Чтение онлайн

Таким образом, [формирование] всех бессознательных впечатлений включает эти причины, мотивы, носители и внешние опоры.

При их отсутствии связанные с ними бессознательные впечатления также отсутствуют.

[Как известно], нет ни возникновения того, что не существует, ни разрушения того, что существует. Каким же образом бессознательные впечатления, будучи реальными сущностями, могут перестать существовать?

12. Поскольку качественные определенности различаются по времени, прошлое и будущее пребывают в своей собственной форме.

Комментарий Вьясы: Будущее есть то, чему предстоит актуальное проявление. Прошлое есть то, что уже нашло проявление в бывшем опыте. Настоящее есть то, что осуществляется [в данный момент]. И эта тройственная реальность выступает объектом познания. Если бы такая [реальность] не существовала в своей собственной форме, то знание, не имеющее объекта, не могло бы возникнуть. Отсюда следует, что прошлое и будущее существует в своей собственной форме.

Далее, если бы результат кармы, который ведет к опыту [дальнейшего сансарного бытия] или же к окончательному освобождению и который еще должен возникнуть, был бы [чем-то] нереальным, то праведный образ жизни, направленный на достижение [последней] цели, был бы бесполезным. Между тем [вспомогательная] причина способна лишь актуализировать уже существующее следствие, но не породить [что-то], чего не было прежде. Такая причина, будучи реализованной, [как бы] оказывает специфическую помощь следствию, но не производит [нечто] совершенно новое.

Кроме того, субстрат (носитель) по своей природе [характеризуется] множеством качественных определенностей, а качества различаются между собой ввиду различия временных модусов [существования]. Прошлое или будущее выступает именно как объективная реальность, но отнюдь не как настоящее, уже обретшее специфическую форму своего проявления.

— Как же в таком случае [они существуют]?

— Будущее выступает в своей внутренней форме, которой еще предстоит проявиться через саму себя. Прошлое [выступает] в своей внутренней форме как проявление того, что уже было предметом опыта. Актуальное проявление своей внутренней формы имеет место только в настоящем модусе времени; оно отсутствует как в прошлом, так и в будущем временных модусах. При наличии одного модуса времени два других остаются присущими [соответствующему] субстрату. Таким образом, три временных модуса не возникают, не существовав прежде, [то есть они существуют всегда].

13. Они суть проявленные или "тонкие" и наделены природой гун.

Комментарий Вьясы: "Они" – это в действительности дхармы, то есть качественные определенности, существующие в трех модусах времени: настоящие – те, которые обладают проявленной сущностью, прошлые и будущие – те, которые обладают "тонкой" сущностью, – это шесть неспецифических форм.

Весь этот мир есть не что иное, как специфическое сочетание гун; поэтому в высшем смысле [можно сказать, что] сущность [мира] суть гуны. Так, согласно учению шастры, "высшая форма гун – вне поля зрения; а то, что попадает в поле зрения, пусто, словно майя".

Однако если все есть [только] гуны, то почему звук – это одно, а орган чувства – другое?

Комментарий Вадима Запорожцева: Ну, это достаточно сложные в интерпретации афоризмы по той простой причине, что есть такое подозрение в переводе. То есть это такая общая практика, что при переводе текстов с санскрита на английский, а в дальнейшем на русский, они претерпевают значительные искажения. И иногда по-другому. Даже неправильно расставляются акценты. И когда ты комментируешь один или другой текст, ты комментируешь один из возможных переводов. И казалось бы, ситуация здесь безвыходная, что смысл здесь теряется. Но есть одна замечательная особенность у древних текстов - это многоплановость. И как ни странно, даже когда берется и переводится текст с достаточно грубой спецификой, то так уж они писались эти тексты, что высвечивается всего лишь одна грань из всех, и это также несет свою нагрузку и смысловую наполненность, и какие-то конкретные моменты.

Но при этом немножко уходят в сторону другие, поэтому зачастую очень трудно бывает интерпретировать, является ли это объяснением сущности прошлого и будущего в привязке к настоящему. Либо это качественные видоизменения сознания, согласно разворачивающейся дхарме человека, либо еще более глубокий такой подход о степени обусловленности в необусловленном прорыве к вот этому плану недвойственности внекармическом. Потому что прошлое и будущее подразумевает то, что есть некоторое изменение.

