Чтение онлайн

– Лучше изуродовать, - комментирует Боря, потирая огромные кулаки.

В это время Пати храпнул так, что Камчатка заржала от восторга, а возмущенная Тамара Андреевна попросила нас.

– Успокойте свою собаку.

Люси двинула пса ногой. Пати поднял голову и с недоумением смотрит на хозяйку.

– Прекрати храпеть.

Собака поняла и зевнула во всю пасть, издав такой рык, что Камчатка чуть не легла от хохота. Хозяйка двинула Пати еще раз ногой. Теперь обиженный пес встает и переходит к моим ногам и ложится опять на пол.

– Коллеги! Перейдем к делу. Техника взвешивания. Товар надо бросать на чашку весов резко, чтобы стрелка долго не могла остановиться на своем месте. Смотрите я вам покажу один фокус. Вот.

Тамара Андреевна бросает на весы качан капусты. Стрелка мечется как безумная и через две минуты успокаивается.

– Видите. Два килограмма 220 грамм. А теперь я покажу прием профессионала.

Она поднимает капусту и вторично швыряет ее на чашку весом. Стрелка начинает метаться и тут наш преподаватель искусственно задерживает пальцами чашку. Стрелка успокаивается.

– А теперь сколько на весах? Два килограмма 305 грамм. Видите какая разница, в 85 грамм. А почему. Весы не смазаны, не поверены и предыдущий очень опытный продавец, обливал каждый день все механизмы водой. Внутри все проржавело и весы от легкого прикосновения пальцев становятся на ту метку, которая вам нужна. Не рекомендуется при взвешивании, поджимать чашку пальцем. Конечно это можно делать, но только для слепых и полуслепых покупателей.

Когда начались взвешивания, Пати поднимает голову и внимательно следит за бегающими стрелками.

– Есть способ быстрого снятия товара. Вот смотрите, я бросаю капусту, стрелка мечется. Теперь хватаю качан, чуть прижимаю его и быстро снимаю для покупателя. Сколько было на весах, заметили? Два килограмма 315 грамм. И опять, каждый продавец должен быть психологом и знать кому из покупателей как подходить и какой прием нужен.

– Я так делала, - вдруг заявило милое создание рядом с Борисом, - и нарвалась на бабку из общества потребителей.

– Ну и что?

– Пришлось высыпать на ее голову полтора килограмма гнилых помидор.

– Вас привлекли?

– Ну что вы, в милиции от меня устали, а бабка скончалась.

Все, даже Пати замирают.

– Вы ее...?
– радостно спрашивает Борис, делая резкий выпад кулаком вперед.

Пати подпрыгивает и весело рявкает на него, размахивая хвостом.

– Нет, нет, своей смертью. Она просто не выдержала, когда на суде моя подруга заявила, что бабка проститутка и она видела, как та занималась развращением малолетних детей.

– На сегодня все, - закончила, в конец измученная, Тамара Андреевна. Завтра прошу приходить вовремя. Коллеги, вы после теоретической части будете проходить практику и экзаменом для вас будет выручка, полученная нечестным путем.

Пати резво вскакивает и первый идет к двери, за ним вываливаются все.

– Вы сейчас куда, мальчики?
– спрашивает Люси.

– Куда-нибудь.

– Поехали ко мне, а то этого зверя оставлять одного не рекомендуется.

– А можно мне с вами?
– милое создание стоит рядом с нами и невинно глядит на Бориса.

Мы переглядываемся.

– Конечно, - восклицает Борис.
– Кстати меня звать Борис, это Слава, это Люси, а это... Пати, слюнявая собачка, - он тыкает в каждого своим грязным пальцем.

Собачка приветливо машет хвостом.

– Я Мари.

– Пристраивайтесь за нами в колонне. У вас какая машина?

– Вон, вся помятая.

Недалеко от нас стоит грязный, мятый "линкольн".

– Это следы последней аварии?
– спрашиваю я.

– Да нет, что вы. Толю я сбила вот этим крылом. Эта вмятина по центру, когда я сбила тещу моего знакомого. Вот на этом крыле оставил следы инспектор ГАИ, зачем-то с палочкой набросился на мою машину. А этот искуроченный бампер, кажется так зовут эту железку, это результат встречи с коровой.

– С коровой?

– Ну да, я ехала по шоссе, а одна корова вырвалась из стада, проходившего мимо и бросилась под мои колеса. Я даже не понимаю, почему моя машина так притягивает всех.

– Как же вы все время отбивались, вас наверно много раз судили?

– Все время сужусь. Смотрите сами. Семь раз наехала на людей, один раз на корову, 13 раз обвиняли в жульничестве, два в махинациях, раз 20 обвиняли в хулиганстве.

Мы смотрим на нее открыв рот.

– Ну и как, сажали?

– Ни разу. Я же ни в чем не виновата. Все это понимают и судьи всегда благосклонно ко мне относятся.

– Поехали, ребята, - первой очнулась Люси.

Мы расходимся по своим машинам. Мой "москвич", становиться в хвост "хонде" Бориса, а за мной выехала опасная Мари на своем "линкольне". Люси ведет колонну.

Дом Люси, обыкновенное сталинское строение с колоннами. Мы останавливаемся вдоль тротуара и высыпает на асфальт. Даже Пати резво вылетает из машины. На третьем этаже лифт останавливается и Люси долго крутит связку ключей, открывая шикарную дверь. Квартира, что надо. Дорогая мебель, масса безделушек, хрусталя, картин, ковров и шикарной безвкусицы.

– О как мило, - заверещала Мари.
– У моей подруги, тоже в старом доме, было как в музее. Тоже были картины, ковры...

– Почему ты говоришь были, - удивляюсь я.

– У нее сгорела квартира.

– Признайтесь, Мари, - говорю я, - наверняка в этом виноваты были вы.

– Так и прокурор говорил. Но мой адвокат доказал, что я не виновата.

– А что произошло?

– Ничего особенного. В Новый год мы были у этой подруги и мой жених Сережа стоял перед елкой. Я подкралась и выстрелила хлопушкой с конфетти. Но кто знал, что с конфетти вылетит сноп искр. Елка загорелась, Сережа тоже...

– Сережка-то жив?

– К сожалению у него было много ожогов.

– Интересно, какой аргумент был у адвоката? Вы говорите ему удалось вытащить вас.

– Просто он доказал, что виновата фирма выпускающая пожароопасные конфетти, не соответствующие стандарту.

Люси достала рюмки и выкатила бар с напитками.

– Ребята, кому что надо, наливайте сами.

Я выбрал водку, Боря коньяк, Мари ликер, а Люси легкое вино. Люси включила магнитофон и гостинную наполнила музыка.

– Потанцуйте со мной, - бесцеремонно тащит меня за рукав Мари.