте. Да ещё и влюбилась в того, в кого не нужно. Что муж узнал об этом, и ушёл. А узнал не просто так, а от её бывшей лучше подруги, которая теперь не разговаривает с ней, с Наташей. Как ей хотелось переложить хоть часть этой ноши на кого-то. Хоть и на пожилую мать. Но предчувствуя осуждение, она сдержалась. И не рассказала ничего. Только глаза её выдавали. Грустные глаза, как у несчастной, побитой и брошенной собаки.

Кирилл, вернувшись в Питер, первым делом позвонил матери и Родиону. Договорились вечером собраться у мамы и отметить его приезд. Странное дело, Наташа уехала из санатория, отбыв положенные две недели, а Кирилл за оставшееся время больше ни с кем не сблизился. Он почему-то постоянно думал о ней. О чужой женщине, в возрасте. Чьей-то жене и матери. И это обстоятельство ужасно тяготило Кирилла. Нет, шесть лет – не та разница в годах, чтобы мешала любить. Но любить-то он ведь и не собирался. Сам обозначил границы, которые Наталья соблюдала. С трудом, как он понял, но… а вот теперь, когда они расстались, он не может её забыть. Бред какой-то! Влюбился он что ли? Да, нет. Не может быть!

– Сынок, ты о чём задумался? – мать погладила его по руке.

Она уже надела его подарок, и сама сияла, как драгоценный камень.

– А? Нет, мам. Всё хорошо.

– Ну, не знаю. – пробасил брат Родька. – Я так придурковато выглядел только, когда в Лерку свою втрескался по уши.

Мама перевела взгляд с Родиона на Кирилла. Кирилл вздрогнул, и залился краской.

На вокзале в Санкт-Петербурге было в два раза меньше суеты и шума, чем в столице. Наташа вышла из поезда и подумала, что она всё же странная. Вместо того, чтобы написать Кириллу в контакте, она как тот Шерлок сопоставляла фото, геолокацию, и прочие детали, чтобы примерно вычислить место его жительства. И что она будет делать теперь? Сидеть во дворе дома на Малой Посадской и ждать, пока он пройдёт мимо? И сколько так придётся ждать? А если сутки? А если он вообще ещё не приехал с юга? «Успокойся, истеричка, – шепнул внутренний голос, – у него последнее фото с набережной, значит он дома». Тут же беспокойство сменило направление. А если он не один? С женщиной? Господи, что она вообще тут делает? Ей почти сорок лет, а она ведет себя, как школьница. Выслеживает парня.

Наталья чуть было не пошла в кассу, покупать обратный билет. Но пересилила себя, и поехала к дому Кирилла. Вышла из метро на Невском, и пошла пешком до Посадской, чтобы чуть охладить голову ветром с реки. Она знала Питер хорошо, это был один из её любимых городов. Вот бы переехать насовсем сюда. К Кириллу. Жить с ним вместе, растить детей. Их ребенка. «Опомнись, куда разогналась!» – одёрнул её разумный внутренний голос. Где этот голос был в санатории, когда она от любви потеряла голову – вот интересный вопрос. Наталья горько усмехнулась, и не спеша пошла по мосту. Ей было очень страшно.

Кирилл сидел у мамы на кухне, смотрел, как она накрывает завтрак. Вчера мать уговорила его остаться на ночь, посекретничать. Увильнуть не получилось – Мария Александровна использовала свой коронный трюк «Ах, как сердце сильно закололо!» Но и откровенничать с матерью он не планировал. Мария Александровна спала и видела, что он женится на молодой девушке из порядочной семьи, и что он сейчас должен был ей рассказать? Что не может забыть какую-то взрослую тётю? Несвободную и совершенно случайную, казалось бы.

– Мам, ну что ты слушаешь Родьку? Он кретин.

– Сыночек, во-первых, нехорошо так про старшего брата. А во-вторых, я ведь тоже не слепая.

– Да-да, мама, ты не слепая, и сердце у тебя материнское, которое не обманешь. А всё-таки я не влюблялся.

– Батюшки… – Мария Александровна села, и прижала руки к груди – она что – несовершеннолетняя?

– Тьфу! – Кирилл еле сдержал смех. Несовершеннолетняя, как же. – Сердце материнское не колет уже? Тогда я спать пошёл. Устал.

– Кирюша, не надо так с мамой. Мы же всегда были друзьями с тобой. Ну скажи, кто она?

– Да нет никакой её, что вы пристали-то в самом деле?!

Кирилл ушел спать, не очень вежливо хлопнув дверью, и вот теперь мама молча накрывала на стол, обиженно задрав нос. Да, и ладно. Допивая кофе, Кирилл подумал, заехать на работу, или уже завтра… у него было небольшое арт-кафе, он полностью полагался на управляющую. Тем более, ещё не сезон. Пожалуй, поедет он домой, и нормально отдохнёт. Без нравоучений и раздражающих вопросов. И сам-то себе Кирилл не желал признаваться, что вопросы жутко раздражали его именно потому, что были по существу. Кажется. Да что ж такое, далась ему эта баба!