Чтение онлайн

Н. Задумайся, однако же, над тем, какая из эмоций совместима с тобою. Перед тобою свободный выбор. Но всё, что в нем заключено, придет с ним заодно, и то, кем ты себя считаешь, неотделимо от твоего решения. Тело — великий лицемер, предатель веры. В нем — корни разочарования и семена неверия, но лишь тогда, когда ты просишь у него то, чего оно не в силах дать. Разве твоя ошибка — достаточное основание для угнетенности и разочарования, для мстительной атаки на то, что, как тебе казалось, подвело тебя? Свою ошибку не используй для оправдания собственного неверия. Ты не грешил, но ошибался в том, что предано тебе. А исправление твоей ошибки даст тебе основание для веры.

12. В погоне за телесными усладами ты обязательно находишь боль. Необходимо хорошо усвоить эту взаимосвязь, ведь именно ее считает эго свидетельством греха. Эта взаимосвязь — вовсе не кара. Она — лишь неизбежный результат отождествления себя с телом; это отождествление и служит приглашением боли. Оно призывает страх войти и стать твоею целью. Влечение к вине должно прийти с ним вместе, и что бы тело, побуждаемое страхом, ни делало, всё будет сопровождаться болью. Тело разделит боль любой иллюзии, и иллюзия наслаждения будет тою же, что и иллюзия боли.

13. Так ли уж это неизбежно? Понукаемое страхом, тело следует курсом вины, служа хозяину, чье влечение к вине поддерживает иллюзию его существования. Тогда это и есть влечение к боли. Руководимое подобным восприятием, тело становится слугою боли, ища ее покорно и повинуясь идее, будто боль есть наслаждение. Именно эта идея лежит в основе страстной привязанности эго к телу. И эту безумную взаимосвязь эго утаивает, живя за ее счет. Тебя же оно учит, что наслажденье тела и есть счастье. А про себя нашептывает: "Оно есть смерть".

14. Должно ли тело представлять какую–либо ценность для тебя? Ценность того, из чего оно создано, определенно невелика. И так же определенно, оно бесчувственно. Оно передает те чувства, которые тебе желанны. Как всякое средство связи, тело получает и рассылает порученные ему вести. Оно к ним не испытывает чувств. Все чувства, вложенные в эти вести, принадлежат их отправителю и адресату. Как эго, так и Дух Святой, прекрасно понимают это и равно понимают, что отправитель и есть адресат. Святой Дух сообщает тебе об этом с радостью. А эго утаивает, поскольку не желает, чтобы ты осознал истину. Кто стал бы рассылать исполненные ненависти, злобные вести, поняв, что он их шлет самому себе? Кто стал бы обвинять и осуждать себя?

15. Вести эго рассылаются от тебя с уверенностью, что от них, исполненных атаки и вины, пострадает кто угодно, только не ты. А если ты и пострадаешь, доля другого будет много горше. Великий лгун прекрасно знает, что это не так, но будучи "врагом" покоя, он побуждает тебя рассылать вовне послания ненависти и таким образом освобождать себя. Чтоб убедить тебя в осуществимости подобного, эго побуждает тело искать боль в атаке на другого, называет боль наслаждением и предлагает ее в качестве свободы от атаки.

16. Не слушай сумасбродства эго, не верь тому, что несбыточное и есть истина. Не забывай, что эго посвятило тело цели — греху и вкладывает в него всю свою веру, чтобы подобное стало явью. Печальные служки эго поют протяжные и нескончаемые гимны телу в хвалебных одах эго. Каждый должен поверить, что уступить влечению вины значит избавиться от боли. Каждый обязан мыслить себя телом, без коего он бы тотчас же умер, но в коем его всё равно ждет смерть.