Но с другой стороны та цель, к которой стремится йога Патанджали - это некая вневременная, неизменная сущность. Которая и была всегда и есть сейчас, и будет всегда. То есть это как бы несколько связано. Это вневременное достижение с какими-то кусочками времени, которые характеризуют. Конкретный пример. Там утверждается, что если йогин в состоянии задерживать дыхание на n-е количество секунд, то автоматически у него пробуждается энергия кундалини.

И видишь, здесь присутствуют три фактора. Сперва подразумевается, что йог не может так делать, потом подразумевается, что он это делает и потом подразумевается, что он когда-нибудь достигнет этого состояния, когда он сможет удержать дыхание на такое-то время. И вот в этот момент он как бы выпрыгнет во внекачественное состояние. То есть явная такая эволюционная тенденция, было - одно, сейчас - другое, потом - третье. Со всеми вытекающими отсюда последствиями в качестве гунн. То есть тамас уничтожается раджасом и приводит к саттве. То есть причина видоизменения прошлого, настоящего и будущего - это игра гун. Поэтому смысл может быть таким.

Какой же на самом деле более глубокий смысл вкладывал в этот афоризм Патанджали затруднительно сказать, что то, что мы перечислили - это исчерпывающее количество тех смыслов. Значит, некие такие тенденции. Понятно, что если прошлое и будущее - это некие такие факторы действительно проявленные, с другой же стороны в них присутствует природа гун, но конечная цель – это выход за природы гунн. И говоря о прошлом, настоящем или будущем, мы по большому счету используем термины в уровне гун, внутри мира, чтобы потом выйти за пределы мира. Вот, пожалуй, все, что я здесь могу сказать. Поехали дальше.

14. Самотождественностъ объекта [обусловлена] единообразием изменений.

Комментарий Вьясы: [Например], орган слуха как инструмент восприятия [обусловлен] конкретным изменением гун, которые характеризуются ясностью, деятельностью, устойчивостью и наделены природой познания. Звук как объект [слухового восприятия] – другое конкретное изменение [гун], наделенных природой познаваемого.

Атом земли как часть "тонкой" субстанции [обусловлен] конкретным изменением звука и прочих [чувственных объектов], относящихся к общему классу материального. А эти [атомы, в свою очередь,] трансформируются [в соответствующие объекты, такие, например, как] земля, корова, дерево, гора и прочее. И в случае с другими "[великими] элементами", присовокупляя [к каждому из них свойства] вязкости, тепла, движения и пространственного расположения как то, что является общим [для них всех], можно представить себе [любую] конкретную трансформацию.

— "Нет объекта, который не был бы связан с [актом его] сознавания, однако знание, не связанное с объектом, существует, [например знание], сформированное во сне и других [состояниях]". Те, кто с такой позиции отрицает реальную сущность объекта, и те, кто говорит, что объект есть не что иное, как мыслительная конструкция, напоминающая образы во сне, и в абсолютном смысле не существует, сами подобны таким же [сновидениям]. Они отрицают реальную сущность объекта на основании чистого умозрения, не имеющего доказательной силы, хотя объект предстает в своем величии как данность. Можно ли доверять утверждениям тех, кто отвергает даже эту [очевидную] истину?

Почему это [утверждение] неверно?

Комментарий Вадима Запорожцева: Опять здесь большие вопросы по самому переводу, по той интерпретации, которая дана в этом афоризме. Поэтому я не удивлюсь, что мы будем комментировать всего лишь один из этих аспектов. Как определяется перевод? Переводчик берет текст и начинает его переводить. Перевести он его может самым разным образом. Но если есть другой вспомогательный текст, такой как, допустим, здесь - комментарии Вьясы, то исходя из того о чем, как пытался интерпретировать Вьяса этот афоризм, можно действительно выбрать одно из значений переводимого афоризма. То есть, если угодно, краеугольным камнем становится комментарий Вьясы, нежели сами переводы. Они слишком короткие, дабы понять смысл. Они очень сжатые и позволяют много трактовок, причем трактовок даже не на уровне осмысления, а на уровне буквально грамматического перевода – вот почему, как говорится, знающий санскритолог всегда на вес золота был. Много людей, которые знают санскрит, относительно много, но мало людей понимающих, так или иначе трактовать то или иное выражение, высказывание, тот или иной афоризм. Поэтому еще раз мы здесь будем рассматривать один из вариантов, опять же привязанный к комментарию Вьясы.