17. Приверженцам эго не дано понять, что они посвятили себя смерти. Свобода им дана, но ими не получена, а то, что отдано, должно быть принято, чтобы воистину быть отданным. Ведь и Святой Дух — средство общения; Он получает вести от Отца и отдает их Сыну. Подобно эго, Дух Святой — и отправитель, и адресат. Ведь посланное через Него, к Нему вернется, поскольку в поисках себя оно себя находит. Таким же образом эго находит смерть, которую оно ищет, и возвращает ее тебе.

1. Тебе и брату, в чьи особые отношения явился Дух Святой, дано освобождаться и освобождать от преданности смерти. Это освобождение было предложено тебе и принято тобою. Но нужно тщательнее присмотреться к самой нелепой преданности смерти, ибо в ней заключается третье препятствие, которое необходимо преодолеть покою. Никто не умирает, не выбрав смерть. А то, что предстает боязнью смерти, на самом деле есть влечение к ней. Вина ведь тоже — и страшится, и страшит. Однако, ей подвластны те, кто ее ищет, кого к ней влечет. Так и со смертью. Созданная эго, она своею черной тенью застит всё живое, поскольку она — «враг» жизни.

2. Но тень не убивает. Что тень живущим? Ее перешагнуть — и нет ее. А как быть с теми, кто посвятил себя тому, чтобы не жить, — с теми, задрапированными в траур "грешниками" — погребальным хором эго, которые тяжелой поступью бредут от жизни прочь, поют, позванивая кандалами, хвалы неумолимому владыке, богу смерти? Коснись любого из них нежною рукой прощения и стань свидетелем того, как упадут их кандалы, а с ними — и твои. Смотри: он сбросил черный балахон, в который нарядился, чтобы присутствовать на собственных похоронах; услышь его смеющимся над смертью. Через твое прощение он ускользнет от приговора, вынесенного ему грехом. То — не гордыня. То — Воля Бога. Что остается невозможным для тебя, избравшего своею волей Его Волю? Что тебе смерть? Ведь предан ты не смерти и не ее владыке. Принявши цель Святого Духа вместо цели эго, ты отвергаешь смерть, обменивая ее на жизнь. Мы знаем, что идея не покидает свой источник. И смерть есть столь же несомненный результат идеи, которую мы называем эго, как жизнь есть следствие Идеи Божьей.

3. От эго явились вина, и грех, и смерть в противовес невинности и жизни, и Воле Бога Самого. Где же подобное противостояние возможно, если не в воспаленном разуме безумных, безумию преданных, настроенных против Небесного покоя? Одно лишь очевидно: Предвечный, не сотворивший смерти и греха, не желает тебе быть связанным ими. Ему неведомы ни грех, ни следствия его. Закутанные в черное фигуры тянутся траурной процессией не с целью почтить Творца, Чья Воля в том, чтоб они жили. Они не следуют Господней Воле, они ей противостоят.

4. А что же то, задрапированное в траур тело, которое они хоронят? Это — приговоренное ими к смерти тело, символ порока, жертва, принесенная греху, чтобы питаясь ею, он мог поддерживать в себе жизнь; вещь проклятая, осужденная своим создателем, оплаканная каждым плакальщиком, увидевшим в нем себя. Ты, веря, будто осудил на это Сына Божьего, самонадеян. Но ты, освобождающий его, чтишь Волю его Творца, высокомерие греха, заносчивость вины и памятник надгробный разделению, все они — часть твоей неопознанной приверженности смерти. Заманчивость вины, тобою приданная телу, его убила бы. Ведь всё, что эго любит, оно убивает за повиновение ему. Но непокорное ему эго не в состоянии убить.

5. У тебя есть приверженность иная, хранящая и непорочным и совершенным тело, покуда оно с пользой служит твоей святой цели. Тело способно умереть не более, чем чувствовать. Оно — бездейственно. Само по себе тело — ни порочно, ни беспорочно. Оно — ничто. Оно — лишь следствие ничтожной и безумной, но исправимой идеи порока. Ведь этой бессмысленной идее Бог ответил Своею Собственной, Ответом, который никогда не покидал Его и следовательно приносит осознание Бога в каждый разум, услышавший Ответ и принявший Его.